Президент Владимир Путин, как пишут в СМИ, взялся за зарплаты бюджетников. И так бодро и радостно об этом сообщается, что хочется сразу поверить в счастье, которое наступит для всех бюджетников году так к 2018-му.
Научный интерес и стимулируемый педагогический азарт принесут пользу делу больше, чем повиновение формальным правилам
Да только кадровый кризис развивается в социальной сфере уже сейчас, и если его не остановить, то любое повышение зарплат будет бесполезной тратой денег. Я за всю сферу не стану говорить, ограничусь образованием. А в нем налицо и кризис трудовой мотивации, и кризис организации труда, и проблема с привлечением молодых кадров.
Зарплата в системе образования давно уже относительно невысока. В 90-е годы, например, была просто нищенской. И все-таки оставались и в школах, и в вузах люди, преданные и увлеченные своим делом. Это могли быть или энтузиасты и подвижники, или крепкие профессионалы. Тогда действовала отнюдь не только инерция, безысходность или наивная вера в то, что «это не может долго продолжаться». Не так уж редко и сейчас людьми руководят любовь к профессии и чувство долга. А в 90-е годы без них ни школы, ни вузы не выжили бы. Да и все общество тоже вряд ли бы справилось с теми «лихими» годами, если бы коммерческий интерес победил окончательно.К тому же с началом рыночных реформ ослабел бюрократический контроль, появилась возможность внедрять свои идеи, принимать новые программы, экспериментировать. И школы, и вузы пользовались этой свободой и отнюдь не только из корыстных соображений, но и в строго профессиональных, творческих целях. В 2000-х стала расти зарплата. Статус профессии педагога держался довольно долго на советской еще инерции, и даже незначительный рост зарплат приостановил начавшееся было падение статуса профессии.
Сейчас у работников системы образования нет ни достойной зарплаты, ни свободы. Да и со статусом преподавателей не церемонятся. Сообщения о повышении зарплат бюджетникам обязательно дополняются напоминаниями о том, что работать за эти деньги заставят добросовестно (сейчас ведь бездельничают, это же ясно). Постоянные напоминания о необходимости коммерческой отдачи также укреплению статуса педагогической профессии не способствуют, как и ассоциирование жизненного успеха с коммерческим. А последнее очень характерно и для нашего информационного пространства сегодня, и для массовой культуры. Да и организационно такая связка успешности профессиональной педагогической деятельности с коммерческой отдачей в системе образования всячески укрепляется. В вузах, например, создается система менеджмента качества. А это, чтоб вы знали, есть «инструмент вхождения вуза в рынок». Но вуз не должен торговать собой на рынке, в нем нужно учить людей. Такое у меня старомодное представление.
Кстати, не способствует ни статусу профессии, ни мотивации работников и новая система оплаты труда, делающая преподавателя и учителя зависимыми от начальства. И жесткие требования соблюдения не всегда внятных инструкций, и «рейтинговый» принцип оплаты, заставляющий заполнять многостраничные отчеты, не находя там показателя собственно твоей педагогической деятельности, которая из основной стремительно превращается в побочную и даже лишнюю. У меня на кафедре есть специальная папочка «Для рейтинга». Там хранятся документы, подтверждающие, что я и мои сотрудники действительно достойны тех баллов, которые они себе насчитали по специальной табличке. Папочка – хорошо, это удобно, плохо то, что все больше и больше нужно делать для рейтинга. И часто – ни для чего больше.
Все эти «демотиваторы» особенно сильно действуют на молодых преподавателей, мешают «вербовать» хороших студентов. Помимо всего прочего мешает неопределенность будущего и ощущение зыбкости настоящего. Допустим, выпускник решит, что ради академической карьеры он готов на все. Но кто же сегодня объяснит ему, на что именно нужно быть готовым. Всё стремительно меняется, и с управленческой точки зрения в образовании уже давно неразбериха. Вузы укрупняют, реорганизуют, преобразовывают, вводят новые правила, связанные с двухуровневой системой высшего образования. Вводят быстро и необдуманно, одна новая инструкция противоречит другой, и все они вместе не соответствуют сложившимся традициям и принятой практике.
Беда в том, что сегодня медленно, но верно не очень хорошо оплачиваемую, но интересную, творческую, благородную и гуманную профессию превращают во что-то совершенно противоположное. В низкооплачиваемую, жестко регламентируемую и формализованную, нудную и в целом бесполезную деятельность.
И простое повышение зарплаты проблемы не решит. Нужно поддерживать материально работников образования, в первую очередь начинающих, это правда. Но государственные жилищные программы сработают не хуже повышенной зарплаты. Как и государственные целевые субсидии на научные исследования и командировки, опять же в первую очередь не остепененным, начинающим преподавателям. Нужны субсидии на занятия по интересам, а не «коммерчески оправданные» гранты. Да-да, интерес – лучший мотиватор в этом деле, в которое привлекать одними только деньгами опасно. Неограниченные практически возможности профессиональной и творческой реализации при достойном материальном обеспечении – вот на чем должна строиться система стимулирования труда в образовании.
Нужно давать свободу не только вузам в целом, а подразделениям – факультетам и кафедрам, но не свободу «зарабатывать деньги», а право определять формы реализации учебных программ и определять нагрузку преподавателей. Определять исходя из потребностей учебного процесса, а не на основе обязательных нормативов. И это не так безрассудно, как выглядит на первый взгляд. Научный интерес и стимулируемый педагогический азарт принесут пользу делу больше, чем повиновение формальным правилам. Процесс производства и получения знаний увлекателен сам по себе, он затягивает, поверьте мне. Фальсификация процесса обучения, конвейерное производство пустых, по сути, «корочек», коррупционные схемы, низкое качество знаний сегодня не следствие бесконтрольности, а, скорее, напротив – нередко это прямая реакция системы на установление формального бюрократического контроля.
Педагогическую профессию нужно спасать. И для начала нужно вернуть ей и ее представителям уважение. Просто так, авансом. Доверие и свобода – это то, в чем система образования нуждается не меньше, чем в деньгах. А без доверия государства и общества, без свободы для профессиональной, а не рейтинговой или рыночной деятельности никакие деньги образованию не помогут. Ведь хорошему педагогу сколько ни плати – не переплатишь. А плохой и рубля не стоит, но может научиться правильно отчитываться лучше и быстрее многих.
Специально для газеты ВЗГЛЯД