Сегодня совершенно разные эксперты сходятся в том, что скоро в России будет практически некому работать, так как число пенсионеров растет, а число трудоспособных падает. Я соглашусь с тем, что положение вещей серьезное. Мы пребываем в ситуации очередного демографического перехода: проходим пик выхода на рынок труда трудоспособного населения. Эта ситуация не новая – демографы прогнозировали ее еще с конца 90-х – начала 2000-х годов, просто сейчас ее развитие происходит на наших глазах.
#{smallinfographicright=435845}И это долгосрочный тренд: число людей пенсионного возраста будет расти. Если помните, у нас был «горбачевский» всплеск рождаемости, затем провал в 90-е. Он будет ощущаться еще достаточно долго, ведь это целое поколение, которое появилось на свет в 1990–2000-е годы: так называемые Millennials – рожденные на смене тысячелетий.
Демографическая ситуация, естественно, отражается на государственной политике. Именно поэтому в России начались дебаты вокруг пенсионной реформы, связанной с дефицитом Пенсионного фонда. Уже сегодня понятно, что выплаты пенсий следующим поколениям для бюджета будут гигантскими, так как число тех, кто может работать, будет все сильней отставать от числа тех, кого нужно кормить. И как реакция на эти расчеты выдвигаются предложения о продлении пенсионного возраста или стажа, что практически одно и то же. Но российское экспертное сообщество не обсуждает пока, например, стимулирование экономики так называемого «серебряного», то есть пожилого, возраста, а весь мир уже всерьез этим занят.
В мире не первый год идут дебаты о том, как сделать продуктивной кооперацию между людьми пенсионного возраста и молодыми, чтобы при этом пожилые не рассматривались как обуза. А самое главное – как пожилых подвигнуть на самоорганизацию. Поиск ответа на этот вопрос лег в основу социальной и культурной политики развитых стран. Заметьте, за границей учится очень много взрослых людей, в том числе и пенсионного возраста. Нам тоже придется строить свою политику, которая позволит включить пенсионеров в активный трудовой процесс. К сожалению, всегда есть живодерские способы. Вспомним, что сейчас происходит в Греции: решение еще на два года продлить трудоспособный возраст – до 67 лет – привело к забастовкам.
Одно из самых жесточайших разочарований в индустриально развитых странах заключается в том, что люди, которые выйдут на пенсию в ближайшие десятилетия или годы, будут жить в худших условиях, чем их предшественники. Возможно, добровольное решение пенсионеров продолжать работать – один их выходов. Здесь, правда, нужно учитывать, что производительность труда у пожилых может быть меньше, так как уже меньше сил, начинаются возрастные проблемы со здоровьем.
Поэтому второе направление внутри этой проблемы, по которому Россия пока также не работает, – это здравоохранение. Если существенно возрастет продолжительность жизни и значительно увеличится процент пожилых, очевидно, что изменится характер основных заболеваний. Скорей всего, это потребует дорогостоящих методик лечения и ухода за людьми. Отсюда в развитых странах ориентированность не просто на долгую жизнь, а на здоровую долгую жизнь: это уже работа не с болезнями, а со здоровьем. Поэтому для России сегодня в связи со старением населения становится чрезвычайно важным повышение эффективности медицины и здравоохранения.
Специально для газеты ВЗГЛЯД