В начале было «мыло». Еще лет 20–25 назад экраны отечественных телевизоров заселили зарубежные мыльные оперы. Тогдашнего неизбалованного зрителя не смущало, что ему показывают, мягко говоря, не очень свежий продукт.

Некоторые раньше считали сериалы «низким жанром» и отказывались в них сниматься, сейчас таких практически не найти

Началось все с «Рабыни Изауры» 1976 года рождения – центральное телевидение буквально оглушило советского зрителя показом сериала в 1988 году. «Богатые тоже плачут», мексиканский сериал 1979 года выхода, был показан у нас в 1991 году, что не помешало его успеху; хит хитов «Санта Барбара», стартовавший в США в 1984 году, настиг нас в 1992 году.

С этого момента начался вал преимущественно латиноамериканского «мыла» на нашем ТВ, НО... стране с собственной богатой историей знаменитых советских сериалов («Семнадцать мгновений весны», «Следствие ведут знатоки», «Вечный зов» и др.), заставлявших пустеть улицы, не грозило навеки оказаться в заложниках у иностранной продукции. Вскоре зрителю наскучили сцены из чужой жизни, но в то же время выработалось стойкое привыкание к длинным форматам, подробным историям «на разрыв аорты», как следствие, возникла необходимость в собственном продукте. Момент совпал с развалом отечественного кинопроизводства и кинопроката в середине 90-х годов. И телевидение радушно распахнуло двери перед безработными кинематографистами.

Счастливым образом процесс прихода людей из кино в телевизор совпал с приходом денежных средств от рекламного рынка. Но еще очень долго ничего хорошего не происходило. Почему? Причина в отсутствии технологий. Сценаристы не умели писать сериалы, режиссеры по большей части были не знакомы со спецификой рассказа многосерийной истории, а продюсеры не всегда понимали, какая история достойна зрительского интереса в течение, например, 20 вечеров, – как правило, все пытались напрямую перенести законы кино в телепродукцию.

Так началась эра квазикино в длинном исполнении. Сериалы того периода были законченными историями из 12–24 серий без возможности развития и самовоспроизведения, что рушит один из основных принципов сериала – сезонность. Редкие успехи конца 90-х годов все равно были обречены на скорую гибель. Первый эфир, даже прошедший с большим рейтингом, был финальным аккордом каждого отдельного произведения. Зритель не хотел смотреть повтор даже очень понравившейся истории, а производители и заказчики были просто не в состоянии плодить каждый раз новые «нетленки». Неминуемо качество продукции, еще не дошедшей до своих вершин, начало падать, идеи для новых сериалов на 12–24 серии иссякли, ограниченный круг актеров мигрировал из одного сериала в другой на разных каналах, тем самым доводя зрителя до умопомешательства, – стало понятно, что путь тупиковый.

#{interviewcult}Возник вопрос: «Что делать дальше?» Пройдя первую ступень, продюсеры обратились к зарубежному опыту сериальных постановок и поняли, каких именно ресурсов и технологий не хватает. В первую очередь преуспели производители «мыльной» продукции. Первые шаги все равно нельзя назвать системными, но постепенно на рынке появились такие хиты, как «Бедная Настя» продюсера Александра Акопова, «Ундина 1, 2» Юрия Беленького, сценаристов обучили технологии разработки сценариев, освоили сериальную систему монтажа.

Производство «мыла» поставили на конвейер, но... уже было понятно: «мыло» не может заменить контент прайм-тайма. Пришло время масштабных, затратных и способных к самовоспроизведению сериалов. В качестве одного из примеров можно привести «Каменскую»: на волне интереса к детективному жанру и классической сериальности и серийности продукта было сделано шесть сезонов. Параллельно появились «Менты» – восемь сезонов, за ними последовали «Тайны следствия», «Марш Турецкого» и т. д. Казалось бы, дело сделано. Рейтинги росли, актеры, задействованные в вышеупомянутых сериалах, становились национальными героями, по сценариям издавались книги, но, если оглянуться назад, несложно увидеть еще одну ошибку – однотипность предложения на рынке телепродукции того времени. Засилье детективов и криминальных драм начало утомлять и на какой-то момент размыло направленность каждого отдельного канала. Все делали примерно одно и то же и в очень большом количестве. Настало перепроизводство сериальной продукции, каналы были просто не в состоянии разместить в сетке все произведенные сериалы.

Хуже того, однотипность этих сериалов привела к «уравниловке» – отсутствию у каналов «своей» аудитории, а тем временем потребность зрителя в новых жанрах росла. Сформировалась нехватка разножанрового контента, зритель хотел комедий, комедийных мелодрам, лирических историй, способных выполнить одну из основных задач телевидения – развлечь сидящего у экрана человека. Сериал «Моя прекрасная няня», оригинал которого пришел к нам из США, благодаря талантливой адаптации прочно закрепил за собой эту нишу начиная с 2004 года. Молодежно-развлекательный продукт, ориентированный на семейный просмотр, пришелся как нельзя кстати. «Няня» стала безусловным лидером нескольких сезонов телеэфира, победу разделил сериал «Холостяки» (2004), за ними последовал сериал «Кадетство» (2006), имевший огромный успех, и, что особо ценно в случае с «Кадетством», это не адаптация зарубежного продукта, а наша оригинальная идея. Эстафету подхватили «Папины дочки», стартовавшие в 2007 году и уже насчитывающие 20 сезонов.

Успешное развитие отечественной телеиндустрии подтверждают и цифры. По данным компании «Невафильм Research» и агентства Discovery Research Group, за 2011 год в России произведено порядка 4000 часов сериалов и телефильмов на сумму более 800 млн долларов США. Для сравнения: в 2009 году количество часов равнялось 3000, а объем средств составлял 300 млн долларов. В США и Великобритании за 2011 год эти цифры составили 2,5–4,5 млрд долларов, что, конечно, несравнимо больше, и в разговорах с западными коллегами российские продюсеры все еще уходят от ответа на вопрос «А сколько у вас стоит серия?», так как на Западе просто не понимают, как за такие деньги вообще можно что-либо снять. Хотя можно вспомнить российский сериал «Курсанты», номинированный на премию Американской академии телевидения «ЭММИ Интернешнл», который доказал иностранным коллегам, что ни по техническим, ни по сценарно-актерским характеристикам наша продукция не уступает. Если вернуться к росту цифр в нашей телеиндустрии, то стоит отметить, что на долю телепроизводителей в 2011 году приходится примерно 75% заказов от эфирных телеканалов. Тенденция роста, как говорится, налицо.

Однотипность этих сериалов привела к «уравниловке» – отсутствию у каналов «своей» аудитории

Киноиндустрия стала действительно прибыльным самоокупающимся бизнесом. Растет не только количество производимых часов продукта, но и бюджеты серий, гонорары режиссеров, артистов, появляются новые востребованные профессии: креативные продюсеры, хедлайнеры, скриптсупервайзеры и многие другие. Сценаристы объединяются в творческие группы, осваивают зарубежные и разрабатывают собственные технологии работы с многосерийными проектами.

Развитие телепроизводства подтверждает и тот факт, что в последние годы многие режиссеры, прославившиеся в прокатном кино, приходят на телеканалы. Петр Буслов, режиссер всенародного хита «Бумер» и лидера кинопроката 2011 года «Высоцкий. Спасибо, что живой», снял для канала ТНТ несколько сезонов программы «Наша Раша». Режиссер Максим Пежемский, снявший нашумевшую криминальную комедию «Мама, не горюй», снимает сериал «Интерны». Один из крупнейших российских режиссеров Сергей Урсуляк усадил всю страну на просмотр своего сериала «Ликвидация» и продолжает активно сотрудничать с каналом «Россия 1». Дмитрий Дьяченко, ранее снявший суперпопулярные комедии «О чем говорят мужчины» и «О чем еще говорят мужчины», выступил режиссером уже ставшего новым хитом канала СТС сериала «Кухня».

Та же картина и с артистами: некоторые раньше считали сериалы «низким жанром» и отказывались в них сниматься, сейчас таких практически не найти. Многие сериалы стали настоящей кузницей звезд. Что, кстати, характерно для российской телеиндустрии – у нас он появился, этот самый институт звезд, в отличие от прокатного отечественного кино, где лицо известного артиста на афише еще не гарантия кассового успеха. В телевидении сегодня все иначе, у каналов появились «лица», приятно, что с каждым годом их количество растет, а возраст уменьшается – например, все молодые артисты, которые снимались в сериале «Закрытая школа», по меньшей мере стали узнаваемыми и уже завалены предложениями ролей в новых проектах.

Стоит отметить, что процессы развития сериальной киноиндустрии, например, в США также отличает приток профессионалов из киноиндустрии. Не секрет, что на сегодняшний день все наиболее интересное, неожиданное и смелое происходит именно на телеэкранах: SHOWTIME бьет все рекорды с седьмым сезоном сериала «Декстер» про харизматичного маньяка-убийцу; вышел второй сезон сериала «HOMELAND» израильского формата, блистательно перенесенного в реалии Северной Америки; зрители продолжают следить за историей школьного учителя – наркотрафиканта из фильма «Во все тяжкие»; режиссер Гас Ван Сент выступил продюсером и режиссером первой серии многосерийного фильма «Босс», в которой личная драма главного героя переплетается с интригами предвыборной гонки, – на самом деле список бесконечен. О чем это говорит? Нет, зритель не перестал ходить в кино, но в какой-то момент люди с телеэкрана рискнули, вложив в производство телепродукта ресурсы (не только денежные), сопоставимые, а зачастую и превосходящие большое кино, и выиграли. Планку понижать нельзя. И мы тоже прекрасно это понимаем. Сегодня у продюсеров российских каналов складывается понимание, куда и зачем мы идем. Однако это не значит, что существует чудодейственный рецепт создания успешного телепродукта. Это тяжелый и ответственный процесс. Нужно не только удовлетворять зрительскую потребность в острых ощущениях, но и не потерять свое лицо и репутацию, заработанную годами проб и ошибок. Никакие социологические опросы и фокус-группы, будучи важным фактором развития современного телевидения, не могут со стопроцентной уверенностью ответить, почему сериал, блистательный по качеству режиссуры, картинки, актерской игры, может провалиться, и наоборот. Точно так же, как ни один учебник не способен создать талантливого сценариста – он всего лишь инструмент в умных руках.

Источник: Журнал «Русский пионер»