Правительство Бельгии обнародовало значительный объем непредвиденных доходов – 625 млн евро. Они были получены от налогообложения замороженных финансовых активов России на сумму 250,6 млрд евро, размещенных через международный депозитарий Euroclear, сообщила бельгийская газета Soir.
Euroclear инвестирует средства, которые были получены в рамках выплат по облигациям и купонам. В результате депозитарий получил в 2022 году сверхприбыль в 821 млн евро, которая была обложена налогом по повышенной ставке, передает ТАСС.
Предполагается, что в 2023 году страна также получит доход от этих активов, однако он будет меньшим, чем в 2022-м.
Бельгия лидирует в Европе по объему замороженных российских активов. «На данный момент мы заморозили 191,9 млрд евро транзакций и 58,7 млрд евро активов», – заявил Le Soir глава бельгийского казначейства Александр де Гест. По его словам, из 58,7 млрд евро замороженных активов треть составляют денежные средства, еще две трети – это ценные бумаги (акции, облигации и деривативы). Существенных материальных активов (недвижимость, яхты и т. д.) в перечне нет.
Доходы с российских активов собирают в основном Бельгия и Люксембург, потому что там находятся ключевые европейские депозитарии Euroclear и Clearstream. Однако в бельгийском депозитарии активов намного больше, поэтому и доходы здесь существенней. Здесь хранятся не только активы государства, но и частных инвесторов.
«Все акции европейских компаний и облигации (государственные и корпоративные), выпущенные на территории Евросоюза, купленные на счетах любых инвесторов в мире, хранятся в основной массе в этих двух депозитариях. Так удобнее вести учет и перемещение активов по счетам. Крупные структуры всегда дешевле обходятся в расчете на одну ценную бумагу. Заморозка активов – это прецедент, который не предполагался в тот момент, когда создавалась эта схема учета», – говорит Елена Беляева, аналитик Freedom Finance Global.
«Порядка двух третей российских активов, которые зависли в Euroclear, составляют ценные бумаги – акции, деривативы, облигации россиян, работавших через российский Национальный расчетный депозитарий, в отношении которого были введены санкции. Российские инвесторы в сложившейся ситуации не могут продать свои ценные бумаги, получить дивидендные или облигационные выплаты по ним. Кроме того, в Euroclear есть денежные средства россиян и платежи по российскому госдолгу», – отмечает Елена Воронкова, доцент кафедры государственных и муниципальных финансов РЭУ им. Плеханова.
Что означает заморозка российских активов на счетах депозитариев? То, что собственник не может воспользоваться своими активами – ни продать, ни передать, ни забрать и так далее. «Однако эти активы, находясь внутри системы, не лежат мертвым грузом – они продолжают работать. А Euroclear не просто хранит, но и инвестирует эти средства.
Условная сумма на счете вкладчика растет. То есть и Россия, и частные российские инвесторы постепенно наращивают свои капиталы, просто пока не могут ими воспользоваться. Вклады, тем не менее, находятся в безопасности», – объясняет Федор Сидоров, частный инвестор, основатель «Школы практического инвестирования».
«В замороженных активах в Бельгии есть и акции, и облигации. По акциям выплачиваются дивиденды, по облигациям – купонный доход. Все денежные средства инвестируются в инструменты с фиксированным доходом с доходностью порядка 7% годовых. Полученный процентный доход – это прибыль депозитария», – отмечает Беляева. За прошлый год от таких вложений депозитарий получил 821 млн евро сверхприбыли. Это впечатляет в целом.
Тот факт, что в 2023 году депозитарий ожидает меньший доход, говорит скорее не о том, что часть активов разморозится. «Случаи разморозки активов, скорее всего, будут единичными. Меньший доход объясняется снижением доходности инструментов с фиксированным доходом, в которые вкладываются средства. Снижение доходности облигаций – общемировая тенденция сейчас», – говорит Беляева.
Любопытно, что хотя пока российские собственники не могут воспользоваться своими активами, эти вклады, тем не менее, находятся в безопасности, считает Сидоров. «Бельгия не сможет передать кому-то эти активы, поскольку это было бы прямым нарушением европейских законов о правах собственности.
Конечно, ЕС может поменять законодательство и присвоить российские активы. Но пока это выглядит не более, чем как устрашающие разговоры – такой шаг создаст опасный прецедент и обрушит вообще всю европейскую банковскую систему. Потому что вся их модель держится на принципе неприкосновенности собственности»,
– говорит Сидоров.
В ЕС появляются высказывания о том, что замороженные российские активы надо передать в пользу Украины. Однако пока это только разговоры. Сам Александр де Гест не высказывается однозначно по этому вопросу и отмечает, что «бельгийская конституция и европейские договоры охраняют собственность».
«Поэтому наш МИД продолжает добиваться разморозки активов, и когда это произойдет – Россия получит все назад. Если же власти Бельгии или Евросоюза до того изымут какую-то часть активов, они должны будут компенсировать ее. Причем очевидно, что за счет собственных налогоплательщиков. Поэтому я склонен разделять осторожно-оптимистичную позицию по этому поводу», – заключает Федор Сидоров.