Я, было дело, закончил дневное отделение факультета психологии МГУ им. Ломоносова, причем практически без четверок. Три или четыре за все 5 лет. То есть хорошо учился, чего уж там. Поэтому могу квалифицированно высказаться насчет «экспертизы» некоего «эксперта-психолога» Лейлы Соколовой, по результатам которой, как пишут, отправили на 13 лет по обвинению в изнасиловании собственной дочери железнодорожника Макарова. Дело нашумевшее, думаю, все о нем слышали.
Поражает, с какой готовностью наша трусливая публика обвинила во всех грехах экспертшу Лейлу
Вкратце суть дела такова: мама отнесла мочу 9-летней дочки на анализ для какого-то рутинного обследования, бдительная лаборантка обнаружила в моче «мертвые сперматозоиды», тут же завели дело, обвинили, чтоб далеко не ходить, папу девочки по фамилии Макаров, а рисунки девочки отдали на экспертизу упомянутой Лейле-эксперту. Лейла-эксперт быстро обнаружила на рисунках фаллические символы и заявила, что рисунки, дескать, принадлежат ребенку, подвергшемуся сексуальному насилию. Результат – папе вломили 13 лет, и он сейчас парится на нарах в почетном звании педофила.
В деле два аспекта. Первый – очевидный, то есть «экспертно-психологический». О нем в нашей психологической среде с незапамятных времен ходит такая хохма: «Если на рисунке пациента изображен ЛЮБОЙ предмет, у которого измерение по высоте БОЛЬШЕ, чем измерение по ширине, то это вне всякого сомнения фаллический символ. Если же на рисунке изображен предмет, чье измерение по высоте МЕНЬШЕ, чем измерение по ширине, то это тоже вне всякого сомнения есть ЛЕЖАЩИЙ фаллический символ». То есть мы, психологи, сами-то прекрасно знаем цену всем своим «экспертизам».
Вероятно, тут даже правильнее начать с того, что психология – это не наука в строгом смысле слова. По своей природе она значительно ближе к искусству. В психологии нет четких зависимостей переменных «если а, то b», или «щелкни кобылу в нос, и она махнет хвостом». Когда махнет, а когда и засветит копытом в глаз – предсказать невозможно. В особенности это относится к так называемым проективным методам психодиагностики. Анализ детской психики по рисунку как раз и относится к числу таких методов.
Всем потенциальным психоаналитикам и психодиагностам на лекциях с самого начала вдалбливают: любые проективные методы являются по своей природе вспомогательными, то есть не позволяют ни о чем судить наверняка. Психодиагностика – это ни в коем случае не лабораторная диагностика, скажем, крови: нашел там какой-нибудь ВИЧ – и сразу «э-э, да вы, батенька, СПИДОНОС!» С психодиагностикой так не получится.
Все, что может сказать психолог по рисунку, – это «может быть». Точнее, рисунок может лишь подсказать в самых общих чертах, в каком направлении копать. Ну и самое существенное: в любом случае психодиагностика указывает на события ПСИХИЧЕСКОЙ, то есть внутренней жизни клиента. Она вообще не говорит о том, что клиент делает или что с ним делают, она говорит о том, что клиент ПЕРЕЖИВАЕТ. Попросту говоря, с точки зрения криминалистики психодиагностика вообще практически бесполезна, во всяком случае, напрямую, так как мысли, намерения и настроения у нас в стране пока еще, слава богу, неподсудны.
Наконец, еще и такой немаловажный фактор, как сама по себе отечественная психология. Тут надо понимать, что в России, в СССР и опять в России психология всегда была и остается в глубоко маргинальном положении, в общем-то, характерном для всех гуманитарных наук совка и постсовка. То есть «по закону больших чисел» изредка появлялись гении, фигуры поистине мирового уровня – Выготский, Лурия, сейчас вот, думаю, недавно умерший Афанасьев... Но под ними – и это надо четко понимать – ПУСТЫНЯ. Наша психология сугубо провинциальна и мелка, ФИГУР нет, полноценного научного сообщества тоже нет. Неизвестно, где там училась эта Лейла, но факт тот, что НАУЧИТЬСЯ ей было по большому счету НЕГДЕ.
Причем ситуацию не спасло бы, даже если бы наша Лейла умудрилась закончить психологический Гарварда или там Сорбонны. Беда в том, что практическая психология слишком привязана к языку и культуре, она на нем живет, если хотите, паразитирует. Закончив Сорбонну, можно хорошо практиковать во Франции, но быть при этом абсолютно беспомощным в России.
Соответственно, большинство (если не все) наших психодиагностических методик – кальки, передранные «насухую» с западных аналогов, то есть С НАРУШЕНИЕМ ПРОЦЕДУРЫ. Никакие западные тесты – а уж проективные и подавно – вообще нельзя просто «переводить» ввиду разницы языков и менталитетов. Их надо ВЫСТРАИВАТЬ полностью заново, с нуля, на больших массивах, иначе они будут невалидны.
Однако это очень дорого (действительно дорого), и этим никто КАК СЛЕДУЕТ никогда у нас не занимался. То есть, строго говоря, ВСЕ выводы, которые делают «на основании тестов» в любых «психодиагностических центрах» в нашей стране – это шарлатанство чистой воды. Точно с таким же успехом можно «тестировать» при помощи тестов из журнала «Космополитен» или там «Психоложи» – там их масса в каждом номере. Дешево и сердито!
Естественно, найдется много практикующих психологов, которым сей диагноз придется не по нраву. В общем, их даже нельзя за это винить – в конце концов, люди зарабатывают деньги, а при этом грех немного не понадувать щеки. Я-то ведь не зарабатываю психологией, и мне плевать на «корпоративную этику», а если точнее – на корпоративную круговую поруку.
Да и, с другой стороны, а есть ли она, эта корпорация? Ведь «психологическую экспертизу» уже не первый раз задействуют в грязных или по меньшей мере сомнительных делах, во всякого рода кампаниях. И что, была ли хоть какая-то реакция «психологического сообщества»? Нет, никакой. Разобщенные маргиналы – вот что такое современные психологи. И вот теперь они дождались, что на них спустили всех собак. Скоро этак всех, независимо от пола, заставят с голыми задами и в латексных бюстгальтерах скакать по сцене в качестве «нижних» и «верхних».
Потому что – и в этом как раз второй, более важный аспект «дела Макарова». Поражает, с какой готовностью наша трусливая публика обвинила во всех грехах экспертшу Лейлу. Даже как-то неудобно теперь объяснять, что эксперты, какими бы садистами в душе они ни были, сами никого к 13 годам не приговаривают. И что даже если Лейла появлялась в зале суда вся в коже и с голым задом (22 октября блогеры нашли и опубликовали эротические фото психолога-эксперта Лейлы Соколовой – прим. ВЗГЛЯД), со стеком в руке, едва ли она тем самым обретала мистическую власть над судьей.
ПРИГОВОР ВЫНОСИТ СУД! Все, что я выше написал о принципах психодиагностики и «весе» экспертных заключений, – это никакая не тайна, это, по идее, известно любому судье еще по юридическим курсам. Почему в центре общественных возмущений оказалась экспертша, а не судья, не следователь, мне лично неведомо. Точнее, догадаться можно, но это очень нелестная догадка для вас, дорогие друзья.
А спасать Макарова из пасти нашего «правосудия» нужно. СВОБОДУ МАКАРОВУ!!!
Источник: Блог Алексея Рощина