Фермеры Приморья, а также других регионов Дальнего Востока – Якутии, Сахалина, Забайкалья, пострадавшие от наводнения, жалуются на отказ страховщиков платить за убытки.
Страховщики стали предлагать дальневосточным фермерам расторгнуть страховой договор – и некоторое время назад, и во время наводнения, и сейчас продолжают
Общероссийский народный фронт (ОНФ) и профсоюз работников АПК РФ винят во всем недоработки 260 ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования». «Он дает страховщикам возможность в одностороннем порядке расторгать страховой договор, а также отказываться от заключенных договоров по агрострахованию», – указывает заместитель председателя профсоюза работников АПК РФ Галина Юрова.
«Страховщики стали предлагать дальневосточным фермерам расторгнуть страховой договор – и некоторое время назад, и во время наводнения, и сейчас продолжают. Начиная с того момента, когда страховщики поняли, что попадают на деньги», – отмечает Юрова.
Происходит это так: фермер страхует свои посевы или скот на 500 тыс. рублей, потом делается долгосрочный прогноз. «Если прогноз оказывается неблагоприятным и ожидается засуха или наводнение, юристы страховых компаний в одностороннем порядке предлагают вернуть страховые взносы фермеру и расторгнуть договор. Вместо того чтобы получить деньги по страховке, фермер получает обратно свои страховые взносы. Страховщики готовы получать страховые взносы, только если знают, что они гарантированно не понесут убытки, то есть прогноз благоприятный. И никаких санкций для них за такое поведение не предусмотрено», – поясняет Юрова.
Страховые выплаты в каждом случае – минимум около десяти миллионов, а страховой взнос составляет всего около миллиона, указывает член регионального оргкомитета ОНФ Приморья и председатель Приморского краевого профсоюза работников агропромышленного комплекса Юрий Хакимов.
«Кроме того, из-за погодных условий в этом году мы задерживали сев, и ряд страховых компаний отказывались нас страховать, зная, что зерновые подойдут позже, а обычно климатические условия в Приморском крае таковы, что как раз в этот период у нас начинаются дожди», – заключил Хакимов.
«Это возмутительная ситуация. В таких условиях вся схема агрострахования оказывается неработающей. В Приморском крае есть маленький Чугуевский район. Мы приехали туда и видим картофельное поле: там все в воде, даже шкурки от картошки не осталось – все сгнило. Но вместо помощи фермеры, застраховавшие урожай, получили бублики с дырками», – говорит Юрова. Причем эта тема всплывала и в центральной России – в Белгороде и в ЮФО, добавляет она.
Хакимов в пример приводит также путаницу между понятиями наводнения и паводка, которыми умело оперируют страховые агенты, а также трактовки понятий «гибель домашнего скота» и «гибель урожая сельхозкультур от стихии и природных катаклизмов». «Таких нюансов и исключений в законе множество, многое замыливается при заключении договора, многое трактуется страховыми компаниями в свою пользу», – говорит представитель ОНФ.
Надо менять закон
Общероссийский народный фронт решил разобраться с этой проблемой. Организация собрала практически все документы об отказах в выплате компенсаций фермерам от страховых компаний и намерена их проанализировать. На основе этих случаев будут разработаны предложения по внесению поправок в закон о страховании сельхозпроизводителей с господдержкой. В среду пакет документов будет представлен в департамент сельского хозяйства и продовольствия Приморского края, а потом и в Госдуму, рассказал Хакимов.
По словам Хакимова, надо провести экспертизу закона и изменить его. «Сейчас закон сделан под страховщиков, а не под фермеров. Складывается впечатление, что закон писала под себя Ассоциация страховщиков России. Сельхозпроизводителей не устраивает ни один пункт закона, их обманывают самым натуральным образом. Более того, в частных беседах многие страховщики признают, что действующий закон не в интересах сельхозпроизводителя», – приводит слова Хакимова сайт ОНФ.
По его словам, фермеры планируют обращаться в суды, правда, большого оптимизма пока не испытывают: «Судя по опыту, страховые компании, как правило, выигрывают такие дела. Страховщики заключают разные договоры по разным хозяйствам и часто прописывают в них все так хитро, что шансов выиграть дело у фермеров просто не остается».
Впрочем, есть прецеденты, когда фермеры подают в суд и отсуживают страховые выплаты, отмечает Юрова. По ее словам, недавно в Приморье один фермер отсудил 5,5 млн рублей у страховой компании, хотя страховщик продолжит судиться и что решат суды высшей инстанции, пока неизвестно.
«Но фермеры бывают разные. У кого большое хозяйство, тот может нанять юриста и вести судебную тяжбу, а у фермеров, которые кормят только себя и свою семью, очень мало возможностей для обращения в суд. И таких фермеров – основная масса, у них нет ни юридического, ни порой другого высшего образования», – говорит Юрова.
«Страховщики таким поведением убивают саму идею страхования, – уверен член совета Союза картофелеводов России и центрального штаба ОНФ Александр Богомаз. – Они дискредитируют правительство, власть как таковую. Зачем тогда страховать – только для того, чтобы страховщик получал деньги? Проблема давно требует рассмотрения на федеральном уровне».
В начале года премьер Дмитрий Медведев высказал идею о том, что, по большому счету, выплачивать деньги пострадавшим от стихийных бедствий должно не государство, а страховые компании, как это происходит во многих других странах мира. Однако из-за неразвитости отдельных видов страхования приходится брать деньги из бюджета. На помощь семи дальневосточным регионам, пострадавшим от паводка, правительство выделило 3,2 млрд рублей, и эта сумма может вырасти.
По данным Хакимова, ущерб сельхозпроизводителей от наводнения в Приморье уже составляет порядка 310 млн рублей. Затоплены 30 700 гектаров земли. А если посчитать гибель всего урожая, то убытки могут составить около 2 млрд рублей только в одном этом регионе, считает он.
Общая сумма ущерба, по оценке Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, может составить не менее 18–19 млрд рублей, что равно 0,6% ВВП региона или 0,03% ВВП России.
Наводнения и паводка в законе нет
Как объясняет газете ВЗГЛЯД представитель одной российской страховой компании, который предпочел остаться анонимным, ФЗ №260 регулирует сельхозстрахование только с господдержкой. А все договоры страхования урожая без господдержки под юрисдикцию данного закона не попадают, а регулируются Гражданским кодексом РФ и законом «О страховании деятельности».
«Если в договоре страхования урожая сельскохозяйственных культур без государственной поддержки указаны риски «наводнение» или «паводок» и указаны критерии достижения этого опасного гидрометеорологического явления, то страховая компания признает это событие страховым и примет на рассмотрение. Если будет признано, что именно это событие привело к гибели урожая, то будет принято решение о страховой выплате», – отмечает собеседник.
«Если же был заключен договор страхования урожая сельскохозяйственных культур с господдержкой на основании ФЗ № 260 «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства»», в котором риски «наводнение» и «паводок» отсутствуют, сельхозпроизводители получат отказ в страховой выплате. 260 ФЗ запрещает внесение каких-либо изменений в договор страхования с господдержкой, в том числе изменение перечня поименованных в законе и договоре рисков», – отмечает собеседник газеты ВЗГЛЯД.
«Пробелов в агростраховании практически нет, все четко регулируется законами. А если страхование проходит с госучастием, то у страховщиков вообще маневров никаких нет, – соглашается генеральный директор компании «Независимые страховые консультанты» Сергей Катаргин. – Но надо смотреть на конкретные договоры страхования. Недобросовестные страховщики могут внести в договор все что угодно и порой даже взаимоисключающие вещи. Поэтому нужно внимательно читать договор».
При этом желание страховщиков избежать огромных выплат вполне понятно. «Страховые компании точно знают, что у них есть убыточный договор. Поэтому, естественно, они сейчас пытаются расторгнуть договоры страхования, чтобы не платить ущерб. Но фермер может отказаться от этого предложения. В одностороннем порядке невозможно расторгнуть договор страхования. Это возможно только в некоторых случаях – если, например, заведомо ложные данные были предоставлены и т.п.», – считает Катаргин.
«Премии собраны максимум в размере 5% от стоимости урожая, и уже ясно, что убыток страховщиков будет составлять 100% страховой суммы. Это уже тотальный убыток. Страховщики пытаются каким-то образом минимизировать его, честными или нечестными путями. Конечно, это ненормально», – говорит собеседник газеты ВЗГЛЯД.
«Но я думаю, что это происходит не с серьезными федеральными компаниями, как Росгосстрах или Ингосстрах, а с не очень надежными компаниями, которые чувствуют, что совокупный убыток по Приморью приведет к банкротству. Если брать большие страховые компании, то у них риски диверсифицированы. Они стараются не брать один регион полностью под страхование, а страховать отдельные куски в нескольких регионах. Если произойдет стихийное бедствие в одном регионе, они не окажутся в полном минусе», – рассказывает Катаргин.
Что такое паводок, наводнение и определения других стихийных бедствий, а также взаимодействие страхователя и страховщика подробно прописываются в правилах каждой страховой компании. В договоре страхования таких описаний, как правило, не дается. Причем в правилах разных компаний определения рискам могут даваться различные, указывает Катаргин. Поэтому при подписании страхового договора необходимо читать не только сам договор, но и правила конкретной страховой компании.
«В правилах, например, могут прописать отдельно такие риски, как наводнение и паводок, а в договоре страхования риск паводка может быть не включен в зону покрытия, а будет только риск наводнения. И в правилах страховщика надо смотреть определение этого риска. Например, трактовка наводнения и паводка вообще может совпадать», – резюмирует эксперт.