Договор, который Россия и Норвегия подписали в сентябре 2010 года в Мурманске, был внесен на рассмотрение в нижнюю палату парламента 10 февраля президентом РФ. По сути, документ завершает 40-летний процесс по разделению исключительных экономических зон и континентального шельфа двух государств, передает ИТАР-ТАСС.
Переговоры по разграничению континентального шельфа и экономических зон в Баренцевом море начались между Норвегией и СССР еще в 1970 году. СССР настаивал на секторном принципе разграничения (по меридиану от сухопутной границы до Северного полюса). Норвежская сторона считала справедливым раздел по срединной линии, проходящей на равном расстоянии от архипелага Шпицберген на западе и от островов Новая Земля и Земля Франца-Иосифа на востоке. В результате образовалась спорная, так называемая серая зона площадью примерно 12% Баренцева моря. Запасы нефти в этом районе достигают 1,36 млрд тонн и газа – 5,87 трлн кубометров, прогнозируемые ресурсы составляют порядка 10 млрд тонн условного топлива, потенциал добычи – 20 млн тонн углеводородов в год.
Новое соглашение устанавливает четкие границы суверенных прав и юрисдикции России и Норвегии, предусматривает продолжение двустороннего сотрудничества в сфере рыболовства, определяет режим совместной эксплуатации трансграничных месторождений углеводородов, говорится в пояснительной записке к документу.
Договор позволит странам после 30-летнего моратория беспрепятственно осваивать нефтегазовые месторождения арктического континентального шельфа на территории в 175 тысяч квадратных километров. В целом, в материковой части Арктики могут располагаться около 13% неразведанных мировых запасов нефти и 30% запасов газа.
Как заявил глава делегации Роман Колодкин на переговорах с Норвегией, соглашение отвечает прежде всего интересам России, которой отходит большая часть спорной «серой» зоны – чуть более 860 тыс. квадратных километров, Норвегия получит около 510 тысяч квадратных километров. «Разграничение рассматривается как справедливое обеими сторонами», – сказал дипломат, оговорившись, что документ, однако, не снимает разногласий по принадлежности морских пространств в районе Шпицбергена. Колодкин также пояснил, что договор включает подробные положения не только о разграничении пространств, но и о сотрудничестве в области добычи углеводородов. Это касается тех месторождений, которые пересекает линия разграничения. «Эти месторождения объединяются, эксплуатируются сторонами совместно, назначается единый оператор», – отметил он.
Ратификацию договора поддержала фракция парламентского большинства «Единая Россия». КПРФ была против, ЛДПР и «Справедливая Россия» воздержались. Основные опасения оппозиции сводились к тому, что соглашение может нанести урон рыбопромышленной отрасли РФ. «Россия теряет более 80 тыс. квадратных километров территорий с огромными биоресурсами и запасами нефти. По оценкам специалистов, только потери от вылова рыбы могут составить более 300 тыс. тонн ежегодно, это более 15 млрд рублей», – заявляли коммунисты.
В этой связи Госдума приняла решение сопроводить договор специальным заявлением, в котором оговаривается, что ратификация «не должна негативно повлиять на возможности каждой из сторон в области рыболовства». В заявлении также говорится, что ратификация «не отменяет позицию РФ относительно непризнания установленной Норвегией в одностороннем порядке 200-мильной рыбоохранной зоны вокруг Шпицбергена».