«Постановление о практике рассмотрения уголовных дел о преступлениях против военной службы дает разъяснения, как лучше вести себя в сложившейся ситуации в виду подъема массива уголовных дел подобной категории. Теперь правоохранительная система будет лучше понимать, на что обращать внимание и куда нужно смотреть при выяснении вопроса о том, являлась ли добровольная сдача в плен вынужденной и последней мерой, или боец мог поступить иначе», – считает Владимир Слащев, партнер адвокатского бюро «Коблев и партнеры».
Вопрос о том, имел ли боец возможность сопротивляться до конца перед добровольной сдачей в плен – это исключительно оценочный момент, который подлежит судебной оценке. «Именно поэтому Пленум Верховного суда выносит этот вопрос на обсуждение, чтобы обобщить практику и сделать ее более универсальной», – уверен собеседник.
Ситуация, при которой поводом для сдачи в плен стало отсутствие средств для обороны, например, у солдата закончились патроны, не во всех случаях может трактоваться как оправдание, считает юрист. «Объективная оценка обстановки может свидетельствовать о том, что военнослужащий мог предпринять иные меры для сопротивления и для выполнения своего воинского долга», – полагает Слащев. А вот получение ранения можно считать скорее оправданием для сдачи в плен.
Собеседник напомнил, что жизнь человека превыше всего, но когда речь идет о защите государства и выполнении воинского долга, то сделать выбор между тем, что важнее – жизнь или будущее страны – очень сложно. «Если морально-волевые качества крепки, то человек не будет сдаться в плен. Если морально-волевые качества слабые, и боец ставит свою жизнь выше государства, то тут многое будет зависеть от решения судьи или другого органа, который будет расследовать признаки преступления. Возможно, совокупность доказательств укажет на то, что иного выбора, кроме сдачи в плен, не было», – пояснил эксперт.
Кроме того, сдача в плен граничит с подозрениями в госизмене. Возможны ситуации, при которых пленение сопровождается оказанием содействия силам противника, полагает Слащев.
О том, что сдача в плен является преступлением только в том случае, если она была совершена сознательно, при имеющейся возможности оказать сопротивление и избежать захвата, говорится в проекте постановления Пленума о практике рассмотрения уголовных дел о преступлениях против военной службы Верховного суда России.
В случае, если военный по своему физическому состоянию не может уклониться от плена, фактический его захват противником не является преступлением. При этом, согласно воинскому уставу, военнослужащий в ходе боевых действий должен оказывать решительное сопротивление противнику.
«Если военнослужащий по своему физическому состоянию не способен уклониться от плена, фактический его захват противником не образует состава данного преступления (например, нахождение военнослужащего в беспомощном состоянии, в том числе вследствие тяжелого ранения или контузии)», – говорится в документе ВС.