Несырьевой неэнергетический экспорт России в первом полугодии 2017 года, по расчетам РЭЦ, составил 57,2 млрд долларов. Это на 18,7% больше, чем за аналогичный период прошлого года, сообщил министр промышленности и торговли Денис Мантуров. По его словам, положительная динамика экспорта к аналогичному периоду предыдущего года фиксируется четвертый квартал подряд.
«В физическом выражении несырьевой неэнергетический экспорт тоже продемонстрировал положительную динамику, увеличившись на 6,4%. При этом наиболее значительный рост зафиксирован по продовольствию – 19,4%, драгоценным металлам и камням – 15%, текстилю, одежде, обуви – 11,6%, стеклу, керамике, изделиям из камня – 10%. Это наглядно демонстрирует постепенную диверсификацию несырьевого неэнергетического экспорта», – приводит пресс-служба Минпромторга слова Мантурова.
Согласно данным ФТС, в первом полугодии Россия заработала на экспорте сельхозпродукции и продовольствия 7,3 млрд долларов. В деньгах это почти на 18% больше, чем годом ранее. По-прежнему основную долю здесь занимают зерновые (37%), где экспорт пшеницы – почти 28%. Росту помогает рекордный урожай.
На втором месте в структуре экспорта продовольствия рыба и рыбная продукция (почти 20%), на третьем – растительные масла (15%). Интересно, что в этом году зафиксирован рекордный рост поставок за рубеж российского сахара, экспорт которого вырос в 66 раз до 115,4 тыс. тонн. Успехи в сахарной области обусловлены введенным еще в 2004 году налогом на импорт, который дал возможность местным производителям инвестировать в модернизацию переработки сахарной свеклы. Кроме того, предприятия научились эффективно использовать мелассу (побочный продукт сахарного производства), повышая производство.
Рекордными выглядят и поставки свинины, которые выросли вдвое до 9,2 тыс. тонн. Мяса птицы на экспорт также поставили в полтора раза больше, чем годом ранее: почти 50 тыс. тонн. И здесь не обошлось без поддержки местных производителей в виде ограничений на импорт.
Вкупе с продэмбарго государство выделяет огромные субсидии для сельского хозяйства – 26 млрд рублей в год.
Что касается экспорта драгметаллов, то здесь также нет ничего удивительного. На фоне высокого уровня нестабильности на финансовых рынках спрос на подобные товары традиционно растет, отмечает Кирилл Яковенко из «Алор Брокер». Еще в 2015 году Россия стала лидером среди мировых добытчиков алмазов. И по золоту мы также входим в тройку лидеров.
«Обработка драгоценностей всегда была в России на высоком уровне, а сейчас этот процесс набирает обороты за счет новых рынков сбыта на Западе из-за низкого курса рубля», – отмечает председатель НП «Центр развития инновационного бизнеса» Алексей Михеев.
Особый интерес представляет рост экспорта российских тканей, одежды и обуви.
Казалось, что рынок легкой промышленности Россия давно потеряла. Но уже несколько лет этот рынок набирает обороты, даже за рубежом начали покупать нашу одежду и обувь. Это ли не чудо?
Уже в 2016 году текстильное производство в России показало рост на 4,2%. Причем если раньше шить в России умели, то вот ткани закупались исключительно импортные. Теперь же в России стали появляться собственные тканевые заводы. Производство тканей только в прошлом году выросло почти на 20%, было выпущено 5,4 млрд кв. м. Причем рост отмечается почти по всем категориям. Стали больше производить одежды: костюмов, курток, брюк, шорт, пальто, головных уборов, одежды из кожи, спецодежды.
Например, в сфере производства пальто рост показали завод «Балтийская линия», «БТК Групп» и ростовский «Элегант». Больше нашили платьев и сарафанов белгородская «Россиянка», Тверская швейная фабрика, «Корпорация Глория Джинс» и новосибирская «Синар». Причем здесь рост вообще значительно более 10%.
Интересный факт: если в 2014 году «Глория Джинс» проводила политику по переносу производства и штаб-квартиры в Азию, то сегодня компания все активней инвестирует в производство в России.
В этом году компания заявила о готовности вложить 8 млрд рублей в создание нового производства в Ростовской области с перспективой увеличения инвестиций до 20 млрд рублей.
Активный рост показывает кожевенное дело. В прошлом году производство кожевенных товаров внутри России выросло на 8%. Теперь в России делают кожтовары для авиационной, мебельной, автомобильной отраслей. В целом кожевенная отрасль стала крайне конкурентоспособной: порядка 35% от объема производства поставляется на экспорт. Неудивительно, что здесь также появляются новые производства. Так, ГК «Русская кожа» строит в Алтайском крае новый завод за 1,6 млрд рублей по переработке сырья овец и коз. Ввод в строй этого завода позволит компании заполучить половину российского рынка по переработке сырья. Единственное, что беспокоит всю кожевенную отрасль, – это продолжающееся снижение поголовья крупного рогатого скота.
Растет и производство обуви, как кожаной, так и текстильной, в целом на 6% по итогам 2016 года. Наиболее высоких результатов добились, например, «Обувное предприятие Стелла», «КурскОбувь», «РальфРингер» и другие.
Неудивительно, что набирает обороты и экспорт.
Конечно, важнейший фактор, который помог экспорту, – курсовая разница. Слабый рубль снизил себестоимость производства внутри страны, ограничения импорта убрали конкурентов и вселили оптимизм в инвесторов, которые стали брать кредиты и вкладываться в модернизацию или создание новых производств. По цепочке это привело к росту сначала производства, потом качества, и теперь, наконец, настало время для более активного выхода на зарубежные рынки.
Сыграли свою роль и субсидии. В 2016 году государство выделило 2,5 млрд рублей, которыми воспользовались 100 предприятий легкой промышленности (субсидии в том числе по кредитам). В этом году выделят 3 млрд рублей. Падение рубля сделало себестоимость швейного производства ниже, чем в Китае, и покупка импортных тканей стала менее выгодной, чем организация производства этих же тканей на территории России.
«В России стали делать обувь и одежду по ценам значительно ниже, чем у западных аналогов, при этом по качеству лучше, чем в Китае. Так появилась ниша для экспорта, в первую очередь в ближнее зарубежье. Выросло целое поколение дизайнеров, которые делают вещи на высоком уровне, и, если присмотреться, в московских моллах они занимают целые этажи, идет экспансия и в сопредельные государства», – отмечает Алексей Михеев.
И все же пока это не успех, а скорее предпосылки к нему. Отрасль долгое время была неконкурентоспособна и только-только начала вылезать из глубокой ямы. К тому же около 50% рынка находится в тени. Для понимания: в России, по данным Росстата, выпускается одно пальто в год на 65 женщин или одна юбка на 25 женщин и девочек. Рынок по-прежнему на 75% наполнен импортной продукцией.
Однако статистика показывает и рост экспорта. Кто же покупает российскую одежду и обувь за рубежом?
«Экспорт одежды растет не только в страны ближнего зарубежья, но и дальнего. И удивительно здесь не столько то, что европейцы стали покупать больше российской одежды, сколько рост экспорта в Китай, в отношениях с которым по категориям одежды и обуви Россия, да и любая другая страна мира является традиционно нетто-импортером», – говорит Кирилл Яковенко. Для сравнения: в 2015 году в КНР отгружено предметов одежды, обуви на 188 тыс. долларов, а в 2016 году – сразу на 1,8 млн долларов, а это 14% от всех доходов, полученных от экспорта предметов одежды.
«Еще более интересно, что физический объем поставок сократился. То есть, грубо говоря, тому же Китаю Россия продала меньше одежды, но заработала на этом больше. И дорогой рубль тут ни при чем. Все просто: цены на российском рынке упали ниже уровня рынка китайского, что привело к ситуации, когда
китайские предприниматели покупают в России одежду с целью ее дальнейшей перепродажи»,
– рассказывает Яковенко.
В целом он замечает неравномерность роста несырьевого экспорта. Если с экспортом зерна, металлургической и химической продукции все неплохо, то вот с экспортом машин и оборудования ситуация далека от идеала. Единственное, впервые за несколько лет своими результатами порадовал автопром: в первом полугодии на экспорт ушло 24 тыс. автомобилей, что на 61% больше уровня 2016 года.