«Это не так», — сказал он, комментируя появившуюся в СМИ информацию о согласовании «шестеркой» механизма возврата санкций, передает РИА «Новости».
По словам Рябкова, «согласие есть в отношении базового принципа, а именно — никакого автоматизма, и все через Совет Безопасности».
«Мы рассчитываем как раз использовать раунд, начинающийся завтра, для того, чтобы точки над «i» здесь расставить, потому что это один из главных ингредиентов», — отметил дипломат.
«Целый ряд военных объектов заведомо не имеет отношения к ядерной программе. Другие объекты, если они и находятся под подозрением, могут рассматриваться в качестве элемента будущей схемы посещения на территории Ирана, но для них требуется особый режим, и то, как туда будет осуществляться доступ — предмет уникальной и не имеющей аналога договоренности», — отметил Рябков.
Дипломат пояснил, что «это означает, что режим доступа в любом случае не должен создавать прецедента для подобных ситуаций где бы то ни было, уникален и разрабатывается исключительно в преломлении к иранским реальностям и к тем задачам, которые решаются по проблеме восстановления доверия к сугубо мирному характеру иранской ядерной программы».
«Неправомерно, кто бы этого ни хотел, ставить вопрос об абсолютном неограниченном доступе по любому подозрению, мы такой подход не поддерживаем», — подчеркнул он.
«У МАГАТЭ будет регулируемый доступ, объемы этого доступа, и какого рода процедуры надо будет в этой связи осуществить, до сих пор является предметом обсуждения, это один из тех сюжетов, над которыми работают эксперты и политдиректора», — сообщил российский дипломат.
Ранее сообщалось, что соглашение об окончательном урегулировании иранской ядерной проблемы должно быть готово к 30 июня.
Напомним, 2 апреля Иран и «шестерка» международных посредников достигли договоренностей по иранской ядерной программе. Согласно договоренности, две трети иранских мощностей по обогащению урана будут приостановлены в течение 10 лет, а Иран обязуется поставить все программы по обогащению урана под международный контроль на 25 лет.
МИД России в официальном заявлении по результатам переговоров отметил, что в основу рамочного соглашения с Ираном легли принципы, сформулированные ранее президентом России Владимиром Путиным, однако сторонам потребуется время, чтобы закрепить достигнутые договоренности на бумаге.