«Статьи Уголовного кодекса, предусматривающие эти преступления, являются бланкетными и отсылают правоприменителя к нормам законодательства о налогах и сборах. Поэтому эффективность противодействия налоговой преступности во многом обусловлена отраслевым регулированием процесса налогообложения. Вместе с тем, как показал анализ следственной практики, оно далеко от совершенства», – написал Быстрыкин в «Российской газете».
«В настоящее время борьба с такими налоговыми схемами осуществляется на уровне судебных доктрин Высшего арбитражного суда, то есть актов официального толкования закона», – подчеркнул Бастрыкин.
«Вместе с тем в соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса России гражданские права могут быть ограничены исключительно на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях обеспечения публично-правовых интересов. К сожалению, акцент в проводимой государственной политике сделан не на совершенствовании закона в этом направлении, то есть на борьбу с причиной рассматриваемого явления, а на борьбу с его следствием. В частности, введена уголовная ответственность за создание фиктивных организаций, ужесточается процедура государственной регистрации юридических лиц и т.д.», – пишет Бастрыкин.
«В целях создания эффективных правовых механизмов противодействия подобного рода недобросовестным схемам ухода от налогообложения в Следственном комитете разработан проект закона, предусматривающий внесение изменений в ряд законодательных актов. Он основан на передовом мировом опыте противодействия подобного рода схемам ухода от уплаты налогов», – отметил он.
«В проекте закона предусматривается введение прямого запрета на злоупотребление гражданским правом в сфере налогообложения, то есть осуществление таких прав исключительно в целях избежать возникновения обязанности по уплате налога либо уменьшить сумму налога. Эти действия будут влечь публично-правовую ответственность, в том числе при установленной в Уголовном кодексе России сумме недоимки, и уголовную», – говорится в сообщении.
«Тем самым удастся пресечь ставшие уже давно нормой откровенно фиктивные сделки, направленные исключительно на избежание уплаты налогов. Если же сделка или иное действие, направленное на реализацию гражданских прав налогоплательщика, преследовали цель не только снижения налоговой нагрузки, но реальную экономическую цель, то вне зависимости от того, была достигнута эта цель или нет, налоговый орган будет вправе изменить юридическую квалификацию результатов такой сделки или действия для целей налогообложения лишь в том случае, если экономическая выгода преобладала над снижением суммы подлежащих уплате налогов», – написал Бастрыкин.
«В данном случае, как предполагается, публично-правовая ответственность наступать не будет. Однако если при этом цель снижения налоговой нагрузки была доминирующей, налоговый орган будет вправе провести налоговую реконструкцию и изменить юридическую квалификацию ряда хозяйственных операций», – отметил он.
«В проекте закона предусматривается введение в Налоговый кодекс России понятия «налоговая оптимизация» и установление границы между налоговой оптимизацией как правомерным видом деятельности по снижению размера налоговой обязанности и уклонением от уплаты налогов. Налоговая оптимизация определяется как снижение суммы подлежащих уплате налогов или сборов любым не запрещенным настоящим кодексом способом. В том числе за счет уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, возврата (зачета) или возмещения суммы налога из бюджета», – сказано в сообщении.
«В понятийный аппарат Налогового кодекса также вводятся такие понятия, как «фиктивная хозяйственная операция» и «фиктивная организация». Под фиктивной хозяйственной операцией предполагается понимать операцию хозяйственной деятельности, отраженную в первичных документах и (или) регистрах бухгалтерского учета и налоговой отчетности лишь для вида, без намерения ее совершить (притворная хозяйственная операция) либо совершенную с намерением прикрыть другую хозяйственную операцию, которая была совершена фактически (мнимая хозяйственная операция)», – пишет глава СК.