Немецкий Deutsche Bank прогнозирует, что курс евро может упасть к 2017 году до 85 американских центов, главным образом, из-за увеличения оттока капитала из Европы, который к этому сроку может достигнуть 4 трлн евро (за последние 6 месяцев из еврозоны «убежало» уже 300 млрд евро). «Капиталы утекают из Европы из-за отрицательных ставок и программы «количественного смягчения» от Европейского Центробанка. Большинство средств ушло в США, Великобританию и Канаду», – подчеркивают аналитики банка.
Европейские парламенты стали бизнес-комитетами банковских и финансовых лобби, лишив государства даже их традиционного права чеканить монету
Похоже, что евро принесен в жертву попыткам любой ценой стимулировать экономический рост, для чего, как считают европейские хозяева жизни, нужно повысить уровень инфляции. Европейский центральный банк уже принял решение о крупномасштабном выкупе государственных облигаций стран – членов еврозоны. В период до сентября 2016 года на это будет выделяться до 60 миллиардов евро ежемесячно, причем источником финансирования станет эмиссия евро, то есть будут выпускаться новые деньги, не обеспеченные ростом производства.
Это очень тяжелая мера (которую, например, принципиально не считают приемлемой в той же Германии), но фактически речь уже идет о самом сохранении европейской банковской и даже платежной системы, о спасении французских, немецких и других европейских банков, завязших в южноевропейских государственных долговых бумагах, которым в условиях бюджетного дефицита доверяют все меньше и меньше. Кстати, не следует забывать, что лежащий в основе современной капиталистической экономики кредит изначально обозначал «доверие». Это самое доверие к бондам европейских правительств тает на глазах, и нет уверенности, что намерение напечатать еще больше денег для того, чтобы купить теряющие в доверии инвесторов долговые бумаги, может, в свою очередь, повысить доверие к самому евро. В интервью газете ВЗГЛЯД Морено Паскинелли – лидер уже не только итальянской, а общеевропейской Коалиции за выход из зоны евро – подчеркивал, что неслучайно именно Европейский союз стал эпицентром системного кризиса. «Структура ЕС и базовые свойства, лежащие в основе единого рынка и общей валюты – евро, препятствуют выходу из кризиса, порожденного системой «казино-капитализма». Новые и еще более разрушительные бедствия не за горами», – предрек он.
При этом мы становимся свидетелями «бунта на корабле»: решение о количественном смягчении продавлено на заседании Совета управляющих ЕЦБ вопреки сопротивлению представителя Германии и позиции германского Бундесбанка, а ведь именно эта страна считалась определяющей монетарную политику еврозоны. Теперь же ФРГ могут достаться не только пряники еврообъединения, как это было раньше, теперь ей придется брать на себя и все негативные последствия проекта. В условиях объединенного рынка сильная валюта выгодна самым сильным экономикам и невыгодна всем остальным, но надо было помнить и о том, что Германия тоже не состоит из одних банкиров.
Вновь на повестку дня ставится выбор из двух зол – дефолта части европейских стран или инфляции, но на самом деле эта дилемма фальшива. Любой подобный выбор заканчивается компромиссом, и пессимисты убежденно говорят, что такой компромисс всегда оказывается плохим решением.
Немцев удалось продавить, прежде всего, за счет откровенного шантажа – не просто угрозой выхода из зоны евро (причем не только со стороны преддефолтной Греции с левым правительством СИРИЗА, но и со стороны Италии, Испании, Португалии), а возможностью прямого отказа в обслуживании полученных кредитов или переводом их в новые драхмы, лиры, песеты и реалы. Многие считают, что резкая и быстрая инфляция с фактическим обесцениванием задолженности могут спасти крупный греческий, испанский или итальянский капитал. Так что вопрос ставится (и торг идет) уже по поводу темпов инфляции и снижения курса евро, а не по самому факту запуска инфляционных механизмов. Думается, все понимают, что молча смотреть на обесценивание евро другие страны не станут, валютное перемирие будет закончено, и начнется новый виток валютных войн.
Сейчас вся Европа должна расплачиваться за профессиональную несостоятельность евробанкиров, выдававших кредиты правительствам, которым, согласно базовым принципам управления рисками и финансовой науки вообще, давать в долг было категорически нельзя. Тут важно понимать, что сама идея существования банков, их главная общественная функция состоит в консолидации свободных средств населения для финансирования только надежных, тщательно проверенных банками заемщиков, способных преумножить полученные в долг деньги. Следовательно, кредиты должны выдаваться ответственно, с созданием резервов на случай финансовой несостоятельности ненадежных должников.
Между тем европейские банки приобрели огромное количество бондов (тех самых, которые сейчас будет у них выкупать ЕЦБ) безответственных правительств, состоявших либо из откровенных жуликов (некоторые из которых уже попали под суд или следствие), либо из некомпетентных финансистов, которые с достойным лучшего применения простодушием просто пересели из министерских кресел в более мягкие парламентские, объявив себя оппозицией.
Фактически, подчеркивает тот же Паскинелли, европейские политические партии и парламенты стали бизнес-комитетами банковских и финансовых лобби, лишив государства даже их традиционного права чеканить монету. Мало того, что страны отказались от своего валютного суверенитета, они еще и лишились большой части своих политических и институциональных полномочий, передав их не наднациональному органу, избираемому гражданами, но олигархии бюрократов и технократов, лишенных какого-либо подобия демократической легитимности.Санкции против России, приведшие к резкому сокращению деловой активности в широком спектре (от финансового сектора до промышленности, от участия европейского бизнеса в строительстве трубопроводов до российского туризма в Европу), и наши контрсанкции (особенно в области сельского хозяйства) наносят дополнительный удар по находящейся в тяжелом положении экономике Южной Европы, для которой ослабление евро теперь уже жизненная необходимость.
Объединенная Европа незаметно для себя превратилась в какую-то странную совокупность обществ потребителей, живущих в долг. Но рано или поздно приходится платить по счетам, что может быть весьма болезненным процессом. И, похоже, это время настало. Греческий и общеевропейский долговой кризис вскрыл глубокие разногласия между Германией и Францией с одной стороны и Южной Европой с другой, между членами еврозоны и странами, сохранившими национальные валюты, между Европейским центральным банком и европейскими политическими лидерами (в частности, той же Германии).
Выживет ли евро или погибнет под гнетом противоречий (которые вполне могут оказаться неразрешимыми), предсказать сложно. Да, во многих странах ЕС ширится движение за добровольный выход из зоны евро, но в основном этот вопрос зависит от политической воли элит – либо нынешних, либо тех, кто придет им на смену. Одно можно сказать с уверенностью – евро станет другим, возврата к прошлой монетарной ситуации не будет. Он просто невозможен.