Летом 1921 года из-за сильной засухи миллионы людей в городах и особенно в селах 34 губерний РСФСР оказались фактически на грани голодной смерти. Правительства и народы многих стран пришли на помощь Советской России, создавали у себя специальные комитеты, которые собирали пожертвования для голодающих. В эту работу включились и США по линии АРА – Американской администрации помощи, передает РИА «Новости».
АРА была организована в 1919 году по распоряжению президента США Вудро Вильсона, ее руководителем назначили тогдашнего министра торговли Герберта Гувера (будущего 31-го президента США). АРА создавалась с бюджетом 100 млн долларов как филантропическая организация для оказания продовольственной помощи пострадавшим от войны народам Европы. Вскоре бюджет АРА был пополнен за счет частных пожертвований еще на сумму в 100 млн долларов. Под эгидой АРА действовало до 15 различных религиозных, общественных и национальных организаций по оказанию помощи голодающим.
20 августа 1921 года в Риге нарком иностранных дел РСФСР Максим Литвинов и директор АРА в Европе Вальтер Браун подписали договор о помощи Советской России. При этом параграф 25 соглашения правительства РСФСР и АРА о помощи голодающим предусматривал отказ АРА от вмешательства во внутриполитическую жизнь страны. В тот же день уже новый президент США Уоррен Гардинг разрешил выдачу американцам выдачу зарубежных паспортов для поездок в Советскую Россию. Во главе миссии АРА в России поставили полковника армии США Уильяма Хэскелла.
Как отметил Макаров, несмотря на то что АРА являлась филантропической организацией, ее «гуманитарная» деятельность в послевоенной Европе в 1919-1921 годах не совсем соответствовала ее статусу. «Сотрудники АРА активно участвовали во внутри- и внешнеполитических процессах стран, которым оказывалась помощь. Например, АРА снабжала продовольствием, снаряжением и медикаментами польские войска во время польско-советской войны 1919-1921 годах», – сказал историк, добавив, что в связи с этим с первых дней приезда в Советскую Россию сотрудники ВЧК осуществляли негласный надзор за деятельностью американцев.
Историк провел выдержку из докладной записки «Об АРА», подписанной в конце января 1922 года начальником осведомительного отдела ИНО ВЧК (внешней разведки) Залиным. Из документа следует, что «американский персонал подобран большей частью из военных и разведчиков, из коих многие знают русский язык и были в России либо в дореволюционное время, либо в белогвардейских армиях у Колчака, Деникина, Юденича и в Польской (Гавард и Фокс – у Колчака, Торнер – у Юденича, Грегг и Финк – в Польской и т.д.). Американцы не скрывают своей ненависти к Соввласти». «Занимаясь шпионажем, организуя и раскидывая широкую шпионскую сеть по всей России, АРА проявляет тенденцию к большему и большему распространению, стараясь охватить всю территорию РСФСР сплошным кольцом по окраинам и границам (Петроград, Витебск, Минск, Гомель, Житомир, Киев, Одесса, Новороссийск, Харьков, Оренбург, Уфа и т.д.)», – сообщал Залин.
Далее в записке делался вывод, что «вне зависимости от субъективных желаний АРА объективно создает на случай внутреннего восстания опорные пункты для контрреволюции как в идейном, так и в материальном отношении».
В результате уже после начала деятельности АРА на советской территории в марте 1922 года в ГПУ были издан приказ, в котором АРА называлась структурой, занимающей «видное место» среди иностранных организаций в РСФСР, «так или иначе помогающих предательской работе контрреволюции», добавил Макаров. «ГПУ установлено, что русский отдел АРА наряду с работой Помгола («Помощь голодающим») ведет контрреволюционную и шпионскую работу», – говорилось в приказе.
При анализе политической работы АРА, направленной против советской власти, особое внимание обращалось на состав этой организации. Сотрудники АРА условно делились на две категории: на сотрудников, приехавших из Америки, и на сотрудников, принятых на службу в России, добавил Макаров. «Среди американских сотрудников АРА 20% составляли приказчики и коммерческие служащие, 15% – квалифицированные экономисты и финансисты (экономические разведчики крупных трестов и синдикатов), 65% кадровые офицеры (высший командный состав и штабные офицеры – 20%, военные разведчики – 25%, сотрудники полиции – 20%)», – отметил историк.
По словам Макарова, ГПУ считало, что американские сотрудники АРА в случае необходимости могли стать первоклассными инструкторами контрреволюционных восстаний.
Вторая категория служащих АРА – это российские граждане, которые подбирались с особой тщательностью, рассказал Макаров. «В их числе преобладали бывшие белые кадровые офицеры – 75%, на втором месте были «бывшие люди» – помещики, чиновники и тому подобные – 20%, третью группу составляли разные лица (бывшие советские служащие, имеющие рекомендации от бывших аристократов и чиновных людей и так далее – 5%», – добавил историк.
И не случайно особую озабоченность чекистов вызывали даже не столько сами граждане США, сколько русские сотрудники АРА, поскольку именно через них американцы собирали необходимые сведения о России и различных аспектах ее жизни, поддерживали связи с контрреволюционными и белогвардейскими кругами, подчеркнул Макаров.
Кроме того, АРА, разворачивая работу в РСФСР, использовало откровенно неприкрытые военные средства, отметил Макаров. «Несмотря на значительный торговый флот, который легко можно было использовать как для доставки гуманитарной помощи, так и для перевозки в Россию сотрудников Русского отдела АРА, последние предпочитали «путешествовать» на эскадренных миноносцах Военно-морских сил США», – пояснил историк. По его словам, чекисты вполне обоснованно считали, что создавшаяся группировка американских военных кораблей в Черном море в случае военной интервенции может представлять определенную угрозу.
На основании соглашения, заключенного 20 августа 1921 года, разрешался заход в российские торговые порты американских миноносцев исключительно для доставки на них представителей АРА. «Однако, используя предлог для оказания помощи голодающим, США постепенно увеличили число своих миноносцев, находившихся в Черном море, до пяти. В результате в портах на юге возникла фактически морская база для американских военных судов», – отметил Макаров. Не ограничиваясь украинскими портами, американские военные корабли активно добивались разрешения на заход и в порт Батуми, добавил историк.
Также, «получаемая советскими органами госбезопасности информация свидетельствовала, что помимо разведывательной работы, представители АРА в России стремились использовать ситуацию и для личного обогащения – проводили незаконные валютные операции, скупали драгоценности, золото, предметы церковной утвари, произведения искусства и антиквариат». Также, по словам историка, американские сотрудники АРА в Советской России не брезговали и банальной контрабандой ценностей в особо крупных размерах и другими темными «делишками». Так, 1 декабря 1922 года на московской таможне удалось пресечь вывоз за рубеж уникального груза – 24 ювелирных изделий, представляющих огромную музейную ценность, и предназначавшихся для представительства АРА в Лондоне. Общая стоимость тех драгоценностей по ценам того времени составляла несколько триллионов рублей.
Весной 1923 года советским правительством решался вопрос, надо ли продолжать сотрудничество с АРА. И с учетом всего, что стало известно советским спецслужбам о деятельности этой организации, ГПУ высказало однозначное отрицательное мнение. Закончив свою акцию по оказанию помощи голодающим, АРА прекратила свою деятельность в Советской России 1 июня 1923 года.