Не так давно на место заместителя директора главного музея Минобороны Украины назначили 23-летнюю блондинку Анастасию Фурман, которая не имеет никакого опыта работы в этой сфере.
На весах трудовых свершений по одну сторону стоят те, у кого нет опыта, а по другую – те, что с опытом, но «чуть за 40
А что в России? У нас ситуация не лучше. Вспомним множество молодых симпатичных девушек-женщин, что вдруг стали замом зама и прочими руководителями крупных государственных и не только холдингов и корпораций. Однако всё это не так смущало и не гневило бы народные массы, если бы не нетрудоустроенность значительной части населения России.
Создаётся впечатление, что итогов проведения реформ в сфере труда и занятости никто замечать не желает. А надо бы.
Сегодня многочисленные сайты и издания с объявлениями о вакансиях на самом деле ни в коей мере не способствуют трудоустройству человека с огромным профессиональным и большим жизненным опытом.
Ни в одном европейском кадровом агентстве никто даже не подумает задать вопрос о возрасте соискателя вакансии. У нас же, проработав уйму времени в определённой структуре, имея огромный багаж знаний и навыков, человек «за 40» при устройстве на новое место работы призван практически пресмыкаться перед HR-менеджерами, заведомо зная, что его возраст всё равно может стать причиной отказа.
Трудагенты часто откровенно игнорируют требования уже почти год существующего ФЗ РФ о запрете указывать соискателю на его пол, расу, национальность, язык, семейное положение, возраст, место жительства и т.д. Обычно при собеседовании стараются завуалировать эти темы, однако делая особый акцент именно на том или ином пункте по каким-либо причинам, невыгодным работодателю. В глаза, конечно, не скажут, но задуматься заставят.
Это может объясняться и тем, что зачастую работодатели просто не желают брать на себя финансовую ответственность за человека, склонного по своим физиологическим факторам часто болеть. Такое, согласитесь, у людей «за 40» не редкость. А ведь, согласно ФЗ № 255 от 29 декабря 2006 года «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», работодатель обязан оплачивать расходы страхового обеспечения.
Сегодня в частных структурах взять больничный и лечиться за свой счёт – обычная практика. Государство практически отгородилось сотнями мелких подзаконных актов, переложив свои конституционные обязанности перед гражданином на плечи не всегда законопослушных работодателей.
Очень часто на собеседовании работодатель предъявляет намеренно завышенные требования к тем, кому «за 40». А в анкете соискателя потом появляются такого рода чудо-опусы: «Человек неадекватно реагирует на предложение применения в своей профессиональной деятельности средств персональной коммуникации (компьютера) в силу своих психофизиологических особенностей». Иными словами, от кандидата потребовали предъявить знание отдельных специализированных программ, без которых процесс современной деловой коммуникации в принципе невозможен, а тот выразил своё негативное отношение к «ненавистным гаджетам».
Действительно, такова особенность большей части людей, рождённых до 1972–1975 годов. Это, мягко говоря, не самая активная категория пользователей ПК. Встречаются и такие, кто до сих пор счёты с деревянными костяшками считают незаменимым прибором и боятся компьютеров, как чёрт ладана. Именно этим фактором и пользуются HR-представители компаний. Но их можно понять: сегодня, например, в сфере экономических отношений без знания программ «1С» путь в такие профессии, как бухгалтер или кадровик, заказан.
К особой категории соискателей на рынке труда относятся военные пенсионеры. Для них, как правило, за стенами родного штаба, казармы и т.п. жизни нет. Конечно, государство старается не бросать своих бывших защитников на произвол судьбы, предоставляя возможность переквалифицироваться. Но чаще происходит так, что всё «многообразие» предлагаемых профессий сводится к управлению персоналом.
Переучиться за счёт государства соглашаются многие, но вот пригодится ли им сей приобретённый навык, не знает практически никто из них даже по окончании курса. К тому же и учёбой это назвать нельзя: «галопом по европам», поверхностно и без притязаний. Скорее попытка государства оправдать себя за собственную несостоятельность: мол, мы вам предоставили, а вы уж будьте любезны...И вот вам, как вариант, унылая «картина маслом»: опухший от бессонницы ворчащий охранник где-нибудь на вахте ООО, ОАО, ЗАО... Перспективка!
Беда с трудоустройством и у молодых специалистов. Сотни выпускников десятков профессий и направлений по окончании вуза практически оказываются выкинутыми на улицу. Многие государственные и негосударственные вузы сегодня почему-то автоматически снимают с себя ответственность за трудоустройство своего бакалавра/магистра. К тому же работодатель требует предъявить ему немалый трудовой стаж. И где ж молодому спецу набраться того самого профессионального опыта, если львиная доля российских работодателей хотят иметь в своих кадрах уже готового Мастера, однако не желают тратить на это ни своё время, ни тем более средства?
Естественно, соискателю приходится зондировать иные сферы занятости, хоть чуточку схожие (порой и вовсе отвлечённые) по функционалу с его профессиональными потребностями. Но законы трудорынка таковы, что устроиться он может лишь на низкооплачиваемые должности, на которых его прежние опыт и знания в принципе никому не нужны. Человек деградирует как специалист, теряет прежние квалификацию и профессиональную хватку.
Из всего выше сказанного невозможно понять, откуда взяться профессионалу, если опыт – «сын ошибок трудных» – можно лишь наработать, а как же его наработать, если на работу не берут из-за отсутствия того же самого опыта? Получается какой-то бред сумасшедшего. Но ведь и профессионалов с огромным опытом сегодня так же не жалуют: возраст мешает. Вот и стоят они на весах трудовых свершений: по одну сторону – те, у кого нет опыта, а по другую – те, что с опытом, но «чуть за 40». А кто же тогда посередине?