Азербайджан готов вскоре начать поставки собственного газа в Европу и таким образом потеснить российское топливо, заявил президент страны Ильхам Алиев. «Около 15 лет Азербайджан является надежным поставщиком нефти на европейские рынки. В ближайшее время мы начнем поставлять в страны – члены Европейского союза природный газ», – сказал Алиев.
Для нового поставщика газа время для выхода на европейский рынок сейчас, мягко говоря, не самое лучшее. Цены на газ в ЕС обвалились до исторических минимумов на фоне резкого падения потребления из-за карантина и кризиса.
Однако Азербайджану уже некуда деваться: решение о разработке новых месторождений и строительстве газопроводов из Каспийского моря в Турцию и далее в Европу были приняты давно, когда цены на газ еще были высокие. Все инвестиции и в рост добычи, и в стройку труб уже сделаны. Отступать некуда.
Азербайджанский газ в Европу пойдет по Южному газовому коридору, протяженность которого составляет 3500 километров. Стоимость проекта – 40 млн долларов. Этот коридор включает в себя Южно-Кавказский коридор (через Грузию), газопровод TANAP (приходит в Турцию) и магистральный газопровод TAP (доставляет газ далее в Болгарию, Грецию и Италию).
Сырьевой базой для этих газопроводов является вторая фаза разработки азербайджанского газоконденсатного месторождения Шах-Дениз на шельфе Каспийского моря.
Азербайджанский газ уже пришел в Турцию в 2018 году, а осенью 2020 года должен заработать уже и TAP. Окончательные сроки уточняются. Этот газопровод как раз и откроет путь для азербайджанского газа в Европу.
Этот проект Баку – давний конкурент российским трубопроводным проектам: «Голубому потоку», «Южному», а потом – «Турецкому потоку». Показательно, что у азербайджанского проекта, в отличие от российских, не было никаких проблем в Европе – ни с ЕК, ни с Третьим энергопакетом. Потому что поддержку Южному газовому коридору оказывают США. Поэтому труба TAP, идущая по европейской территории, получила от европейских регуляторов все необходимые разрешения и исключения из-под действия норм Третьего энергопакета ЕС. «Южный поток» такой милости не удостоился, наоборот, этот проект пришлось отменить из-за европейских законодательных норм. Россия переформатировала этот безтранзитный и выгодный проект в «Турецкий поток», который пришлось урезать по мощностям, да и появление транзитера в лице Турции сложно отнести к плюсам.
Что уж говорить про настоящую войну, развязанную против «Северного потока – 2». Эта труба подверглась не только прямым санкциям США, но, по сути, санкциям со стороны Еврокомиссии. Хотя в самом Брюсселе это называют поправками к газовой директиве.
Приход азербайджанского газа в Турцию уже навредил позициям Газпрома. До недавнего времени Анкара была крупнейшим в Европе потребителем российского трубопроводного газа. А теперь ситуация изменилась.
В прошлом году турки купили на 35% меньше российского газа – 15,5 млрд кубов. Хотя Россия в 2019 году осталась крупнейшим поставщиком газа в стране, ее доля на рынке сократилась с 47% в 2018 году до 34% в 2019 году (данные Турции).
В этом году Турция продолжает сокращать закупку российского газа. В первом квартале этого года его прием упал на 17% по сравнению с прошлогодним периодом – до 3,8 млрд кубов.
По итогам марта Россия лишилась лидерства на турецком рынке и опустилась аж на пятое место. Газпром уступил Азербайджану, Катару, Ирану и Алжиру. Для понимания: по трубам в Турцию течет российский, азербайджанский и иранский газ. А вот Катар и Алжир возят в Турцию СПГ (сжиженный природный газ).
С одной стороны, в Турции уже не первый год падает потребление газа в силу девальвации местной валюты и проблем в турецкой экономике, которые начались задолго до начала пандемии. С другой стороны, с приходом Азербайджана конкуренция на рынке усилилась. Анкара активно скупает азербайджанский газ, причем в прошлом году выбрала даже больше законтрактованных 6 млрд кубов.
Не исключено, что дело в политике. «Возможно, со стороны руководства Турции были указания не брать активно газ у Газпрома, потому что у России с Турцией довольно большие противоречия по поводу Сирии и Ливии», – полагает эксперт Финансового университета при правительстве РФ, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Сыграли роль и падающие еще с прошлого года цены на СПГ. «СПГ сейчас везде дешевый, поэтому турки активно его закупают. Думаю, что в какой-то момент СПГ оказался дешевле российского газа по контракту», – добавляет Юшков.
Еще одна неприятная новость: США практически догнали Россию по поставкам СПГ на турецкий рынок, нарастив поставки в марте этого года на целых 300% – до 370 млн кубов. Россия поставила всего 390 млн кубов в этом месяце – разрыв с американцами, как видно, незначительный. Для сравнения: в марте 2019 года Турция купила 1,4 млрд кубов российского газа. То есть падение в 3,5 раза.
«Однако главный фактор снижения доли России на турецком рынке – это все же приход азербайджанского газа. Турция активно начала отбирать новый газ в рамках жесткого контракта, который надо выполнять», – говорит Юшков.
Другое дело, что с Россией у Турции тоже жесткие условия. В контрактах с Газпромом тоже прописано правило «бери или плати», по которому турки обязаны заплатить за 80% указанных в соглашении объемов. Даже если они не отобрали столько газа. Однако турки своих обязательств не выполняют. Семь частных турецких компаний накопили перед Газпромом долг на 2 млрд долларов. В 2019 году они отобрали менее 15% от согласованных в контракте объемов и не заплатили по условию «бери или плати». Этот вопрос, вероятно, теперь будет решаться на государственном уровне.
«Претензии Газпрома к турецким компаниям, думаю, в том, что те не просто сократили закупку российского газа, нарушив условие «бери или плати», а накупили газа у других поставщиков.
Если бы у Турции был форс-мажор и ей не нужно было столько газа – то это было бы другое дело. Но здесь не так», – поясняет Юшков.
Успехи Баку в Турции объясняют амбиции президента Азербайджана потеснить российский газ еще и в Европе. Впрочем, азербайджанский газ всю Европу не заполонит. Предполагается, что по 1 млрд кубометров получат Греция и Албания и еще 8 млрд придет на юг Италии.
Однако шансы Газпрома сохранить свою долю на итальянском рынке выше, чем у Турции, хотя конкуренция между поставщиками здесь тоже высокая, считает Юшков.
«Во-первых, не ясно, когда до Италии дойдут все обещанные 8 млрд кубометров газа из Азербайджана. Итальянцы не очень однозначно говорили о перспективах его закупки», – говорит собеседник.
Во-вторых, добавляет он, конкуренция азербайджанского и российского газа в Италии будет выстраиваться по-другому. Дело в том, что в газпромовских контрактах с Турцией на поставку газа, как правило, формула цены имеет нефтяную привязку. А в контрактах с Италией цена на российский газ больше зависит от спотовой составляющей, то есть от цены на газ, которая формируется на газовом хабе. Что это значит?
«Классический контракт с нефтяной привязкой предполагает, что сегодняшняя стоимость нефти будет определять стоимость газа через шесть–девять месяцев. Тогда как на спотовом рынке газа цена меняется гораздо быстрее. Поэтому в первом и втором кварталах этого года Турции было менее выгодно закупать российский газ. Его цена определялась исходя из осенних нефтяных котировок. Тогда нефть стоила существенно дороже, чем после обвала в марте. Поэтому Турция отбирала газ по другим контрактам, где есть привязка к спотовому рынку газа. Газ на споте оказывается дешевле российского», – объясняет Игорь Юшков.
Итальянцы же, напоминает эксперт, известны тем, что именно с ними Газпром заключил свой первый контракт с привязкой к спотовому рынку. Поэтому стоимость российского газа для итальянцев сейчас оказывается ниже, чем для турок, а значит, и конкурентоспособность российского газа в Италии выше.
«Еще одно отличие. В Турции количество поставщиков только растет, тогда как в Италии другая ситуация. Там сокращаются поставки газа из Алжира, который добывает примерно одинаковые объемы топлива. Но из-за роста внутреннего потребления экспорт газа из Алжира уменьшается. Поэтому газопроводы в Италию из Алжира стоят незагруженными», – рассказывает эксперт ФНЭБ.
По его мнению, новые объемы азербайджанского газа могут заместить выпадающие объемы алжирского топлива. «Возможно, Газпром рассчитывал сам занять долю алжирского газа. Однако если освобождающийся кусок пирога заберет Азербайджан, то это не самый худший вариант. Потому что новый игрок не оттяпает текущую долю Газпрома на итальянском рынке», – рассуждает Юшков.
В Италии, в отличие от Турции, также нет проблем с задолженностями перед Газпромом.
«В Италии тоже сильная конкуренция, но здесь Газпром находится примерно на равных с другими участниками рынка. К тому же в Италии на рынок газа не влияют политические отношения. Поэтому в целом шансы у Газпрома удержать свои позиции на итальянском рынке выше, чем на турецком»,
– полагает Игорь Юшков.
По мере выхода мира из кризиса ситуация с ценами на газ тоже должна стабилизироваться. А это значит, что и черная полоса для Газпрома когда-нибудь закончится. «Позитивный сценарий таков. Цены на СПГ в Азии вырастут, и тогда весь поток этого газа хлынет туда. При этом в Европе цены должны сохраниться невысокими – в районе 200 долларов за тысячу кубометров, чтобы не привлекать сюда сжиженный газ. Тогда Газпром будет конкурировать в Европе только с другими трубопроводными поставщиками газа. В таких условиях он сможет отвоевать долю рынка обратно», – считает собеседник.
В отличие от Газпрома, у других трубопроводных поставщиков газа в Европе имеются те или иные проблемы. В Норвегии готовятся к сокращению добычи, Алжир сокращает экспортные поставки, Азербайджан пока может дать максимум 16 млрд кубометров газа для Турции и Европы вместе. А это ничто по сравнению с российскими объемами. Расчет Баку на увеличение поставок в будущем до 30 млрд кубов и более может не оправдаться. Разработка второй очереди месторождения Шах-Дениз вышла довольно дорогой. При низких газовых ценах увеличение поставок азербайджанского газа может быть отложено в долгий ящик.