«Единая Россия» внесла в Госдуму законопроект о внешнем управлении иностранными компаниями, которые приняли решение уйти из России без очевидных экономических причин, основываясь на антироссийских настроениях в Европе и США. Документ затронет компании, деятельность которых существенно влияла на стабильность экономики.
Цель – защита интересов россиян, сохранение рабочих мест и поддержка экономики, отмечают авторы проекта закона.
«Эти меры необходимы для обеспечения суверенитета нашей страны. История знает много примеров, когда наши зарубежные политические партнеры в подобных обстоятельствах ставили в приоритет национальные интересы против соблюдения принципа неприкосновенности частной собственности. Ярким и еще незабытым примером является попытка президента США принудительно американизировать китайскую интернет-платформу «Тик-Ток», – говорит Зельгин Григорий, юрист-партнер, председатель Совета партнеров Международной коллегии адвокатов «Почуев, Зельгин и партнеры».
В пояснительно записке разъяснена схема введения внешнего управления, и какие именно компании могут быть взяты под внешнее управление. Также законопроект приводит параметры, согласно которым может быть назначена внешняя администрация. «Должны быть одновременно соблюдены как минимум два критерия. Лица из недружественных стран должны владеть от 25% акций в компании, и эта компания должна иметь существенное значение для российской экономики. Существенное значение может быть обусловлено не только масштабом компании (градообразующие предприятия, компании, имеющие доминирующее положение по антимонопольному законодательству), но и, например, спецификой деятельности – поставщики уникальных товаров, аналогов которых нет в России», – поясняет Ольга Одинцова, партнер налоговой практики CMS International B.V.
Основаниями для назначения внешней администрации могут стать: приостановка деятельности «в отсутствие очевидных экономических оснований»; сокращение трети персонала; снижение объема производства или продаж на 30% за три месяца; угроза возникновения рисков для зависимых производств; потребность компании в привлечении бюджетных средств для продолжения работы.
Схема введения внешней администрации такова. Глава региона или глава местного ведомства должен обратиться в межведомственную комиссию Минэкономразвития. По решению этой комиссии ФНС подает заявление в Арбитражный суд города Москвы. Одновременно суд вводит обеспечительные меры, чтобы не допустить вывод активов предприятия. То есть суд запрещает сделки по отчуждению имущества, увольнению работников, запрещает расторжение договоров и распоряжаться акциями и долями, поясняет Одинцова. Буквально в течение 5–7 дней суд назначает внешнего управляющего на предприятии.
«Арбитражный суд г. Москвы является одним из самых загруженных судов РФ. Установление таких коротких сроков рассмотрения заявления свидетельствует о том, что рассмотрение их в суде будет поставлено на конвейер. Иначе суд просто не успеет. Таким образом, вопрос введения внешнего управления фактически будет решен еще на стадии принятия такого решения самой межведомственной комиссией, а суд в данном случае лишь его легализует
в случае отсутствия ходатайства об отказе введения внешней администрации руководителем компании или ее собственниками. По сути им дается на это пять дней», – говорит Григорий Зельгин.
Внешнее управление может быть назначено двумя способами, чего не было в прошлой редакции закона. Это либо передача администрации в доверительное управление акций или долей организации, либо передача администрации полномочий руководителя организации.
Внешним управляющим предлагается назначать по умолчанию ВЭБ. Либо межведомственная комиссия предлагает другую организацию, вероятно, более компетентную в управлении конкретного бизнеса.
«ВЭБ может оценить бизнес как работоспособный или нет, выдать деньги, но у него нет опыта управления. В банковской сфере, например, есть профессиональный управляющий – АСВ. Если мы говорим о смене директора на предприятии, то это должен быть профессиональный управленец, разбирающийся в том, чем занимается компания. Поэтому стоит определить критерии выбора квалифицированного арбитражного управляющего. Например, если речь идет об автомобильном заводе, то это должен быть человек с опытом работы в автопроме не менее 15 лет», – говорит адвокат, партнер «Правовой группы» Владимир Шалаев.
Внешняя администрация назначается на 18 месяцев. Но контролирующим акционерам компании (с долей более 50% акций) дается возможность все исправить. Внешняя администрация уйдет, если акционеры готовы самостоятельно возобновить работу компании в России, или готовы в течение трех месяцев продать долю западной фирмы в российском предприятии или передать ее в доверительное управление. «Важно, что решение принимает суд, а процедуру можно приостановить, например, если собственники компании приняли решение не уходить из России», – считает Одинцова.
Процедура банкротства будет применяться далеко не всегда, а, скорее всего, в двух случаях, отмечает Зельгин. Во-первых, если внешняя администрация признает компанию несостоятельной. Во-вторых, если работа компании на территории России невозможна, что очевидно ведет к несостоятельности компании.
«Многие из компаний, в отношении которых будет введена процедура внешнего управления, не смогут полноценно функционировать без поддержки головных офисов. Речь идет о поставке оборудования, программного обеспечения, технической поддержки и т. д. Это, в свою очередь, будет приводить к несостоятельности компаний на территории России», – объясняет Зельгин.
Поэтому сохранить рабочие места удастся далеко не на всех предприятиях.
«Судьба работников компании, попавшей под внешнее управление, будет в руках внешней администрации. Одна из ее целей – это сохранить права и интересы работников», – говорит Зельгин. Если удастся реорганизовать компанию, то с работниками необходимо будет перезаключить трудовые договоры, указывает Одинцова. Если будет реализован механизм банкротства компании, то главная задача будет – рассчитаться с работниками, но рабочих мест в компании уже не будет, замечает Зельгин.
Еще одна проблема заключается в том, что процедуру замещения активов предлагается проводить по банкротным правилам, указывает Владимир Шалаев из «Правовой группы». Замещение активов используют как альтернативу продаже имущества через торги. Имущество вносится в качестве уставного капитала нового общества (например, ОАО, которых по сути нет с 2014 года) и его акции выставляются на торги. Такая процедура позволяет сохранить бизнес, избежать распродажи активов и сохранить рабочий коллектив. Однако закон о банкротстве разрабатывался в 2002 году и в части организационно-правовой формы создаваемого юридического лица редактировался в последний раз в 2008 году, когда были ЗАО и ОАО, говорит Шалаев.
«Крайне маловероятно привлечение инвестиций через продажу предприятия на обычных публичных торгах, как предлагается. По моим ощущениям, в 98% случаях будет такая ситуация, когда все заберет государство. Вместо этого логично было бы создавать публичные акционерные общества и проводить IPO акций на Московской бирже.
Тогда будет установлена справедливая цена, и шансов найти покупателей будет больше. Покупать акции смогут миноритарии, то есть мы с вами через приложение банка и брокерский счет. Один из последних ярких примеров – это выход в декабре на IPO «Циан», – рассказывает Шалаев.
Зельгина беспокоит проблема злоупотребления. «Речь идет об умышленном доведении компании до несостоятельности с целью вывода ее активов в контролируемой процедуре банкротства», – поясняет он.
«Последствия принятия такого закона будут плачевные. Потому что управлять многими из этих компаний эффективно не смогут. Скорее всего, их просто растащат. И, естественно, никого это не защитит. На современных рынках выигрывают конкурентоспособные компании. И их конкурентоспособность определяется не только и не столько активами, сколько менеджментом», – пессимистичен Денис Петухов, преподаватель школы бизнеса «Синергия».