Разочарование агрессивным американским влиянием в глобальной политике испытывается не только Россией. На протяжении последних 50 лет многие страны (например, «неприсоединившийся блок») высказывали свое недовольство биполярной и однополярной политикой.
Европа и США пытаются избежать именно такого негативного развития событий – изоляции России
Заметная идеологическая предвзятость Америки и ее тенденции к интервенции чрезвычайно эффективны как в привлечении новых союзников, так и в наживании врагов. Подобная стратегия, однако, стоит на службе глобальной поляризации и не способствует международному сотрудничеству.
В числе мировых лидеров президент Путин также выражал недовольство России ситуацией однополярности и неравным применением «правил геополитической игры» – суждение, детально изложенное им на конференции Международного дискуссионного клуба «Валдай» в Сочи. Один из основных пунктов этой речи – миру нужна система (или модификации существующей системы) с «правилами игры», которым следуют все нации.
Россия – не единственная нация, которую беспокоит однополярная глобальная политика: китайцы, европейцы и представители других стран неоднократно упоминали однополярность как преграду на пути решения глобальных проблем и при разрешении кризисных ситуаций.
Такая однополярность может иметь разные симптомы, в том числе проведение неконструктивных кампаний шпионажа – радиоперехватов – не только против противников, но и против друзей и союзников.
Любая сильная нация тем или иным путем старается увеличить свое влияние на другие нации и «тянет одеяло на себя», при этом часто не стремясь нарушить мир или пошатнуть существующий баланс.
Следуя этой аксиоме, все влиятельные нации естественным образом справедливо заинтересованы в ослаблении более влиятельных наций, и в их интересах избегать излишних обвинительных кампаний или следовать стратегии «враг моего врага – мой друг»; вместо этого им следует объединить усилия для построения приемлемой для всех системы, при которой все игроки подчиняются общим правилам.
Почему лидером может быть Россия
В результате общей неудовлетворенности однополярностью Россия находится в уникальной позиции для того, чтобы сыграть роль лидирующего мирового дипломата.
Россия – крупнейшая страна в мире, с достаточно большим многонациональным населением, находящаяся в дружественных отношениях со многими нациями Африки, Южной Америки и Ближнего Востока. Ее география охватывает Европу и Азию, ее культурные ценности отражают влияние и Запада, и Востока.
Россия может называть себя частью Европы, не отказываясь от Азии и азиатских взглядов. В сравнении с Китаем относительно «разумная» численность населения, отсутствие территориальных амбиций, а также культурная разносторонность делают Россию привлекательным представителем в глобальной политике в глазах других азиатских наций.
Россия в прямом смысле находится в социокультурном центре мира – важное качество для того, чтобы выступать в роли влиятельного игрока и посредника во многих регионах земного шара.
До конца Второй мировой войны ограниченность глобализации и коммуникации не позволяли любой отдельно взятой нации влиять на другие нации так, как это возможно теперь. Частично именно по этой причине даже постоянно подвергающаяся критике ООН оказывает сегодня большее влияние в мире, чем Лига Наций в промежутке между войнами.
После Второй мировой войны основополагающая роль Советского Союза в кровавом поражении нацистской Германии привела к огромному повышению его авторитета, а также к образованию в целом геополитически биполярного мира.
В результате сложившегося неразрешимого идеологического конфликта позитивная роль как Соединенных Штатов, так и Советского Союза в мировой дипломатии (особенно на форуме ООН и организаций под ее эгидой) была серьезно подорвана; сотрудничество в любом вопросе стало практически невозможным.
Советский министр иностранных дел того времени Вячеслав Молотов получил прозвище «господин Нет» за использование права вето 106 раз в период с 1946 по 1965 год. С середины 60-х годов количество вето, наложенных в Совете Безопасности Соединенными Штатами и Советским Союзом, примерно сравнялось.
Подавляющее большинство вето Соединенных Штатов и Советского Союза (России) в Совете Безопасности ООН в период после 1965 года было наложено на резолюции, относящиеся к «государствам-клиентам», таким как Израиль, Южная Африка, Куба, Никарагуа и Афганистан, в целях защиты их интересов.
После распада Советского Союза сложившийся в результате в стране политический и экономический хаос, а также сосредоточенность на внутренних вопросах некоторое время удерживали Россию на периферии мировой дипломатии.
С постепенным восстановлением верховенства права и работоспособности госструктур, подавлением или поглощением сепаратистских движений, а также при вновь подскочивших (после падения ниже десяти долларов за баррель в 1998 году) ценах на нефть Россия начинает принимать более активное участие в мировых делах.
Часто упоминаемая позиция России, состоящая в неприемлемости вмешательства в дела других государств, похоже, начинает претерпевать определенную эволюцию. Президент Владимир Путин на конференции в Сочи высказал мнение, что глобальная система по урегулированию конфликтов нуждается в усовершенствовании и модификации и что должны существовать «правила игры» (подразумевающие собой определение того, когда следует применять силу), применимые ко всем нациям. Из этого неизбежно следует, что Путин понимает – применение силы иногда необходимо.
Как мировому дипломату России совсем необязательно поддерживать англо-американские правила интервенции, но ей непременно нужно идеологическое понимание того, какие ситуации требуют вмешательства и как это вмешательство должно быть структурировано.
Антиинтернационализм (политика изоляции) работает в обоих направлениях; при отсутствии альтернативной схемы вмешательства велика вероятность того, что англо-американская система будет использоваться по умолчанию (если не с одобрения ООН, то в формате других организаций, т. е. НАТО). Чтобы претендовать на лидирующие позиции, России просто необходимо предложить альтернативное видение мирового порядка.
У Советского Союза была четко изложенная идеология; четко изложенная идеология есть и у Соединенных Штатов. В отличие от России, которая, похоже, не придерживается или, по крайней мере, не провозглашает никакой внятной идеологии или политической линии, понятной для мирового сообщества.
На протяжении последних 20 лет Соединенные Штаты вносили многочисленные резолюции в Совете Безопасности ООН по решению вопросов безопасности в Ираке, Косово, Ливии, Иране, Северной Корее и других странах, и Россия регулярно отвергала их (чаще всего еще до стадии голосования).
За рамками коллегиального формата ООН Соединенные Штаты ведут чрезвычайно активную деятельность по построению коалиций для решения проблем окружающей среды, рыболовства, здравоохранения и других аспектов, не столь заметных, как вопросы безопасности.
Решая глобальные конфликты
Дипломатическая активность России, в особенности по созданию коалиций, гораздо более ограничена. Потенциал ее, между тем, огромен. Хороший пример применения этого потенциала в недавнем прошлом – вопрос химического оружия в Сирии.
Вплоть до августа 2013 года Соединенные Штаты придерживались привычной политики резолюций и осуждающих заявлений в ООН, направленных против сирийского правительства и связанных с химическим оружием и прочими вопросами. Если бы эти (предложенные) резолюции пошли по пути существующих прецедентов, за ними логически последовал бы военный удар против Сирии со стороны Соединенных Штатов, НАТО или какого-нибудь другого альянса (пример Ливии).
Логическим обоснованием военного вмешательства в Сирию и самым неоспоримым аргументом для создания коалиции по интервенции была не продолжающаяся гражданская война, а использование одной из сторон (или обеими сторонами) химического оружия (оружия массового поражения) и его возможное распространение.
Выйдя из своей привычной роли защитницы «прежних» союзников и противницы любого вмешательства, Россия предложила решение, которое сумело смягчить беспокойство по поводу химического оружия, а также защитить другую нацию от незаслуженной военной атаки извне.
Эта инициатива со стороны России по ликвидации международной проблемы послужила редким примером достижения подобного эффекта без применения военной силы, и в результате резолюция 2118 ООН была принята единогласно. Несмотря на прохладную поддержку со стороны американского Конгресса, цели инициативы были полностью достигнуты.
Пусть и неподготовленный с политической точки зрения, конфликт в Косово мог бы стать еще одной возможностью для России продемонстрировать свое лидерство в мировой дипломатии путем участия в миротворческих операциях. Такие действия, возможно, были бы легче приняты Слободаном Милошевичем, и они могли бы предотвратить одностороннее наступление НАТО (и сделать союз с Сербией более привлекательной альтернативой в сравнении с вызывающей сомнения экономической жизнеспособностью независимого Косово).
Нет недостатка в глобальных конфликтах, в решении которых Россия могла бы сыграть ключевую роль, этот список включает Северную Корею, Иран, Палестину и другие страны; но насколько текущая ситуация препятствует выполнению этой роли?
Ситуация на Украине действительно напряженная, но она не означает прекращения дипломатической деятельности. Неразрешенные конфликты, как, например, война во Вьетнаме, назревающий конфликт Китая с соседними странами, локальные беспорядки и революции, не исключают дипломатических продвижений в других областях.
Продолжающийся конфликт на Украине создает новый повод для беспокойства у Соединенных Штатов и Европы – перспективу того, что Россия изолирует себя от мирового сообщества и окажется вне глобальной дипломатии. На самом деле Европа и Соединенные Штаты пытаются избежать именно такого негативного развития событий – изоляции России.
Более активная дипломатическая позиция России принесла бы плоды не сразу, ее многочисленные преимущества накапливались бы по возрастающей. Россия постепенно приобрела бы положительную репутацию в мире и рассматривалась бы как серьезный партнер для конструктивного диалога с ведущими нациями по принятию политических решений, а также как канал для представления интересов, отличных от американских, в Совете Безопасности. Что касается Украины, со временем это могло бы помочь достигнуть решающей договоренности по урегулированию этого конфликта.
Разумеется, формат ООН не всегда идеален для принятия решений по вопросам глобальной безопасности. Россия может использовать различные форумы, такие как Содружество Независимых Государств, Евроазиатский совет сотрудничества, ОБСЕ и другие, для обсуждения и предложения конструктивных решений мировых и региональных вопросов.
Хотя Российская Федерация и отдает приоритет построению своего Таможенного союза, именно Европа является естественным дипломатическим союзником России. Европа и Россия близки географически, и несмотря на то, что культурные различия между ними очевидны, они, бесспорно, не так велики, как культурные различия между Россией и Соединенными Штатами или Россией и Китаем.
Принимая во внимание возможное развитие ситуации, можно только предположить, с каким удовольствием какая-нибудь европейская нация (Венгрия, Болгария, Сербия, Франция или Италия) проголосовала бы за резолюцию, предложенную Россией, в пику подобной резолюции, предложенной Соединенными Штатами.
Вместо того, чтобы постоянно вынужденно придерживаться американской линии по различным вопросам, Европа более громко заявила бы свою позицию, и при взаимодействии европейских стран ситуация изменилась бы диаметрально – уже Соединенным Штатам пришлось бы испытывать давление и идти на сотрудничество с новым «большинством».
Вне границ бывшего СССР Россия практически никогда не участвовала в миротворческих операциях, и российские вооруженные силы имеют ограниченный опыт в координации совместных миротворческих операций. При должной подготовке и правильном обмене информацией такое участие не привело бы к глобальной напряженности, а было бы полезно.
Такой позитивный и активный подход к внешней политике был бы напрямую выгоден и Соединенным Штатам. Россия была бы более вовлечена в мировые отношения, неся свою долю ответственности в ООН и многосторонних операциях. Совместные миссии позволили бы персоналу НАТО и России достичь взаимопонимания в реальной ситуации, а не в обстановке учений, и это могло бы косвенно положительно повлиять на взаимодействие России и НАТО.
Налицо признаки того, что Россия уже начала двигаться по пути принятия более позитивной и активной позиции в глобальных вопросах: новые предложения конференции по Сирии и переговоры по иранскому ядерному оружию – два примера.
Любой успех помог бы России получить твердое основание для привлечения на свою сторону одного из новых союзников, Израиля, и оказать серьезное давление в решении неподатливого израильско-палестинского конфликта. Нет никаких оснований для того, чтобы существующее расхождение во мнениях по поводу Украины помешало бы сотрудничеству по другим вопросам.
Россия имеет в своем распоряжении крупную и активную дипломатическую службу, не связанную отсутствием четкой политики или централизации в принятии решений, и ей пришло время сыграть лидирующую роль и внести свой весомый вклад в сохранение мировой безопасности.