Такой вывод содержится в докладе WorldEnergyOutlook, представленном МЭА. По данным агентства, данный прогноз лишь немного меньше того, который давался до аварии на АЭС «Фукусима-1» в Японии.
Главные игроки на рынке: Китай, Индия, Россия и Южная Корея – не отказывались от своих планов по наращиванию атомных мощностей.
Правда, есть обратный пример. Речь в первую очередь идет о Германии, которая провозгласила прекращение использования атома. МЭА отмечает в докладе, что если этому примеру последуют и другие, вызвав масштабный отказ от атомной энергетики, появятся благоприятные возможности для развития возобновляемых источников энергии.
Но одновременно подскочит спрос на традиционные ископаемые виды топлива: нефть, газ, уголь. К примеру, потребность в угле, по прогнозу МЭА, вдвое превысит поставки этого энергоносителя из Австралии. Спрос на газ составит две трети экспорта природного газа из России, существующего на данный момент, передает РИА «Новости».
Ничего хорошего из этого не выйдет, считают в МЭА, поскольку цены на топливо во всем мире вырастут, возникнут сложности в борьбе с изменением климата, острее встанет проблема энергетической безопасности, которая главным образом коснется государств, не имеющих запасов энергоносителей. Для них отказ от атома станет крайне болезненным.
Также возникнут большие трудности у развивающихся стран, поскольку удовлетворить свои постоянно растущие потребности в электроэнергии они не смогут.
Аналитик инвестиционной группы «Ренессанс Капитал» Владимир Скляр отмечает, что многие правительства скоро опять станут поднимать вопрос об увеличении доли атомной электроэнергетики. «В Чехии, например, объявили о планах постройки 15 новых энергоблоков в перспективе до 2030 года. В Польше также активно пытаются продвинуть тему постройки АЭС. Фактически есть правительства, которые уже сейчас понимают неизбежность зависимости от атомной электроэнергетики, и, соответственно, они займут ту нишу, которую освобождает Германия», – говорит эксперт.
По его словам, отказываясь от атомной энергетики, мировая экономика оказывается в заложниках традиционных видов энергии, что выливается в противоречия. «Если речь идет об увеличении угольной генерации, то тут следует помнить, что Европейский союз взял на себя обязательства снизить выбросы парникового газа к 2020 году на 20% по сравнению с 1990 годом, а активный ввод угольной генерации не позволит это сделать. Если говорить об увеличении доли газовой генерации, то тогда придется открыто признать еще большую зависимость от поставок энергоносителей из России – другой альтернативы пока не предвидится, что тоже является существенным вопросом для всего ЕС», – отмечает Владимир Скляр.
Надо заметить, что Росатом активно стремится воспользоваться ростом рынка атомной энергетики, расширяя свою зарубежную экспансию. Как сказал в конце октября глава госкорпорации Сергей Кириенко, Росатом намерен занять 20% мирового рынка строительства АЭС в ближайшие 20 лет.
По его словам, если исходить из прогноза главы МАГАТЭ Юкии Амано, согласно которому за два десятилетия будет построено 350 новых энергоблоков, то 70–80 блоков из них придется на Россию. В России будет построена половина из этого количества, а остальное – зарубежные проекты, уточнил Кириенко.
Сейчас пакет заказов Росатома по строительству АЭС составляет 29 блоков, из которых 10 строятся в России, 12 находятся на разных стадиях сооружения за рубежом, по семи блокам подписаны контракты.
Из последних достижений Росатома за рубежом стоит отметить договор на строительство первой АЭС в Белоруссии, который был одобрен президентом республики Александром Лукашенко, а также соглашение о строительстве двух энергоблоков в Бангладеш, которое было подписано в начале ноября. Кроме того, Атомстройэкспорт в составе российско-чешского консорциума участвует в тендере на строительство двух энергоблоков для АЭС «Темелин» в Чехии.