Для этого привлекались «общественные, культурные деятели». Как заявил Чабан, они не понимали ни «сути обвинения», ни «материалы уголовного дела», а также не были знакомы с «объемом доказательств», но при этом высказывали «очень смелые оценки», называя обвинение абсурдным, передает РИА «Новости» со ссылкой на канал «Россия 24».
«Мало того, частенько задавали подобные вопросы президенту при первой удобной возможности, это была излюбленная тема тогда», – сказал Чабан, отметив, что единственный способ противодействовать такому давлению – качественно вести дело.
Чабан пояснил, что проводились «экспертизы, допросы, процессуальные действия», принимались «взвешенные, грамотные» решения. Чабан подчеркнул, что решения принимались «исключительно в рамках уголовного процесса, чтобы ни у прокуратуры генеральной, которая надзирает за этим делом, ни у суда Московского городского, ни у Верховного (суда), ни у кого» не было «вопросов по поводу объема доказательств и оценки этих доказательств».
Напомним, Чабан сообщил, что Сафронов отправлял немецкой разведке «абсолютно секретную» информацию о ходе российской операции в Сирии в 2015 году, а чешской разведке – данные о российской спутниковой группировке, работавшей в интересах ГРУ. Вербовка Сафронова началась в 2012 году, через год он уже начал получать задания.