Франция вернула на родину золото из своих госрезервов, хранившееся до этого в США. Reuters со ссылкой на Банк Франции сообщил, что регулятор завершил перевод в Париж остаточных 129 тонн золота, которые еще находились в Нью-Йорке. Это около 5% французских резервов: общий запас остался на уровне примерно 2437 тонн. Это знаковое, но далеко не единичное явление за последние годы.
Это не первый в истории Франции финансовый развод с США. В 1965 году Шарль де Голль объявил, что Франция потребует обмена накопленных долларовых резервов на золото по официальному курсу.
Приостановка Ричардом Никсоном 15 августа 1971 года обмена долларов на золото продемонстрировала прозорливость Де Голля. Но в отличие от громких политических заявлений последнего, нынешняя репатриация была произведена по-тихому и сопровождалась операцией прикрытия. Было объявлено, что хранящиеся в Нью Йорке французские слитки отличаются от принятого сегодня стандарта и требуют замены. Они были проданы, а взамен в Лондоне было куплено такое же количество золота в стандартных слитках, которые были перевезены в Париж.
Что касается современных тенденций забрать золото под собственную юрисдикцию, то их мотивы еще более понятны. После заморозки российских резервов вопрос «что держать?» стал неотделим от вопроса «где держать?». В 2023 году тот же Reuters писал, что 68% опрошенных представителей центробанков разных стран заявили о желательности хранения золота в национальных хранилищах (против 50% в 2020 году). В обзоре Всемирного совета по золоту за 2025 год доля центробанков, у которых хотя бы часть золота находится во внутреннем хранении, выросла до 59% с 41% годом ранее.
И вот перед нами пример того, как это желание воплощается в реальность. При этом желание есть у многих, но возможность воплощения – далеко не у всех.
В конце мая 2025 года Европейская ассоциация налогоплательщиков и несколько немецких политиков блока Христианско-демократического и Христианско-социального союзов (ХДС/ХСС) призвали как можно скорее вернуть в Германию или в Европу часть хранящегося в США немецкого золота, которое считается чрезвычайным резервом. До этого Германия вывезла в 2013–2017 годах 300 тонн золота из хранилища Федерального резервного банка Нью Йорка и 374 тонны из хранилищ Банка Франции. Но к 2025 году в Нью Йорке на хранении оставалось 1236 тонн немецкого золота. В новых обстоятельствах к призывам о его репатриации присоединились как члены правящих ХДС/ХСС, так и представители оппозиционной АдГ. Однако
открыто звучат сомнения в том, что даже если ФРГ будет настаивать, то США вернут домой принадлежащее Германии золото.
Будущий итальянский премьер Джорджа Мелони, еще только добиваясь власти, тоже обещала добиться репатриации золота из США. «Наше предложение о репатриации итальянского золота было отклонено, но будущее правительство нашей партии вернет золото итальянцам. Это обещание», говорила она 1 октября 2019 года. Правда, став премьер-министром, она про это обещание забыла. Фабио Рампелли, вице-спикер Палаты депутатов от мелониевской партии «Братья Италии», в апреле 2025 года заявил: «Тема итальянского золота за рубежом важна, но сейчас ею заниматься нельзя». Он прямо сказал, что Италия не собирается сейчас требовать от США вернуть золото и не будет добиваться инспекции хранилищ.
Согласно данным Всемирного совета по золоту, Германия и Италия занимают второе и третье места в мире (после США) по запасам золота. Страны располагают более чем 3,3 тыс. и 2,4 тыс. тонн золота соответственно, при этом обе хранят более трети своих слитков в Федеральном резервном банке Нью-Йорка.
Если даже европейские страны начинают испытывать растущее недоверие к американской финансовой системе, то для стран Глобального Юга опасность волюнтаристских санкций со стороны Запада после заморозки российских активов стала очевидной. И политики стали пытаться обезопасить свои страны от подобных угроз. В 2023–2025 годах информация о намерениях вывезти на родину золото, хранящееся в США, появлялась в связи с планами ЮАР, Саудовской Аравии, Египта, Танзании, Ганы, Нигерии, Алжира, Сенегала, Камеруна и Индии.
Правда, из всех вышеперечисленных стран только Индия обладает достаточным суверенитетом, чтобы действовать открыто. Reuters в мае 2024 года сообщил о перевозке более 100 тонн золота из Великобритании во внутренние хранилища Индии. Уже в мае 2025 года Reuters со ссылкой на данные Резервного банка Индии уточнил, что на 31 марта 2025 года внутри страны хранилось 511,99 тонны, тогда как 348,62 тонны оставались на хранении у Банка Англии и в Банке международных расчетов в Швейцарии, плюс 18,98 тонны были размещены как золотые депозиты.
Для Индии с ее дефицитом платежного баланса и ограниченной конвертируемостью рупии наличие определенного объема золота в месте, где его можно легко продать или заложить под кредитную линию – техническая необходимость. Но остальное золото Индия предпочитает держать дома, наращивая объем золотых запасов.
Другим странам сложнее противостоять внешнему давлению. Поэтому вслед за заявлениями о необходимости возвращения золота в национальные хранилища тема, как правило, затихала. В финансовых обзорах западных СМИ это пытаются представить как отказ соответствующих стран от заявленных целей. Но обоснования приводятся такие, что невольно закрадывается мысль, что речь идет не об отказе от действий, а об отказе от громких комментариев: «деньги любят тишину».
При этом Reuters фиксировал в 2023–2025 годах следующие факты. Танзания начала закупать золото у местных производителей для пополнения резервов, Гана расширяла госзакупки золота у шахтеров, а в 2025 году Reuters писал о росте внутренних золотых закупок также в Нигерии. То же справедливо и для ЮАР.
Все это весьма похоже и на французский случай. Страна закупает золото для своих резервов, при этом объем резервов остается неизменным. Значит, где-то такое же количество золота было продано. А результат понятен: физически золото теперь располагается в собственных, а не в иностранных хранилищах.
Например, неизменность объема золотых резервов продемонстрировали и Египет с Саудовской Аравией. Про Египет точные сведения отсутствуют, но в отношении Саудовского королевства было много информации во время визита Дональда Трампа в страны Персидского залива, где обговаривались огромные инвестиции саудитов в американскую экономику. Тогда статистика зафиксировала рост оборота физического золота на мировых рынках. Скорее всего, королевство консолидировало средства для обещанных Трампу инвестиций. А как и когда эти деньги были обратно конвертированы в золото – вряд ли станет известным в ближайшем будущем.
Сомнения зарубежных владельцев о надежности хранения в Америке золота находят подкрепление и в самих США. В начале 2025 года Илон Маск, тогда близкий союзник Дональда Трампа, задавал вопрос о том, есть ли еще золото в Форт-Ноксе: «Очень надеюсь, что оно все еще там».
Затем эту тему подхватили в Белом доме. По законам США Федеральный резерв обладает большой степенью автономии от исполнительной власти, в том числе самостоятельно принимает решения по учетной ставке. Трампа это не устраивает, а золото становится предлогом. «Мы пойдем и отправимся в Форт-Нокс, баснословный Форт-Нокс, и убедимся, что золотой запас все еще там. А если его там нет – мы будем очень, очень огорчены», – тоном угрозы говорил Трамп в прошлом феврале.
Однако потом разговоры на этот счет как-то затихли. Возможно, потому, что Трамп не смог преодолеть сопротивление своих противников и независимость частной ФРС от исполнительной власти. Но если он вдруг обнаружил, что дела с золотом в США обстоят действительно плохо, он мог предпочесть не делиться подобной информацией со всем миром.
Таким образом, проблема не в том, что отдельные страны перевозят домой отдельные слитки, а в том, что сама американская финансовая инфраструктура стала во всем мире восприниматься как политический – а значит, финансово ненадежный – инструмент.
Непрерывные покупки и перевод драгметалла в национальные резервы означают сдвиг в пользу золота и против долларовых активов на фоне геополитических рисков и безответственной денежно-кредитной политики США.
Китайское агентство Синьхуа писало в июне 2025 года: «Доллар ослаб, несмотря на рост доходности казначейских облигаций, на фоне опасений рынка по поводу тарифной политики США». «Это неожиданное несоответствие свидетельствует о том, что международные инвесторы теряют уверенность в безопасности активов, номинированных в долларе, и самого доллара», – говорится в отчете, опубликованном Стэнфордской высшей школой бизнеса.
Согласно летнему отчету ЕЦБ, драгоценные металлы на конец 2024 года составляли около 20% официальных мировых резервов, в то время как доля евро составляла около 16%. Глобальные запасы золота у центральных банков выросли до 36 000 тонн, приблизившись к историческому максимуму в 38 000 тонн, достигнутому в 1965 году. Прогнозы по 2025 году (по которому результаты еще подводятся) говорят, что тенденция как минимум продолжилась, а возможно, даже ускорилась.
А если добавить сюда геополитические риски и продемонстрированный Трампом фантастический авантюризм, задача поиска безопасной альтернативы доллару становится безотлагательной. Возврат к золотому стандарту в современном мире кажется сюрреалистическим сценарием – но золото в резервах центробанков явно повышает свою роль. Поэтому Франция – и не только она – предпочитает иметь драгоценный металл в собственной, полностью независимой от США юрисдикции.