Россию часто сравнивают с Веймарской республикой. Аналогия имеет смысл: поражение в крупной войне, отчуждение территорий, смена государственной формы, экономический коллапс, нарастание ксенофобских и националистических настроений на этом фоне.

На выборах в России будут побеждать все более консервативные силы

Если аналогия верна, то прогноз ясен: на выборах в России будут побеждать все более консервативные силы, вне зависимости даже от степени честности этих выборов.

Но вот если почитать тексты по истории Веймарской республики, например первый том очень интересной работы Ричарда Эванса о Третьем рейхе, то можно сделать любопытный вывод, который уточняет предыдущий тезис.

Ключевое отличие Российской Федерации от межвоенной Германии до 1933 года состоит в том, что в последней были очень развиты различные формы гражданского активизма. Было огромное количество некоммерческих обществ, начиная от наиболее известных групп ветеранов Первой мировой войны и заканчивая объединениями в защиту геев и лесбиянок. Сотни тысяч людей занимались строительством немецкого гражданского общества. И именно из этой пены в результате появились ораторы-демагоги, среди которых выделялся Гитлер.

К 1933 году именно немецкое гражданское общество, в котором победили ультраправые, пришло в стране к власти – это был классический низовой процесс, начавшийся с выступлений перед аудиторией в несколько десятков человек и перебрасываний пивными кружками с коммунистами в мюнхенских трактирах.

Россия же холодная, пассивная и грустная страна. Здесь много лет, особенно после начала «нулевых», про политику всем было «не интересно», а к активистам любого сорта относились как к городским сумасшедшим. Любая активность была подотчетной «вертикали власти», и именно в этом традиционно видели фашистское государство. Но в этом ли?

Из этого, конечно, вытекает совсем уж неприятное следствие, которое мне самому совершенно не нравится. Что, если российское клептократическое государство в пассивном обществе было единственным барьером от нацизма?

Нынешняя ситуация, которая наблюдателями описывается как Перестройка-2: развитие волонтерских проектов, гражданских инициатив и интереса к политике – тогда совсем не случайно включает в себя «религиозное возрождение», желание россиян ввести в Уголовный кодекс телесные наказания, стремление наказывать инакомыслящих и «оскорбляющих чувства верующих».

Это все тогда уже известный из истории шаг к нацизму, опосредованный кратким историческим моментом расцвета гражданского общества.

Какие-то печальные получаются параллели.

Источник: Блог Кирилла Мартынова