Глава Россельхознадзора Сергей Данкверт возмущен: тонны запрещенных к импорту европейских продуктов ползут через границу с поддельными сертификатами или вовсе без оных. Немецкий шпик обнаруживается в поставке по контракту о бетонной смеси. Зафиксированы попытки провезти из Белоруссии сотни тонн якобы боснийских яблок, а также десятки тонн ягод из Чехии с сопроводительными документами Марокко и Мексики, датированными прошлым годом. Из Казахстана примерно в это же время пришла партия огурцов вообще без фитосанитарных документов.
Пойдем копать картошку
Cтаночников становится все меньше и меньше, их средний возраст перевалил за 60 лет. Государственные программы в ВПК еще более оголили рынок машиностроителей
Фальсификация сертификатов начинает приобретать характер эпидемии, в связи с чем уже звучат призывы к полному запрету реэкспорта из стран ЕС: слишком уж хорошо отлажена между ними система циркуляции растительной продукции. Впрочем, в интервью «Российской газете» Данкверт заявил, что в ближайший год Россия о продуктах из попавших под контрсанкции стран забудет. Не то чтобы совсем, но к «досанкционному» состоянию наш рынок уже не вернется, и даже если после 8 августа продовольственное эмбарго не продлят, «как раньше» всё равно не сложится. Например, Россельхознадзор готов допустить всего 20% от былого количества поставщиков из Венгрии, Греции и Кипра.
Причины этого в том, что европейские места заняли поставщики плодоовощной продукции из других стан. Кроме того, значительные надежды возлагают на импортозамещение, то есть на отечественного производителя. Правда, с ним та же проблема, что и на мясном, и на рыбном рынках – конечная цена продукции. Кризисный год в принципе вскрыл множество локальных проблем в нашей экономической экосистеме. И хотя покупатель за последний год наконец-то познакомился с неизвестными ему ранее отечественными марками, которым удалось прорваться на рынок, независимый мониторинг цен потребительской корзины, проводимый агентством ТАСС, показал, что рост цен по стране с августа прошлого года в среднем составляет 21,64% (что характерно, в Москве – всего 0,64%).
При этом масштабы России, теоретически, действительно позволяют наладить импортозамещение, по крайней мере, в рамках обеспечения национальной безопасности. Особенно если не закрывать глаза на проблемы, а решать их. Директор департамента регулирования агропродовольственного рынка, пищевой и перерабатывающей промышленности Минсельхоза Михаил Орлов на международном форуме «Продовольственная безопасность» сообщил, что на ускорение импортозамещения в 2019–2020 годах выделят более полутриллиона рублей. Благодаря реализации госпрограмм поддержки производство овощей должно возрасти до 16,5 млн тонн (в эту цифру не входит картофель), оставив на рынке всего 30% от импорта. Фруктов же будут выращивать до 3,8 млн тонн, сократив импорт в этом сегменте на 80%. Остается надеяться, что сокращение произойдет не за счет экзотических видов, таких как ананасы, которые в России на открытом грунте не могут расти в принципе.
Предпринимаются и попытки оптимизировать инфраструктуру. Уже в этом году в рамках госпрограммы развития сельского хозяйства до 2020 года заработают центры приема фермерской продукции (ОРЦ). В Домодедово первый ОРЦ уже начал свою работу, вдогонку готовятся встречать аграриев объекты в Приморье и Прикамье. Программа выглядит добротной: в ОРЦ фермерам обещан гарантированный сбыт и радующие их цены. Там же продукция будет перерабатываться и отправляться продуктовым ретейлерам. Вся эта схема должна способствовать снижению маржи сетевых продаж и повышению рентабельности сельхозпроизводства и, теоретически, решать один из самых сложных в российских условиях вопрос – логистику. То есть у фермеров наконец-то появится возможность полноценно донести свою продукцию до прилавков. По данным картофельного союза, например, туда попадает всего 6 млн тонн картофеля, притом что другие официальные источники озвучивают цифру в 15 млн тонн, производимых в подсобном хозяйстве. В любом случае, как минимум «план по картошке» в этом году мы точно выполним: ожидается урожай в 36 млн тонн, СМИ уже радуют вестями о снижении цен.
Золотая морковь
С картофелем все получается логично, ведь в высокотехнологичных хозяйствах валютная составляющая в его себестоимости укладывается в скромные 20%. В отличие, например, от моркови и капусты, где затраты на покупку импортного посевного материала, техники и химикатов доходят до 75%. Меж тем запасы этих традиционных овощей отечественного производства были изрядно истощены уже к весне. На сегодня морковь, в зависимости от сорта и производителя, в ряде регионов (например, в Крыму) обходится покупателям в два раза дороже, чем год назад.
Нелегальный ввоз запрещенных продуктов (кто-то же их берет на реализацию, значит, имеется спрос) и пролонгированность планов по насыщению рынка отечественными овощами свидетельствуют, в общем-то, об одном: здесь и сейчас у российских аграриев все непросто. Так, большинство тепличных комплексов настроены на импортные сорта овощей с импортной же технологией выращивания – от удобрений до утепляющей минеральной ваты (отечественная не подходит по качеству).
#{intervieweco}При этом заведуют «закрытым грунтом» с огурцами да помидорами преимущественно предприниматели малого и среднего калибров, крупным холдингам тепличный бизнес редко бывает интересен. Скромные обороты предполагают скромный «жировой запас», так что зазор между желанием выжить и негодованием покупателя становится слишком узким, чтобы не сказываться на ценах по ряду позиций – инстинкт самосохранения оказывается сильнее. Впрочем, эксперты уточняют, что с прошлой недели цены на тепличные огурцы вдруг начали стремительно и необъяснимо падать, снижение составило уже около 30%. Постепенно начинается и сезонное понижение цен на помидоры. До прошлого года, кстати, они занимали второе после картофеля место в структуре импорта овощей. Причем больше половины приходило из Турции, чуть меньше из Китая, прочие импортеры скромно делили оставшиеся 6%.
В этом году в рамках импортозамещения некоторые надежды возлагаются на южные регионы России, если, конечно, удастся адекватно наладить внутренний экспорт, и помидоры смогут добраться до покупателей на севере, сохранив справедливую цену. До сих пор эта задача почему-то считалась нерешаемой, проще было покупать томаты за границей. С другой стороны, российский климат в любом случае не вселяет надежд на полное импортозамещение в этом сегменте плодоовощного рынка.
Все ушли в ВПК
Разрушенная в 90-е база овощеводства не может восстановиться по щелчку пальцев. Для того чтобы слово «импортозамещение» перестало означать замену одного импорта другим, должны пройти годы, причем в трудах. Помимо дефицита отечественного посевного материала, у аграриев недостаточно оснащена техническая база.
Разработчик концепций фермерских хозяйств и технологий ООО «Агро-Стимул» Вячеслав Костин в беседе с корреспондентом газеты ВЗГЛЯД напомнил, что сельское машиностроение в 2014 году снизило товарооборот в два-три раза (в зависимости от направленности производства), но после объявления программы импортозамещения «вдруг посыпались заказы». «Появилась уверенность в жизни, мы так же, как обычно, располагали заказы на производствах по аутсорсингу, но не тут-то было. Мы в итоге просрочили все заказы: в 2014 году все производства сократили штаты, работникам ведь откуда-то зарплату нужно платить. И если вчера рабочие бегом бежали на хорошую зарплату, то сегодня специалистов-станочников становится все меньше и меньше, их средний возраст перевалил за 60 лет. Государственные программы в ВПК еще более оголили рынок машиностроителей, кто мог, ушли на хорошую зарплату на заводы ВПК», – пожаловался он.
По словам Костина, если уж вести речь об импортозамещении, то нужно сначала создать потребность для роста кадров – «чтобы они появились, чтобы им захотелось». «Рядовой конструктор в обычной ситуации обучается на работе в течение 5–7 лет. И так же с остальными кадрами. Нужно искать новые пути везде, а не повторять западный опыт. У них есть что-то хорошее, но это не панацея, их самих лихорадит. А мы еще не определились с приоритетами. Если мы захотим что-то создать, создадим, но это только при участии государства, при полной его заинтересованности и жестком руководстве. Нужно понимать, что нам объявлена война и нам нужно победить самих себя, свою инертность и отрешенность от дел государства. И мне кажется, что если обстановка еще усугубится, то это и сделает возможным запустить программу импортозамещения», – уверен он.
Впрочем, несмотря ни на что, на полях уже кипит жизнь – в разгаре посевной сезон, срыва которого боялись некоторые эксперты. Без проблем, конечно, не обходится. Где-то не хватает минеральных удобрений, где-то – средств на закупку элитных семян, и почти везде недостаточно овощных хранилищ. Подорожали ГСМ, при этом многие хозяйственники или не могут, или даже опасаются брать кредиты, а банки, в свою очередь, боятся «невозвратов».
Неподъемность кредитов и административные процедуры продолжают серьезно осложнять ситуацию, хотя в конце мая президент РФ Владимир Путин на заседании с членами правительства особо подчеркнул, что посевная ждать не может. Она и не ждет: от региона к региону ситуация разнится, но в целом процесс идет, и эксперты настроены вполне оптимистично. Дефицита стратегически важных позиций не предрекают, главное, чтобы погода не подкачала.