Новый сериал Гай Германики представляется мне явлением эпохальным. Тридцатилетие в современной культуре рассматривается в качестве рубежа – ты еще не стар, но и юность уже вышла вон. Какие они, сегодняшние тридцатилетние? Какое будущее ждет нынешних подростков, и каким опытом будут обладать наши ровесники? Массовое искусство полностью игнорирует эту проблему – оно достаточно примитивным языком рассказывает о мире, ориентируясь на вкусы и запросы тинейджеров и кидалтов. Массовое искусство не выполняет одну из главных функций художественного творения – критическую. Зритель потребляет компот сериалов, не задумываясь и не испытывая глубоких чувств.

Краткий курс счастливой жизни» в этом контексте выглядит так, как если бы российское телевидение захватили инопланетяне

«Краткий курс счастливой жизни» в этом контексте выглядит так, как если бы российское телевидение захватили инопланетяне. Они дают такую картинку и такие истории, которые ранят – в первую очередь их атака идет на тех «нормальных людей», которые живут «как все». Гай Германика беспощадна ко всему – счастливому браку и романтической влюбленности, человеческому мужеству и свободе, любви к детям и самоуважению. Все это только иллюзии, в которые тридцатилетние люди играют, словно котята, бегающие за фантиком.

Сердце тьмы находится в наиболее личных переживаниях людей, за границами их публичной роли. Оно начинает биться, когда за тридцатилетней женщиной захлопывается дверь ее квартиры, когда пакеты с едой из супермаркета опускаются на пол, когда офисная блузка сменяется на домашний халат.

Смотреть Гай Германику – все равно что идти на пароходе к истоку Конго, встречая на своем пути все более страшные племена каннибалов. Это зеркало жизни в современной России, в котором псевдодокументалистика сочетается с фирменной атмосферой ужаса, характерной для режиссера. Это зеркало кривое, но только так нам удается различить в нем нас самих за мишурой банальных медиа.

Источник: Блог Кирилла Мартынова