Девальвация национальной валюты несет российской экономике не только негативные последствия в виде ускорения инфляции и обесценивания рублевых сбережений. Ослабление рубля в этом году обрадовало большую группу российских компаний.
Российские нефтяные компании не очень чувствительны к снижению цен на нефть, что связано с тенденцией снижения курса рубля к доллару
В нынешней ситуации выигрывают те, кто получает выручку в валюте, а затраты несет в рублях. Соответственно, выиграют в первую очередь экспортеры.
Нефтегазовые компании
Главная статья экспорта в России – это нефть и газ. Однако здесь не все гладко, потому что ослабление рубля – не единственный фактор, влияющий на Роснефть и Газпром. Нефтегазовые компании выигрывают благодаря девальвации рубля, но проигрывают из-за более низких цен на нефть. Цены на газ в экспортных контрактах Газпрома, как известно, зависят от цен на нефть. Самое благоприятное время для нефтегаза было в первом полугодии – когда рубль слабел, но при этом мировые цены на нефть были по нынешним временам сказочными (в районе 110 долларов за баррель). Во втором полугодии девальвация рубля уже сопровождалась и падением цен на нефть.
Есть еще несколько моментов, которые влияют на положительный эффект от девальвации. Например, в наибольшем выигрыше те, у кого долговая нагрузка в рублях, а не в долларах – а выручка, наоборот, в валюте.
Нефтегазовые компании не со всеми торгуют в валюте. Газпром, к примеру, продает примерно 30% экспорта в рублях, а не в долларах. Та же ситуация у «Новатэка» и «Газпром нефти», которые получают 70% и 60% своей выручки в рублях (по данным Moody's). Роснефть с этой точки зрения в более выигрышном положении, потому что у нее на экспорт идет 80% продаж.
Еще одна проблема нефтегазовых экспортеров – высокая доля долга в долларах. У Газпрома в американской валюте 90% общего долга, у Роснефти – 87%, у «Новатэка» и «Газпром нефти» – порядка 70%, посчитали в Moody's.
В конечном счете нефтегазовые компании могут и не сильно подзаработать на снижении курса рубля, но это поможет как минимум компенсировать падение цен на нефть. Это на самом деле не так уж мало, потому что сохраняет доходы и работу миллионам россиян, занятых в огромном нефтегазовом секторе. И, конечно, федеральный бюджет должен быть доволен падением рубля – это повышает его доходы.
Некоторым компаниям, кстати, все же удастся не просто нивелировать одни потери за счет других доходов, но и существенно выиграть. В их числе Башнефть, у которой и большая часть продаж идет в иностранной валюте, и 90% кредитов – рублевые. А с недавних пор 71% акций этой компании по закону вернули государству, которое станет бенефициаром и сможет снять больше дивидендов с этого бизнеса, что плюс в целом для российской экономики.
Химические компании
Падение рубля в той или иной степени выгодно также химическим и металлургическим компаниям, добывающему сектору, РЖД, мобильным операторам и агропромышленному комплексу.
В наибольшем выигрыше оказались химические предприятия, которые получают большую часть своих доходов от экспорта в долларах и евро. В частности, экспортеры минеральных удобрений – Уралкалий, ФосАгрго и «Акрон». Это вертикально интегрированные предприятия, имеющие низкую себестоимость производства, что вкупе с ростом валютной выручки только укрепит их рыночное положение в мире, повысит рентабельность и увеличит денежные потоки. К тому же мировой рынок минеральных удобрений стабилен.
«Потребление удобрений в мире будет расти в среднем на 2–3% в год – задавать тон будут Китай, Индия, Бразилия и США. На азотные удобрения приходится 70% потребления всех удобрений в мире», – говорит Михаил Ганелин из Газпромбанка. ФосАгро, крупнейший в мире производитель высокосортного фосфатного сырья, еще больше в плюсе, потому что снижение предложения и увеличение спроса на них будут еще долго поддерживать высокие цены на фосфатные удобрения. По данным Moody's, у Уралкалия, ФосАгро и «Акрона» порядка 65% выручки приходится на доллары.
«Ослабление курса рубля позитивно сказывается на операционной деятельности группы «Акрон». Так, рентабельность по EBITDA выросла до 41% в третьем квартале 2014 года по сравнению с 33% во втором и 32% в первом кварталах», – заявил первый вице-президент «Акрона» Александр Попов по итогам девяти месяцев 2014 года. «В то же время ослабление курса рубля оказало негативное влияние на чистую прибыль компании вследствие переоценки валютных кредитов», – указал он, правда, «переоценка носит неденежный характер».
Уралкалий, который занимает 20% мирового рынка калия, недавно столкнулся с проблемами природного характера, которые могут подпортить ожидаемый выигрыш от ослабления рубля. До аварии на шахте Уралкалий собирался благодаря девальвации рубля и самой низкой себестоимости производства в индустрии уменьшить долговую нагрузку, однако теперь авария может помешать теперь этим планам.
Металлурги, машиностроители и аграрии
От ослабления рубля выиграют металлурги, цены на металл в основном выражены в долларах, тогда как значительная часть затрат выражена в рублях.
Производители золота и компании, добывающие коксующий уголь, также смогут улучшить свою выручку, несмотря на падение цен на эту продукцию на мировом рынке. Все это также благодаря их привязке к доллару.
Так, девальвация поможет «Русалу», НЛМК, ММК, ЕВРАЗу, Распадской и Северстали увеличить EBITDA (показывает доходность основной деятельности компании, то есть это прибыль предприятия до того, как будут вычтены все затраты по уплате всевозможных налогов и пошлин). Ослабление рубля на каждые 10% вызывает рост этого показателя доходности в среднем на 23%, посчитали в Газпромбанке. Чуть меньшее влияние девальвация окажет на «Норильский никель», «Полюс золото» и «Полиметалл», указывают эксперты.
От ослабления рубля выигрывают также машиностроение и агропромышленные компании. Правда, здесь надо учитывать, что значительная часть комплектующих, например в машиностроении – это импорт, и поэтому себестоимость производства в данной отрасли растет практически синхронно дальнейшему развитию эффекта девальвации, говорит Платон Магута из УК «Фонд Магута». Та же ситуация и в сельском хозяйстве.
Среди аграриев в наибольшем выигрыше оказываются экспортеры зерна. «Рынок устроен таким образом, что цена в европейской и южной части России всегда складывается из международных цен на зерно и внутренней переработки. При девальвации внешние рынки могут предложить аграриям большую цену в рублях», – говорит директор по развитию Ассоциации производителей и поставщиков продовольственных товаров «Руспродсоюз» Дмитрий Востриков.
«Выигрывают в большей степени вертикально интегрированные холдинги. Например, Черкизовский, у которого есть свое производство и переработка, они себя экономически более стабильно ощущают. А у Русагро, например, нет своей переработки. Но благодаря росту цен на свинину в 3–3,5 раза они повысили маржинальность и хорошо себя чувствуют в этом секторе. Хотя, когда Россия вступала в ВТО, проекты по свиноводству были на грани закрытия из-за нерентабельности», – рассказывает Востриков.
Так, Русагро за девять месяцев этого года показала рост по всем своим бизнес-направлениям. Компания объединяет шесть сахарных заводов, Екатеринбургский жировой комбинат, Самарский маслоэкстракционный завод и две аграрные компании. Сильнее всего действительно выросла выручка мясного сектора компании. Здесь, конечно, ощущается также эффект от эмбарго на импорт мяса из ряда стран.
Между тем хорошие времена для российских агрохолдингов позволяют им интересоваться углублением переработки животноводческого сырья, то есть тратить деньги. В частности, Русагро уже ведет переговоры с Московским эндокринным заводом о создании СП. Они намерены заняться биотехнологиями, аквакультурой и производством специальных жиров.
Минус того, что продажи на внешний рынок становятся выгодней для российских компаний, также в том, что это провоцирует рост цен на эту же продукцию внутри страны. Для нефтегазового сектора это не актуально, потому что там внутренние цены регулируются государством. А вот металлургическая продукция, например, вырастет в цене для внутренних потребителей.
Девальвация заставляет компании переключаться с внутреннего на внешний рынок, потому что это увеличивает прибыль. Поэтому российским покупателям приходится соглашаться на более высокие цены, чтобы получить товар для себя. Та же ситуация характерна и для продовольственного сектора, в том числе на зерновом рынке.
Также выгода от слабого рубля может нивелироваться ростом себестоимости производства того же мяса и молока, потому что корма и ингредиенты для переработки в основном импортные.
С другой стороны, благодаря росту цен на импортные товары из-за девальвации выигрывает фармацевтический сектор. Отечественные товары становятся более привлекательными для потребителей с точки зрения цены. «Так, девальвация рубля на 35% с начала года уже повысила цены на импортные лекарства и средства гигиены более чем на 20%, тогда как отечественная продукция подорожала лишь на 10%», – говорит Платон Магута.