Турция планирует создать центр по газу, сравнимый с центрами в Лондоне и Гамбурге, и хочет обсудить этот вопрос с Россией, заявил президент страны Реджеп Тайип Эрдоган уже в самолете, возвращаясь домой из Сочи.
«Подобно нашему финансовому центру в Стамбуле, у нас есть план создания центра по природному газу, аналогичного центрам, созданным в Лондоне и Гамбурге для определенных видов бизнеса. Мы будем обсуждать этот план с Россией. Мы хотим превратить нашу страну в такой центр за пределами Фракии. Мы планируем создать такой центр не только для природного газа, но и для энергетики и горнодобывающей промышленности. Мы хотим создать центр с широким спектром целей. Мы хотим, чтобы все, кто хочет заниматься энергетикой, газом и горным делом, приходили в этот центр. Мы можем создать этот центр в одном из блоков нашего финансового центра в Аташехире», – подчеркнул Эрдоган.
До сих пор определенных параметров, как может выглядеть газовый хаб в Турции, нет.
«Понятие газовый хаб предполагает, что в хаб могут приходить большие объемы газа от нескольких поставщиков, здесь он может храниться, если цена низкая, и продаваться при более выгодной цене. Проблема создания газового хаба в Турции заключается в том, что там нет системы хранения, как, например, в австрийском газовом хабе в Баумгартене. Здесь нет своей биржи, но есть система хранения газа и смена собственности газа», – поясняет эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Однако, судя по словам Эрдогана, в Турции планируется создать не систему хранения газа, а именно виртуальную биржу для торговли газом.
«Если мы говорим о Лондоне и Гамбурге, то речь скорее идет о биржах, на которых торгуется в том числе газ. Это как раз спотовые рынки, а не полноценный газовый хаб. Можно создать биржу в Турцию, на которой будет торговаться газ и передаваться его право собственности», – говорит Юшков.
Собственно, об этом в июле этого года говорил и Владимир Путин. По его словам, проект предполагает именно создание электронной торговой площадки, а не хранение больших объемов газа.
«Когда мы говорим о газовом хабе, который инициировала Россия, то основная идея была в том, чтобы обезличить российский газ, создать ему анонимность.
Мы доставляем газ в Турцию, где будет организована торговая площадка для торговли этим газом. Мы сможем продать на этой бирже газ турецким трейдерам или даже напрямую европейским компаниям. На европейцев никто не сможет надавить, что они купили газ у России, так как на газовом хабе непонятно, какой это газ – российский, азербайджанский, иранский или СПГ», – поясняет Юшков.
В Турцию уже приходит много поставщиков газа, что создает хорошие предпосылки для создания спотовой биржи.
«У Стамбула интересное положение, он может стать, по сути, европейским Henry Hub. Это физическая точка пересечения многих газовых путей. Сюда приходят трубы из России, Трансанатолийский газопровод, недалеко находятся приемные СПГ-терминалы, которые могут принимать газ из любой точки мира. И есть действующая турецкая газовая биржа, куда можно перенести торговлю физическими объемами газа – азербайджанского, в перспективе даже турецкого газа, который собираются начать добывать в конце года, ближневосточного СПГ, российского. При правильной реализации проекта Турция может получить множество бенефитов», – отмечает директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов.
Однако сотрудничество с Россией в этом проекте для Турции не является ключевым, считает он.
«Мы подкинули отличную идею для турецкого руководства по созданию газового центра. Однако нельзя говорить, что Россия будет ключевым партнером в нем, а скорее одним из многих партнеров»,
– объясняет Громов.
Чтобы серьезно нарастить экспортные поставки газа в Турцию, России требуется построить новый газопровод. Однако эксперты к этой идее относятся с большим скептицизмом. Турция в этом проекте не покупатель газа, а посредник. Основным покупателем газа должны стать страны Европы. И это проблема.
«Европейцы не настроены на закупку дополнительных объемов газа. В этом году уверенность европейцев в том, что они могут обойтись без российского газа, только крепнет. Потому что ЕС структурно сократил потребление, в том числе за счет закрытия заводов, а это значит, что обратно спрос не вернется.
Строить новый газопровод в таких условиях нецелесообразно и даже авантюрно. Зачем тратить деньги, если спроса может и не быть»,
– говорит Громов.
По его оценке, Россия может лишь загрузить на полную мощность уже действующие газопроводы, по которым газ идет для турецкого рынка. Речь идет об одной нитке «Турецкого потока» и «Голубом потоке». «В сумме эти трубы позволяют поставлять 32 млрд кубометров газа, а потребление Турции варьируется от 18 до 26 млрд кубометров. Это значит, что есть свободные мощности в трубах на 6-10 млрд кубов в год, которые мы потенциально можем добавить и продать европейцам. Но это возможно при условии, что найдутся клиенты на дополнительный российский газ», – считает Алексей Громов.
В 2021 году Турция закупила у России 26,3 млрд кубометров газа, а в 2022 году – 21,6 млрд кубометров. Такая волатильность может объясняться ценовой выгодностью. У Турции есть большой выбор поставщиков, и она покупает у того, у кого выгодней.
Любопытно, что российский президент после встречи с президентом Турции на совещании поднял вопрос об ускорении строительства газопроводов на восточном направлении – Дальневосточного проекта и «Силы Сибири – 2». И это четко демонстрирует приоритетность восточного направления, в отличие от турецкого, считает Громов.