В последнее время становится очевидным, что конфликт между Китаем и Японией вокруг островов Сенкаку (Дяоюйдао) имеет характер постоянно нагнетаемой напряженности.
При вторжении в Иран Вашингтон практически получит еще один фронт, что может оказаться неприемлемым для него
Как следует понимать, речь со стороны Китая не идет о получении каких-то преференций в отношениях с Японией, о его экономических интересах на архипелаге или даже о демонстрации возросшей военной силы КНР.
Зачем китайское правительство решилось пойти на резкое ухудшение отношений с Японией и, соответственно, США?
Может показаться, что конфликт вокруг Сенкаку необходим правительству КНР как дежурный повод для организации вооруженного конфликта со Страной восходящего солнца. Однако это не так.
Нет никакой уверенности в том, что дело идет к подобной развязке, что целью Китая является война с Японией и втягивание в нее Соединенных Штатов.
Конфликт является островным, и это неслучайно. Очевидно, уже на стадии принятия китайским правительством решения о создании напряженности в отношениях с Японией эта напряженность определялась как имеющая локальный характер.
Если рассматривать ближайшие аналогии в мировой политике, то можно указать на англо-аргентинский конфликт вокруг Фолклендских (Мальвинских) островов. Дело тогда, как известно, закончилось несколькими военно-морскими операциями с применением авиации и очень ограниченного контингента десантных войск. Тэтчер не угрожала атомным ударом по Буэнос-Айресу и оккупацией Аргентины. Цель не оправдывала средства.
Вооруженный конфликт из-за Сенкаку, если таковой случится, также будет решаться ограниченными средствами, но потребует привлечения значительных сил поддержки со стороны не только Японии, но и США, с которыми последняя связана договором о совместной обороне.
Вряд ли Вашингтон будет рисковать одним из своих авианосцев ради нескольких ничтожных клочков суши, но держать поблизости мощную авианосную ударную группировку ему придется.
В том, что инициатива в этом конфликте принадлежит именно Поднебесной, особых сомнений нет. Возможно, действия правительства КНР являются одним из ярких примеров «асимметричной дипломатии». Посмотрим на некоторые факты.
Конфликт вокруг архипелага вступил в активную фазу летом прошлого года. К этому времени стало совершенно ясно, что конечной целью США на Ближнем Востоке станет Иран. Последний, как известно, является одним из крупнейших экспортеров нефти в КНР.
По утверждению ВВС, Китай уже давно продвигает юань в качестве международной валюты, которая может конкурировать с долларом. К примеру, Пекин открыл центр по офшорным торговым операциям в Лондоне наряду с уже существующим подобным центром в Гонконге.
Китай закупает у Ирана сырую нефть, оплачивая поставки своей национальной валютой – юанем. Вырученные за нефть деньги используются Тегераном для закупки у Китая товаров и услуг. Это подтвердил в свое время посол Ирана в Объединенных Арабских Эмиратах Мохаммед Реза Файяд.
Понятно, что продажа Ираном нефти за юани подрывает гегемонию USD, эмиссия которого является основным источником дохода для США. В вопросе сохранения за USD статуса мировой валюты и основного платежного средства в расчетах за нефть Белый дом совершенно бескомпромиссен.
Поскольку Иран является одним из важнейших торговых партнеров КНР, обеспечивая для последней устойчивый экономический рост, то задачей китайского правительства является максимальное противодействие планам вашингтонской администрации на Ближнем Востоке.
Но каким образом КНР может существенно осложнить действия США?
В очередной раз посмотрим на факты. На одну только операцию в Афганистане США потратят в 2014 году $79,4 млрд, что составляет более 10% от совокупного бюджета Пентагона. Это огромные деньги.
Численность военнослужащих США в Афганистане в настоящее время составляет 66 тыс. человек. По расходам и количеству привлеченных войск США ведут здесь полноценную войну. При вторжении в Иран Вашингтон практически получит еще один фронт, что может оказаться неприемлемым для него.
Очевидно, поэтому администрация Обамы ставит вопрос о сокращении в ближайшее время численности экспедиционного корпуса в Афганистане, в пределах от 6 до 20 тыс.
Предположим, что Обама решается привлечь для действий на Ближнем Востоке не только наемников-исламистов, но и собственно вооруженные силы США. Военные возможности этой страны таковы, что она способна вести одновременно два локальных конфликта. Но вряд ли даже она способна воевать на три фронта.
Конфликт вокруг архипелага Сенкаку, в нужный момент перешедший в фазу обострения, вполне может загнать военную машину США в режим перегрузки.
Итак. Экономика Соединенных Штатов держится сегодня на работе печатного станка ФРС. Покупательная способность доллара падает с весьма ощутимой скоростью, и это обстоятельство не является секретом ни для кого.
Лучшим способом добить финансовую систему США является их ввязывание в непрекращающуюся череду военных приключений и увеличение военных расходов Пентагона.
Если правящие круги Соединенных Штатов желают падения единственной мировой сверхдержавы, то почему бы Пекину не поспособствовать им в этом?
Источник: Новое восточное обозрение