Выход России из сделки с ОПЕК и рекордное падение цен на нефть из-за развязанной затем Саудовской Аравией ценовой войны заставили страдать американских сланцевых производителей. Страдания оказались до того невыносимы, что компании из штата Техас обратились к регулятору с просьбой сократить добычу с целью поднять цены на черное золото. Местный регулятор – Техасская железнодорожная комиссия – вняла просьбам своих подопечных.
Представитель отраслевого регулятора штата Техас Райан Ситтон обратился к генсекретарю ОПЕК Мохаммеду Баркиндо. Они обсудили по телефону мировой спрос и предложение нефти. Стороны согласились, что ради мировой экономической стабильности «должна быть заключена международная сделка, чтобы оправиться от COVID-19», написал Ситтон в «Твиттере». Более того, генсекретарь картеля пригласил его на заседание ОПЕК в Вену, которое намечено на 6 июня 2020 года. Источник в ОПЕК рассказал, что разговор прошел очень успешно и плодотворно, а стороны договорились продолжить консультации. Однако более детальной информации нет.
В штате Техас расположена большая часть сланцевого бассейна Permian, который является основной нефтегазоносной провинцией США. Здесь начали получать нефть еще в 1970-х годах, и с тех пор вот уже полвека ее добыча ни разу не сокращалась. Однако их подкосил коронавирус и развал сделки ОПЕК+.
Неужели Россия своим выходом из сделки ОПЕК+ подтолкнула США сесть за стол переговоров с Саудовской Аравией? США, как только стали значимым игроком на рынке нефти, ни в какую не шли на взаимодействие с ОПЕК. Более того, США неоднократно обвиняли ОПЕК к неконкурентном поведении. Собственно, в то время как Россия с саудитами сокращали свою добычу ради дорогой нефти, американские сланцевые компании наращивали добычу нефти и экспорт.
Как только России надоело отдавать свою долю на мировом рынке, а Саудовская Аравия подбавила масла огонь своим дисконтом и колоссальным ростом добычи, американские сланцевики схватились за голову. При нефти в 25 долларов за баррель им не выжить, потому что себестоимость добычи сланцевых проектов составляет 40–50 долларов за баррель.
«США стоят первыми на выход из рынка нефти. Потому что уже при 50 долларах за баррель добыча сланцевой нефти там не растет. А в нынешнем положении, наверное, ни один сланцевый проект в США не является рентабельным. Поэтому если ничего не делать, то спрос и предложение мирового рынка черного золота сбалансируется за счет ухода американских сланцевых проектов», – считает ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Эксперты Wood Mackenzie считают, что если цены на нефть останутся на 17-летних минимумах, то есть на уровне 25 долларов за баррель, то нерентабельными станут минимум 10% мировой добычи нефти. Иными словами, выручка от 10 млн баррелей в сутки мировых поставок нефти не покроет затраты на добычу и выплаты правительствам. Тогда нефтекомпании в борьбе за выживание будут вынуждены сокращать добычу или останавливать проекты. «Способность отрасли поддерживать высокозатратную добычу подвергнется серьезным испытаниям», – отмечают в Wood Mackenzie.
Именно сланцевые проекты США и битуминозные пески Канады, которые требуют цен в 40–50 долларов за баррель, – первые на очереди в выбывании с мирового рынка. Конечно, в мире есть и другие проекты, которые рентабельны лишь при более высоких ценах на нефть. Однако одни, как Венесуэла, уже выбыли с рынка по другим причинам (из-за американских санкций), а другие, например глубоководные проекты по добыче углеводородов, скорее всего, продолжат добычу. «В них уже сделаны большие инвестиции, поэтому будут продолжать добывать, чтобы хоть какие-то деньги получать. А сланцы имеют в основном операционные (а не инвестиционные), поэтому им проще остановить добычу, пока нефть дешевая, чтобы нивелировать убытки», – говорит отраслевой эксперт.
Добыча в Саудовской Аравии и России является одной из самых дешевых в мире – по 10 долларов за баррель или ниже,
говорится в аналитическом отчете Wood Mackenzie, который приводит газета Financial Times.
С одной стороны, дешевая нефть дала большое преимущество американской экономике – а именно дешевый бензин, который в США напрямую коррелирует с мировыми ценами на нефть (в отличие от многих других нефтяных стран). Однако на прошлой неделе до американского руководства дошло, что дешевая нефть дает не только плюсы, но и проблемы. Во-первых, страдает нефтегазовая отрасль США, которая, как ожидается, резко снизит добычу сланцевой нефти, многие компании обанкротятся, вырастет безработица, и банкротов перекупят более крупные игроки. На добычу сланцевой нефти приходит больше 60% от общей добычи нефти в США.
Во-вторых, возникает угроза удорожания цен на газ на внутреннем рынке США, что приведет к росту цен на электроэнергию, а это ударит по внутреннему производству США.
«Добыча сланцевой нефти субсидирует добычу сланцевого газа. Благодаря этому в США удалось сбить цены на газ и цены на электроэнергию. Низкие цены на электроэнергию – это то конкурентное преимущество, которым Дональд Трамп заманивал производство обратно в США», – говорит Игорь Юшков. Однако скоро это преимущество канет в Лету.
На этом фоне в США и стали обсуждаться разные способы спасти положение. Одни предложили ввести санкции против нефти из России и Саудовской Аравии, чтобы сократить предложение на рынке за счет этих игроков. А в Техасе нефтяники решили пойти не войной, а миром и, по сути, готовы занять место России в ОПЕК.
Шансов США и ОПЕК договориться о сокращении добычи даже формально очень мало. Потому что в США действует очень жесткое антимонопольное и антикартельное законодательство. «Любая попытка согласовать цены на нефть внутри Соединенных Штатов напрямую запрещена законом. Мне кажется, даже если ввести военное положение, согласовать объемы добычи нефти в США все равно будет невозможно», – говорит Игорь Юшков.
Второе препятствие, по его словам, политическое. Администрация Дональда Трампа вряд ли решилась бы на договоренности с ОПЕК по сокращению добычи, даже если бы у нее была такая формальная, юридическая возможность. Потому что это автоматически означает повышение цен на нефть и рост стоимости бензина внутри США. «Для Трампа это если не политическое самоубийство, то явно крайне негативная история в предвыборный год, за которую обязательно ухватились бы политические оппоненты Трампа. Он сейчас, наоборот, пытается преподнести эту топливную историю как свое достижение. Каждый американец видит цену на заправке и радуется», – говорит Юшков.
Трамп оказался в двойственной ситуации. Если поднять цены на нефть, то простые американцы будут недовольны из-за подорожавшего бензина. Но если допустить резкий обвал сланцевой добычи нефти и газа, то из-за роста цен на электроэнергию будут недовольны производственные компании.
Наконец, третья причина, почему США вряд ли смогут договориться с ОПЕК о сокращении добычи, заключается в разрозненности и многочисленности самих американских нефтедобытчиков.
С предложением сократить добычу обратились компании только из одного штата. Однако есть еще сотни других компаний в Луизиане, Пенсильвании, Мексиканском заливе и т. д. Большой вопрос, готовы ли они пойти на сокращение добычи.
«Сразу возникает вопрос: почему я, Джон, сокращаю добычу, а мой сосед Джонсон не сокращает. Получается, что я уступаю ему место на рынке. Даже если регулятор попросит их, компании не будут его слушать», – говорит Юшков.
В России Министерство энергетики тоже не может регулировать объем производства нефти. Но нефтяная отрасль довольно консолидированная, вся добыча приходится в основном на пять–шесть крупных компаний, поэтому договориться с ними проще. В США же сотни мелких частных компаний и нет такого неформального инструмента, способного согласовать действия на рынке. Остается ждать, когда рынок сам выдавит сланцевиков, чего так добивается Россия и глава Роснефти Игорь Сечин.