В мае доходы России от налогов на нефть и газ, которые занимают одну пятую бюджета, выросли более чем на треть, а именно на 32,4% – до 678,9 млрд рублей или 9,3 млрд долларов. Такие данные опубликовал Минфин. Правда, по сравнению с апрелем доходы снизились на 20,7%.
В целом за первые пять месяцев доходы составили почти 3 трлн рублей, что на 30% меньше, чем за тот же период 2025 года. При этом бюджет России на 2026 год предусматривает доходы от нефти и газа в размере 8,92 трлн рублей. И пока это выглядит оптимистичным планом.
«Рост доходов в мае обусловлен значительным ростом цен российской нефти, в том числе ликвидации дисконтов на нее, и удорожанием нефти в целом на мировом рынке из-за иранского конфликта. По предварительным оценкам, в мае 2026 года цена российской нефти для расчета налогов составляла около 95 долларов против 52 долларов за баррель в мае прошлого года», – говорит Сергей Клисенко, управляющий директор рейтинговой службы НРА.
По оценке руководителя аналитического управления банка «Зенит» Владимира Евстифеева, средняя цена нефти Urals в мае этого года составила 88 долларов за баррель, что на 51% больше, чем в мае 2025 года. А физический объем экспорта нефти в мае в 8,4 млн тонн оказался меньше, чем в мае 2025 года – 9,4 млн тонн, добавляет эксперт.
«Сокращение объемов экспорта сырой нефти могло быть связано в основном с логистическими проблемами – от санкций против крупнейших российских экспортеров – "Роснефти" и "ЛУКОЙЛа" (хотя весной текущего года из санкций были сделаны исключения для импортеров из третьих стран) – до атак БПЛА на портовую инфраструктуру России и санкций против танкеров "теневого флота"», – отмечает Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Global. По ее оценке, объем нефтяного экспорта в январе-мае текущего года мог составить около 23-25 млн баррелей в сутки, что на 2-3% ниже, чем в аналогичном периоде 2025 года.
Мешает росту доходов еще и крепкий рубль. При более слабом курсе рубля нефтегазовые доходы бюджета были бы выше. Причем, в годовом разрезе речь может идти о потере 2,5 трлн рублей потенциальных доходов.
«Крепкий рубль "съедает" часть дополнительной прибыли экспортеров. По нашим оценкам, 1% отклонения курса доллара от заложенных в бюджет показателей приводит к изменению сальдо госказны на 110 млрд рублей. В текущем году курс доллара в законе о бюджете установлен как 92 рубля, позже пересмотрен как 81,5 рубля.
Таким образом, укрепление рубля до отметки 70 за доллар лишает бюджет номинальных доходов до 2,5 трлн рублей в год»,
– посчитал Евстифеев.
Снижение доходов на 20,7% по сравнению с апрелем связано с налогом на дополнительный доход (НДД), который платится на ежеквартальной основе. В апреле за счет НДД бюджет получил дополнительно порядка 250 млрд рублей по сравнению с маем, объясняет Клисенко.
«Сказалась более низкая цена нефти – на 7% ниже апрельской, а также укрепление рубля на 5%. Остальное – сезонное сокращение энергетического экспорта», – говорит Евстифеев.
Из-за очень низких цен на нефть в январе и феврале этого года доходы за пять месяцев в 3 трлн рублей оказались все равно меньше, чем за тот же период 2025 года. Даже рост цен из-за конфликта на Ближнем Востоке пока не смог компенсировать потери первых двух месяцев. То есть пока речь идет не о получении сверхдоходов, а о компенсации выпадающих доходов с начала года, замечает Евстифеев.
Ситуация с нефтегазовыми доходами бюджета с апреля улучшается, однако не так быстро, как хотелось бы.
«Ежемесячные фактические поступления нефтегазовых доходов за апрель-май превысили план лишь на 200 млрд рублей. Тогда как дефицит бюджета за январь-апрель составил 5,9 трлн рублей, и по сравнению с ним прирост нефтегазовых доходов на 200 млрд рублей выглядит пока незначительным»,
– отмечает Сергей Клисенко.
По его оценке, выполнить бюджет в части нефтегазовых доходов будет непросто, и в целом риски расширения дефицита бюджета в этом году по сравнению с плановым показателем в 1,6% ВВП пока превалируют.
«О том, что ситуация с дефицитом бюджета улучшается, говорить пока рано, поскольку он пока стабильно находится на уровне 2,5% от ВВП, просто он не растет. Чтобы сокращался дефицит, нужно, чтобы не только росли доходы, но еще не росли расходы. А основная причина роста дефицита – как раз рост госрасходов», – говорит Мильчакова.
Ситуация с доходами и расходами бюджета, по ее словам, выглядит пока неустойчиво, так как зависит от ряда факторов, которые могут измениться в любой момент.
«Если нефтяные цены не упадут ниже 75 долларов за баррель до конца осени 2026 года, есть большой шанс, что Россия получит не менее 1 трлн рублей дополнительных нефтяных доходов,
и это поможет немного – на 0,5-1 процентный пункт – сократить дефицит. Но сохранение высоких цен будет зависеть напрямую от сроков окончания ближневосточного конфликта, а их точно предсказать нереально», – говорит Мильчакова. Сохранение высоких цен на нефть до конца года – пока оптимистичный сценарий.
На доходы бюджета положительно может повлиять также ослабление рубля. «Если рубль снизится в область 80-83 рублей за доллар, то бюджет может также получить дополнительные доходы от разницы обменного курса. Однако пойдет ли правительство намеренно на ослабление рубля – большой вопрос, так как на повестке дня стоит еще и борьба с инфляцией, и необходимость снижать процентные ставки, чтобы поддержать экономический рост, который в этом году сократился до очень слабых темпов. С другой стороны, сокращение геополитических рисков, например, из-за окончания украинского конфликта, может стать очень сильным стимулом для роста российской экономики намного выше мировой. Но такой оптимистичный сценарий более вероятен в следующем году», – заключает Мильчакова.