«Направив авиационную группу в Сирию в прошлом году, Путин изменил соотношение сил на фронтах. Теперь (в условиях вступившего в силу перемирия) он отозвал большую часть вооруженных сил, дав толчок политическому урегулированию», - передает его слова ТАСС.
«Путин может твердо сказать, что выполнил свою часть работы по продвижению к мирному решению кризиса. Теперь сирийская оппозиция, поддерживающие международные и региональные державы должны последовать его примеру», - указал Берри.
«То, что решение президента Путина совпало с началом межсирийских переговоров в Женеве, является сигналом для всех других сторон. Этот шаг стимулирует их к проявлению гибкости и реализма при выработке компромисса, уменьшению жесткости и непреклонности в своих подходах», - подчеркнул Берри.
Ливанский спикер считает ошибочным «давать оценку шагу российского руководства, исходя из его военных последствий».
«Согласно моей точке зрения, основная его значимость в политическом воздействии на все затронутые в конфликте стороны», - отметил Берри.
Председатель палаты депутатов Ливана возглавляет сейчас Межарабский парламентский союз. Он является одним из самых опытных ливанских и арабских политиков.
В понедельник президент России Владимир Путин приказал главе Минобороны Сергею Шойгу со вторника начать вывод российской группировки из Сирии, поскольку поставленные задачи выполнены. В Дамаске отметили, что Путин и Асад договорились сократить российский военный контингент после успехов сирийской армии при содействии российских ВКС.
Как пишет Financial Times, пять лет назад, когда сирийский конфликт только начался, Обама заявлял, что военная операция США будет сложной и не ограниченной по времени. Теперь же критики американского лидера заявляют, что Владимир Путин показал, как за короткий срок может изменить ситуацию без постоянного применения силы.
New York Times сообщила, что операцией в Сирии Путин добился основных поставленных целей: он вернул России звание мировой державы, исключил смену режима в арабской республике, особенно со стороны Запада, укрепил собственные позиции, а также позиции Башара Асада в Сирии.