Роберто Фоа и Яша Маунк провели исследование на базе «Всемирного обзора ценностей» (World Values Survey) и других социологических проектов. Маунк рассказал о них во вторник, передает ТАСС.
Ранее итогами своей работы ученые поделились на страницах New York Times и сетевого журнала «Вокс» (Vox). «В ходе исследования мы обнаружили, - пишут они, - что граждане придают все меньше и меньше значения жизни при демократии. Они все более негативно относятся к ключевым демократическим институтам. Что самое тревожное, они все более открыты для нелиберальных альтернатив. Американцам претят не просто конкретные институты или политики: в удивительно высокой степени им стала претить сама либеральная демократия».
Эти утверждения подкрепляются цифрами и диаграммами. Из них явствует, что «здоровый скептицизм» американцев по отношению к власти сменился «полным недоверием», причем ко всем - президенту, Конгрессу и Верховному суду. В целом «менее чем каждый пятый американец сейчас считает, что властям в Вашингтоне можно верить в том, что те будут действовать правильно» с точки зрения интересов страны и общества, пишут Фоа и Маунк.
Далее они показывают, что «молодые американцы отворачиваются от политики», что «молодежь открыта для недемократического правления». Согласно опросам, в так называемом поколении тысячелетия, то есть среди тех, кто родился в 1980-х годах и позже, менее 30% считают принципиально важным для себя жить при демократии. Среди американцев, появившихся на свет перед Второй мировой войной, доля таких людей превышает 70%.
Более того, по словам исследователей, среди граждан США в возрасте до 45 лет свыше 20% считают демократическую политическую систему «плохой» или даже «очень плохой». Все больше людей считают допустимыми «недемократические альтернативы» наподобие «правления военных». 20 лет назад, когда «Всемирный обзор ценностей» только начинал проводиться, в поддержку «сильной руки» высказывался примерно каждый 15-й американец, теперь - каждый шестой, пишут гарвардские специалисты.
Они также утверждают, что «если прежде оппозиция демократии ограничивалась людьми, которые считали себя маргинализированными и ни на что не влияющими, то теперь она распространяется даже среди экономической элиты». Более того, согласно статистике, в этом общественном слое (наиболее состоятельная пятая часть населения США) подобные настроения растут «особенно быстро». В 1995 году в поддержку «сильного лидера», не имеющего нужды считаться с парламентом или итогами выборов, высказывалось менее 20% небедных американцев, теперь - свыше 40%.
По мнению соавторов, последняя тенденция - важная причина роста антидемократических настроений в США в целом.
«При росте имущественного неравенства взгляды богатых меняются более радикально, чем взгляды бедных, - пишут они. - В эгалитарных обществах элиты отождествляют себя со средним классом и считают, что некоррумпированные демократические институты отвечают их собственным экономическим интересам. В олигархических же обществах у экономических элит почти нет общих финансовых интересов с простыми людьми и им грозит большими потерями политика, направленная на улучшение положения последних».
Соответственно, в США, по словам Фоа и Маунка, многие толстосумы «искренне считают себя жертвами «войны против богачей». «А чем менее комфортен для богатых демократический процесс, тем больше они склонны вкладывать средства в то, чтобы влиять на итоги выборов - через лоббирование законодателей или финансирование кампаний. И чем больше роль (денег в политике), тем сильнее у обычных граждан ощущение, что политическая система к ним вообще больше не прислушивается», - поясняют специалисты, замыкая порочный круг.
Впрочем, на первое место среди причин усиления антидемократических веяний в Америке они все же ставят еще более прозаическое обстоятельство. Просто напоминают о том, что прежде «на протяжении двух столетий большинство американцев знали, что будут жить лучше родителей, и ждали того же для своих детей», а теперь «подобный оптимизм иссяк».
В целом, по словам политологов, сейчас «треть американцев» считает систему управления своей страной «совершенно не демократичной». Эксперты ссылаются также на коллег из Принстонского университета - Мартина Гиленса и Бенджамина Пейджа, пришедших недавно к схожему выводу: «В Соединенных Штатах нет власти большинства».
Фоа и Маунк вписывают свою работу в глобальный контекст. Колонку о ней в New York Times они озаглавили «По всему миру растет разочарование в демократии». В тексте ставится вопрос, который, по признанию соавторов, изначально «казался странным и даже нелепым» им самим: «Может ли политическая система в таких стабильных с виду демократиях, как США, быть менее непоколебимой, чем кажется?».
Ответ же на него - точнее, попытка ответа - сводится к тому, что «никогда еще в современной истории богатая и давняя демократия не рушилась», и сейчас также нет оснований немедленно ожидать чего-либо подобного, поскольку «большинство граждан по-прежнему поддерживает демократию».
«И все же сигналы тревоги достаточно очевидны, и было бы глупо их игнорировать, - пишут исследователи. - Демократии не так устойчивы, как прежде, во многом из-за того, что граждане больше не видят такого неуклонного улучшения своего материального положения, которое прежде воспринималось ими как должное. И нет исторических прецедентов, способных показать, что происходит с устоявшимися демократиями, если уровень жизни большинства граждан не растет годами и даже десятилетиями». Соответственно, по мнению гарвардских политологов, «будущее демократии неопределенно».
На вопрос, следует ли из всего этого, что американцы должны теперь меньше поддерживать усилия своего правительства по «насаждению» демократии в других странах, Маунк прямого ответа не дал. Вместо этого он принялся рассуждать о разных идеологических течениях во внешней политике США - от либералов-демократизаторов до неоконсерваторов, которые в последние годы на данном направлении с теми же либералами сомкнулись (это наглядно видно и на примере действующей вашингтонской администрации, в которой такой убежденный неоконсерватор, как помощник госсекретаря Виктория Нуланд, прекрасно вписывается в команду ультралибералов наподобие постоянного представителя США при ООН Саманты Пауэр).
Реалисты же при этом, по мнению собеседника, «выпали из общей картины», хотя прежде всегда оказывали большое влияние на формирование внешней политики США. Но теперь ситуация опять меняется. «Сейчас, я думаю, на правом фланге неоконсерваторы стали снова проигрывать реалистам», - сказал Маунк. «Наступает реакция на 15-летний период интервенционизма, - пояснил он. - Ценности остаются теми же самыми - хорошо бы, мол, повсюду утвердить демократию и права человека, - но появилась и примесь изоляционизма. Лучше, дескать, нам не соваться, а позволить вещам идти своим чередом».
На смену «идеализму» и у левых, и у правых приходит «фокусировка на своей стране и ее собственных интересах», заявил политолог.