«Конечно, желание словить волну политической популярности на информационно раздраженной теме пенсионного маневра нельзя поставить в вину коммунистам, за исключением того, что право на труд было всегда в их повестке, которую они теперь меняют на право на отдых, но я решил разобраться не с идеологической основой сбора подписей на «красный референдум» пуристского толка, а с его юридической составляющей. Иными словами, возможно ли провести референдум по пенсионному формату, предлагаемому КПРФ, технически. Увы…» – приводит его слова РАПСИ.
«Дальше информационной кампании «референдумная» затея коммунистов вряд ли имеет право на существование, навевая ассоциации с «президентской» кампанией блогера Алексея Навального, когда «по закону нельзя, а все божья роса», – считает Зорин.
Как напоминает юрист, в соответствии с Федеральным конституционным законом от 28.06.2004 № 5-ФКЗ (пункт 10 часть 5, ред. от 18.06.2017) «О референдуме Российской Федерации» на референдум не могут выноситься вопросы, отнесенные Конституцией РФ, федеральными конституционными законами к исключительной компетенции федеральных органов государственной власти. В соответствии с ч. 2 ст. 104 Конституции законопроекты об изменении финансовых обязательств государства и другие законопроекты, предусматривающие расходы, покрываемые за счет федерального бюджета, могут быть внесены только при наличии заключения правительства.
В свою очередь, как следует из статьи 16 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», средства бюджета Пенсионного фонда России являются федеральной собственностью, а сам бюджет Пенсионного фонда и отчет о его исполнении утверждаются ежегодно по представлению правительства федеральными законами в порядке, определяемом Бюджетным кодексом страны.
«Кроме того, как указано в статье 171 Бюджетного кодекса составление проектов бюджетов – исключительная прерогатива Правительства, а составление проектов бюджетов осуществляет Министерство финансов, органы управления государственными внебюджетными фондами. Выявляя особую правовую природу федерального закона о бюджете пенсионного фонда, следует обратить вниманием на то, что он связан как с размером пенсий, так и пенсионным возрастом», – говорит Зорин, уточняя, что в силу принципа разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную утверждение бюджета Пенсионного фонда федеральным законом, в том числе установление состава доходов и расходов данного бюджета, традиционно относится к сфере законодательного регулирования.
«Как вытекает из статьи 71 (пункт «д») Конституции во взаимосвязи с ее статьями 10, 76 (часть 1) и 106 (пункт «в»), как закон финансового регулирования – самостоятельная сфера правового регулирования, отнесенная к ведению Российской Федерации, а юридической формой, в которую он облекается, служит специальный федеральный закон о бюджете Пенсионного фонда. Учитывая правовой статус Пенсионного Фонда как самостоятельного финансово-кредитного учреждения, осуществляющего свою деятельность в соответствии с законодательством, следует прийти к выводу, что его деятельность входит в компетенцию законов финансового регулирования», – поясняет Зорин.
Социальная и юридическая значимость предмета правового регулирования федеральных законов о бюджете Пенсионного фонда предопределяет установление в Конституции гарантий социальной защиты частью 2 статьи 7, статьей 39 Конституции России, продолжает юрист.
«Учитывая особую правовую природу федерального закона о бюджете Пенсионного фонда, связанного с размером пенсий и пенсионным возрастом, его нельзя подменять референдумом, поскольку он закреплен в Конституции в качестве механизма принятия решений по указанным вопросам Федеральным Собранием как его исключительная прерогатива.
Как указал Конституционный Суд в постановлении от 21.03.2007 № 3-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 6 и 15 Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации», в конституционном механизме осуществления народовластия средствами волеобразования и волеизъявления народа являются институты не только непосредственной, но и представительной демократии. Референдум, обеспечивающий участие граждан в управлении делами государства и открытость процессов принятия политических решений, легитимируемых волей народа, не может подменять органы народного представительства», – утверждает эксперт.
Данному выводу, по мнению адвоката, корреспондирует позиция Парламентской Ассамблеи Совета Европы, которая в рекомендации 1704 (2005) от 29 апреля 2005 года обращает внимание на то, что прямая и представительная формы демократии дополняют друг друга, при этом референдумы не должны рассматриваться в качестве альтернативы парламентской демократии, ими не следует злоупотреблять, они не должны использоваться для подрыва легитимности (пункты 5 и 8).
«Следовательно, оценивая позицию КПРФ относительно пенсионного референдума, следует отметить ее слабость, поскольку федеральный законодатель обеспечил такие условия и порядок их реализации, чтобы референдум не мог использоваться как институт, подменяющий иные институты непосредственной демократии, либо как противовес институтам представительной демократии, в том числе в нарушение исключительных прерогатив Федерального Собрания или других федеральных органов государственной власти, которые должны осуществляться в иных конституционно установленных формах законотворчества как способа принятия государственных решений», – заключил эксперт.
Лидер КПРФ Геннадий Зюганов ранее заявлял, что отрицательно относится к возможному увеличению пенсионного возраста.