Замглавы Еврокомиссии Марош Шефчович рассказал о параметрах нового газового контракта между Россией и Украиной. Во-первых, его следует заключить на срок не менее 10 лет. Во-вторых, он должен соответствовать европейскому законодательству. В-третьих, «объемы должны быть коммерчески жизнеспособными, чтобы привлечь инвесторов к модернизации украинской газотранспортной системы», передает его слова агентство Bloomberg.
Предложение ЕК охватывает три основных параметра будущего транзитного соглашения – продолжительность, объемы и тарифы, но оно также охватывает и другие важные аспекты, такие как инвестиции и обслуживание газотранспортной системы (ГТС), юридические и технические требования, пояснил замглавы ЕК.
По сути, Еврокомиссия предлагает России не только сохранить транзит газа через Украину в большом объеме, но еще и заплатить за модернизацию старой ГТС, в которую сам Киев десятилетиями не вкладывал серьезных денег.
Брюссель убивает этим сразу двух зайцев. Продолжительность контракта так важна, потому что это дает гарантии того, что через год трубу никто не бросит, она будет загружена в долгосрочной перспективе, а значит, ее можно будет кому-то продать, объясняет Игорь Юшков. Собственно, главными претендентами на покупку украинской ГТС (или доли в ней) являются европейцы или американцы (российским инвесторам запрещено участвовать в сделке). Если долгосрочного контракта с Россией нет, то ГТС не более чем металлолом.
Вторая проблема – старые трубы и необходимость огромных инвестиций. У Киева денег нет, а Европа тратиться не желает, так почему бы не переложить эти расходы на плечи Газпрома. А затем, видимо, европейские инвесторы придут и станут владельцем части или всей ГТС Украины. Это, конечно, выгодно всем, кроме Газпрома, который за все заплатит, но ничего не получит.
Для России это предложение ЕК абсолютно неприемлемо. Во-первых, никакого долгосрочного контракта не может быть как минимум на 2020 и 2021 годы. Потому что ситуации с транзитом в эти годы будут сильно различаться. В 2020 году Газпрому придется качать через Украину примерно 40 млрд кубов, так как в Европе не успеют достроить обходные газопроводы, считает Игорь Юшков.
Но с 2021 года ситуация изменится – продолжение «Северного потока – 2» по европейской территории будет достроено, вторая нитка «Турецкого потока» – тоже. Газпром сможет прокачивать 86,5 млрд кубов газа (55 млрд кубов через «Северный поток – 2» и 31,5 млрд кубов через «Турецкий поток») и при желании полностью отказаться от транзита через Украину. По крайней мере, контрактные обязательства перед европейцами Газпром сможет выполнять без украинского маршрута. «Но раз Путин обещал, то будем готовы сохранить некоторые объемы транзита. Но речь явно не о 140 млрд кубов, о которых Украина говорила ранее. Поэтому на 2020 год будет скорее подписан годичный контракт, а долгосрочный контракт возможен только с 2022 года», – считает Юшков.
Во-вторых, Газпром, скорее всего, будет настаивать на отсутствии любых цифр по объему транзита, чтобы не наступить на те же грабли во второй раз. Как известно, в нынешнем контракте прописана возможность прокачки 110 млрд кубов в год через Украину, хотя нет ни слова о штрафных санкциях за нарушение условия «бери или плати». Такие объемы никогда не прокачивались – потому что европейским потребителям столько было не нужно. Но это стало одним из поводов для судебного иска со стороны «Нафтогаза». Теперь Газпром заставляют платить штраф в пользу «Нафтогаза» в рамках Стокгольмского арбитража за невыполнение условия «качай или плати». «Думаю, что Газпром, наученный горьким опытом, будет бояться как огня любых цифр в новом контракте», – говорит эксперт ФНЭБ.
Объемы транзита газа через Украину в итоге будут зависеть не столько от Газпрома, сколько от самих европейцев. Сколько дополнительных – сверх прописанных в контрактах – объемов будет закупать сама Европа, столько через Украину и будет качать Россия. Поэтому Москва, скорее всего, будет обсуждать некие гарантии от самого Брюсселя по объемам транзита.
В-третьих, Газпром будет настаивать на нормальной ставке тарифа на транзит, сопоставимой со стоимостью прокачки топлива по «Северному потоку – 1».
«Тариф должен быть конкурентоспособным. Требовать огромный тариф без экономического обоснования для того, чтобы Украина за счет него модернизировала свою ГТС, – это нереально. Это не рыночный принцип. Нельзя заставить Россию качать газ через Украину и еще раскошелиться на модернизацию ее ГТС. Это как раз политизация газопроводной истории, в которой обвиняют всегда нас. Это плохо выглядит для ЕС», – говорит собеседник.
Украина уверяет, что Газпром уже сейчас платит «Нафтогазу» слишком мало за транзит своего газа. «На самом деле транзитный тариф один из самых больших в Европе. И почему, на каком основании Киев требует повышения этого тарифа – непонятно», – говорит Юшков. Поэтому Газпрому выгодно сделать этот тариф прозрачным. Однако Газпром, конечно, не пойдет на то, чтобы за счет необоснованного повышения тарифа оплачивать модернизацию украинской трубы, которая еще лет пять назад оценивалась в 10 млрд долларов (а сегодня, вероятно, надо больше). Никто не будет вкладывать в украинскую ГТС столько денег, учитывая, что это сопоставимо со стоимостью строительства нового газопровода «Северный поток – 2». Проще построить новый трубопровод, чем ремонтировать трубы 30–40-летней давности.
«Максимум, на что может надеяться Украина, это выбрать часть украинской ГТС, которую можно будет эксплуатировать в перспективе 10 лет, качая небольшие объемы газа. И просчитать вложения, необходимые для работы этих труб (а не всей ГТС Украины). Однако эти расходы Россия разделит с Европой», – рассуждает Юшков. Если устанавливается неконкурентный высокий тариф на транзит, то Газпром предложит европейцам самим платить за него Украине. Для этого будет достаточно перенести точки сбора-приема российского газа на восточную границу Украины.
«Инициатива сохранить транзит через Украину исходит от ЕК, модернизировать украинскую ГТС тоже хочет ЕК, вот и платите сами за это. Такое предложение от Газпрома будет»,
– полагает Юшков. Газпрому это только на руку – ведь все транзитные споры и разногласия будут решаться без него. Однако европейские потребители вряд ли обрадуются такому повороту.
В том, что первый блин вышел комом, нет ничего неожиданного. «Переговорный процесс сейчас довольно сильно политизирован. Все прекрасно понимают, что собираться до того, как пройдут выборы президента Украины в марте, не нужно было», – говорит Юшков. Мало того, что сейчас любая уступка со стороны Киева будет расценена как предательство родины. Так еще и после выборов многие нынешние переговорщики со стороны Украины и ЕК могут потерять свои места.
«Нынешние власти явно потеряют свои позиции. Поэтому может смениться и руководство «Нафтогаза», и министр иностранных дел. Более того, украинцы сами заявляют, что подписывать новый газовый контракт надо будет не с «Нафтогазом», а с некой новой компанией, которая будет отдельно от «Нафтогаза» управлять украинской ГТС. Поэтому непонятно, зачем вообще вести переговоры с Коболевым (главой «Нафтогаза»)», – говорит собеседник.
Сам заместитель главы Еврокомиссии Марош Шефчович с 1 февраля уходит в неоплачиваемый двухмесячный отпуск для участия в выборах президента Словакии. То есть он выбывает из переговорного процесса – как минимум временно, а возможно, и навсегда. В конце концов позиции сторон начнут сближаться.