За несколько дней до завершения очередного финансового года (30 сентября) министерство финансов США сообщило, что за 11 месяцев дефицит национального бюджета вырос на 19%. В итоге он составил 1,067 трлн долларов, или 4,4% от ВВП страны. В последний раз размер госдолга превышал триллион долларов в 2012 году, при президенте Бараке Обаме.
Продолжает расти и государственный долг США. Если на конец 2017 года, первого президентского года Трампа, он был равен 19,362 трлн долларов, то к середине нынешнего февраля перевалил уже за 22 трлн долларов (105% ВВП), обновив очередной исторический рекорд.
Увеличение дефицита бюджета уже вызывало беспокойство Трампа. В октябре прошлого года он потребовал от кабинета министров США сокращения расходов всех федеральных министерств и ведомств на 5%. «Избавьтесь от жира, избавьтесь от отходов!» – потребовал Трамп, однако спустя год дефицит достиг рекордной за период его президентства отметки.
Хотя теоретически даже пятипроцентное сокращение предполагало очень серьезные суммы экономии. Например, военным было предписано утвердить бюджет в размере 700 млрд долларов вместо 733 млрд. Знаковым предложением, прозвучавшим из уст Трампа в марте, стало и сокращение бюджета Госдепартамента и Агентства по международному развитию (USAID) сразу на 23%, до 41,6 млрд долларов.
Американские аналитики полагают, что все это косметические меры. Они связывают рост дефицита бюджета США со снижением налогов на общую сумму 1,5 трлн долларов, которое Трамп осуществил сразу после прихода к власти. Как отмечает Wall Street Journal со ссылкой на аналитиков комитета по федеральному бюджету США, к 2028 году уровень дефицита может составить уже 2 трлн долларов.
В России каждая новая круглая цифра, связанная с дефицитом бюджета или госдолгом США, неизменно вызывает рассуждения о том, что американская финансовая система вот-вот рухнет вместе с долларом как главной мировой валютой. Однако до сих пор эти прогнозы остаются в сугубо теоретической плоскости – доллар, конечно, понемногу уступает другим валютам, но далеко не отдает им пальму первенства. Более того, сейчас доллар находится в фазе серьезного укрепления по отношению к большинству остальных валют, включая евро.
«Для США бюджетный дефицит стал нормальным явлением с конца 1970-х годов. За исключением небольшого промежутка президентства Клинтона, за весь этот период американский бюджет был дефицитным. Триллион долларов – это всего лишь цифра, некая психологическая отметка. Тем более нужно помнить, что 10 лет назад, когда дефицит американского бюджета находился на том же уровне, налоги в США были выше, а нынешний дефицит во многом является результатом налоговой реформы Трампа и сигнализирует о том, что у частного сектора США достаточно денег», – отмечает экономист Хазби Будунов, редактор телеграм-канала PolitEconomics. Такой вывод, по его словам, проистекает из бухгалтерской формулы секторального баланса: сумма потоков бюджета, внешней торговли и частного сектора всегда равна нулю. У США на протяжении долгого времени наблюдаются дефицитный бюджет и дефицитный внешнеторговый баланс – следовательно, частный сектор оказывается в плюсе.
Сама постановка вопроса о дефолте США выглядит странно, учитывая то, что сами же США эмитируют доллары, в которых номинированы их обязательства,
отмечает политолог-американист Алексей Черняев. Он напоминает, что до сих пор Конгресс всегда поднимал лимит госдолга США, а колоссальные объемы эмиссии и роста долга не имели соответствующих негативных последствий как для американской, так и для глобальной экономики.
«Размер госдолга – это функция от положения страны в мировой системе. И пока США остаются гегемоном в мировой системе, они, в сущности, могут позволить себе любой объем государственного долга и дефицита бюджета без видимых последствий. Для сравнения, Россию такие кульбиты уже довели бы до фатальных последствий», – считает Черняев, приводя историческую аналогию двухсотлетней давности.
Великобритания во время борьбы с Наполеоном имела фантастические показатели госдолга – около 470% к ВВП, и это вовсе не привело ее к финансовому краху. Благодаря роли мирового гегемона Британия могла привлекать заемные деньги со всей Европы, а Франция вела войну на налоги и контрибуции. В некотором смысле исход этой борьбы был уже предопределен на уровне политэкономии. Но если, добавляет эксперт, положение США в качестве гегемона (в частности, в роли создателя мировой резервной валюты) будет утрачено, то произойдет схлопывание американских финансов. И это будет именно следствием утраты позиции гегемона, а не причиной.
«Доллар является лишь внешним контуром и верхушкой айсберга сложной финансовой системы, которая развивается и трансформируется для того, чтобы воспроизводить существующие социально-экономические отношения. Было бы уже неверно оценивать доллар в рамках классической национальной валюты и монетарной системы старого капитализма. Новая система позволяет доллару и всей финансовой системе не только сохранять устойчивость, часто противоречащую «нормальной» экономической логике, но и обеспечивать мировую гегемонию. Что, конечно же, не означает неисчерпаемость этой системы», – добавляет доцент ВШЭ Павел Родькин.
По его словам, пресловутый крах доллара будет не причиной коллапса США, а следствием очередной трансформации мировой финансовой системы. Однако на данный момент ожидания краха доллара или краха американской экономики мало чем отличаются от ожиданий взрыва знаменитого Йеллоустонского вулкана в штате Вайоминг, который вот-вот произойдет и тогда уж точно покончит с Америкой.
Тревожная повестка для Трампа
Однако для внутреннего рынка США дефицит бюджета создает все большие проблемы в условиях замедляющейся экономики. В прошлом году американский ВВП вырос на 2,9%, в первом квартале текущего года рост составил уже 3,1% в годовом выражении, но в условиях углубляющейся торговой войны с Китаем это может быть предел, на который способна экономика Штатов. Согласно июньскому прогнозу ФРС, в этом году ВВП страны вырастет на 2,1%, а в следующем – на 2%. Это примерно вдвое меньше, чем показатели 1990-х годов. Планы Трампа вернуть Америке экономическое величие явно тормозятся.
«Трамп – сторонник консервативно-рыночного подхода к экономической политике. Став президентом, он сразу же снизил налоги, исходя из представления, что снижение налогов приводит к увеличению экономической активности, – комментирует Хазби Будунов. – Однако экономическая политика не должна сводиться к тому, чтобы просто давать деньги частному сектору. А запуску экономического роста через государственные инвестиции, который повысил бы благосостояние беднейших слоев американского общества, препятствует дефицит бюджета США. Желательный уровень роста американской экономики не был достигнут, и теперь Трамп пытается искать козла отпущения – например, требует через «Твиттер» от ФРС снижения ставки до нулевого уровня. Все это свидетельствует о несоответствии реалий замыслам, и рейтинги Трампа падают».
С этой точки зрения симптоматичным событием стала бессрочная забастовка работников компании General Motors, объявленная Объединенным профсоюзом автомобильных рабочих США начиная с полуночи 16 сентября. По последним данным,
на работу не вышли около 50 тысяч рабочих на 31 заводе компании в США. Забастовка с требованиями более высокой зарплаты, доступного и качественного здравоохранения и гарантий занятости уже признана крупнейшей с 2007 года, когда в акции протеста участвовали 73 тысячи рабочих GM.
Иными словами, пресловутые реднеки – ядерный электорат Трампа – активно демонстрируют недовольство экономической политикой американского президента. В письме профсоюзов, в частности, сказано, что GM за последние три года получила в Северной Америке рекордную прибыль в 35 млрд долларов.
По мнению Хазби Будунова, нынешняя ситуация в американской экономике требует принятия программы «зеленого нового курса», который будет способствовать росту благосостояния через инвестиции. Сейчас в преддверии президентских выборов 2020 года среди левоцентристских политиков США активизировалась дискуссия по поводу источников этих инвестиций. Сенатор от Штата Вермонт Берни Сандерс, который еще в феврале заявил о готовности участвовать в выборах, выступает за решение проблемы дефицита денежной эмиссии в духе современной монетарной теории (ММТ) – через механизм эмиссии или, попросту говоря, печать денег. Эта доктрина, вопреки ортодоксальным представлениям о природе инфляции, утверждает, что наращивание денежной массы не только не ведет к росту инфляции, но и способствует сглаживанию экономических диспропорций.
Иной точки зрения придерживается сенатор от Массачусетса Элизабет Уоррен, предлагающая более традиционное решение – увеличить изъятие денег у богатых для дальнейшего более равномерного перераспределения.
Тема дефицита бюджета действительно может педалироваться в ходе предстоящей президентской кампании, отмечает Алексей Черняев, но следует помнить, что сами республиканцы уже как минимум с 2010 года активно используют эту тему под давлением либертарианского крыла партии – и ничего существенного не происходит. «Требования либертарианцев перестать наращивать госдолг США фактически игнорируются. Поэтому главный тренд неизменен: госдолг США растет по нарастающей при любой власти – и Трамп в этом плане ситуацию не переломил, несмотря на имевшиеся ожидания», – резюмирует эксперт.