Автомобили, совершающие поездки без участия водителя, – давняя мечта человечества. Ведущие автопроизводители так или иначе ведут исследования в данной области, к настоящему моменту частично реализовав эту технологию (парктроник, круиз-контроль и т. д.). Между тем российские ученые готовятся представить «автопилот» для автомобилей, способный полностью заменить водителя.

С Google, конечно, тяжело бороться, но можно. По крайней мере есть шансы, если опереться на наш отечественный автомобильный рынок

Универсальный навигационный комплекс  («автопилот для транспортных роботов») разрабатывает ООО «РобоСиВи». В апреле 2012 года компания RoboCV LLC (она же ООО «РобоСиВи») официально стала резидентом космического кластера инновационного центра «Сколково» и впоследствии получила грант на развитие проекта.

О будущем беспилотных автомобилей в России в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал гендиректор компании RoboCV LLC Сергей Мальцев.

ВЗГЛЯД: Как устроен «автопилот»? В чем заключается принцип его работы?

Сергей Мальцев: Говоря простым языком, «автопилот» – это некая коробочка с выносными датчиками. По сути, он представляет собой некий «мозг», способный оценить окружающую обстановку. Он понимает, где находится транспортное средство в данный момент, и видит препятствия, возникающие на его пути. Он же планирует маршрут движения.

Если говорить совсем просто, это «умное» движение из точки А в точку Б с учетом препятствий и реальной обстановки на дороге.

ВЗГЛЯД: Где может применяться такой «автопилот»?

С. М.: Прежде всего, это автомобильная техника, которая используется на угольных и рудных карьерах, сельскохозяйственная техника. Возможно использование «автопилота» на складской технике. Я имею в виду машины-роботы, которые перевозят грузы на складе или где-то на производстве.

Еще одни пример – робот-гид, который встречает человека у входа в офис и провожает его до конкретного кабинета. В дальнейшем планируем выйти на автомобильный рынок, но прежде придется решить множество задач – это сертификация, изменение законодательства и так далее.

Мы не создаем автомобили или роботы, мы делаем «мозг», который смогут использовать разработчики роботов или автопроизводители с целью повышения «интеллекта» транспортного средства.

ВЗГЛЯД: Существуют сегодня в мире аналоги, скажем, иностранный конкурент российского «автопилота»?

С. М.: На мировом рынке существует похожая модель автопилота Google-cars.

ВЗГЛЯД: В чем их отличия?

С. М.: Вообще на Западе «автопилот», как правило, разрабатывают под конкретный робот или автомобиль. Мы же хотим создать полностью законченный продукт, который сможет использовать любой на своем транспортном средстве. В этом и есть главная новизна нашего проекта.

ВЗГЛЯД: Иными словами, сфера применения российского аналога Google-cars гораздо шире?

С. М.: Именно. Можно приобрести, по сути, готовый компонент и установить на свое транспортное средство. Не нужно каждый раз искать новых разработчиков, делать индивидуальный заказ под свое транспортное средство. А это большие и временные, и материальные затраты.  

К примеру, компания Toyota пожелала сделать из своих автомобилей робомобили. Сегодня для этого ей прежде придется найти какой-нибудь институт или компанию, которая займется соответствующей разработкой. А вот в будущем она может приобрести готовый продукт у нас, интегрировав его в любой свой автомобиль. Предлагаемый нами вариант намного быстрее и дешевле.

ВЗГЛЯД: Вы говорили про Google, нам известно, что подобные испытания проводил автоконцерн Volvo. Цель их проекта – создание технологий для автоматического движения автомобилей по трассе. Чем разработки Volvo отличаются от российских?

С. М.: То, что делает Volvo, – не совсем «автопилот», это караван автомобилей, которым управляет человек, находящийся в головной машине. Здесь обязательно присутствие человека для контроля ситуации. Соответственно, вся эта система не может перемещаться без человека. Мы же разрабатываем систему, где участие человека вообще не нужно, разве что необходимо указать, куда нужно ехать. В целом система Volvo проще и Google, и того, что делаем мы, но это один из первых шагов по реальной автоматизации на дорогах. Такие системы, как у Volvo, на дорогах появятся раньше, чем более совершенные автопилоты.

ВЗГЛЯД: Какова цена вопроса? Сколько будет стоить российский «автопилот»?

С. М.: В краткосрочной перспективе речь идет о десятках тысяч долларов. Для карьерной техники это вполне приемлемо, потому что один водитель получает порядка 100 тысяч рублей. В этом смысле «автопилот» будет окупаться менее чем за год. Это то, что касается транспорта, работающего вне помещений, в перспективе одного–двух лет.

Для складской техники цена вопроса составит около двух–трех тысяч долларов. Что касается «автопилота» для обычных автомобилей, то в будущем мы намерены уложиться в две тысячи долларов.

ВЗГЛЯД: А сколько он стоит у Google?

Если говорить совсем просто, это «умное» движение из точки А в точку Б с учетом препятствий и реальной обстановки на дороге

С. М.: Текущий набор компонентов и датчиков стоит порядка 100 тысяч долларов. Это довольно дорого. Мы хотим существенно снизить цену.

Кстати, у Google огромные датчики, которые устанавливаются на крыше автомобиля, – это как минимум неэстетично. Наш «автопилот» гораздо компактнее.

ВЗГЛЯД: На какой стадии проект находится сейчас?

С. М.: Пока мы делаем некий прототип на небольшой машине. Мы его отрабатываем в помещении и на улице. На решение этой задачи не так давно получили грант нулевой ступени от фонда «Сколково». В следующем году будем проводить испытания уже на крупной технике.

ВЗГЛЯД: Робомобили от Google, которые проходят сейчас тестирование, накатали уже 483 тысячи километров, разъезжая по самым разным дорогам в самое разное время, причем без единого ДТП. Способен ли наш «автопилот» достичь тех же качественных показателей, если говорить о частном автотранспорте?

С. М.: Мы очень надеемся, что представим продукт, который будет не хуже. Google прошел довольно большой путь, а мы только в начале пути. Тем не менее у нас сложилась отличная команда для решения этой задачи. Думаю, в ближайшие два года по качеству у нас будет такой же «автопилот». В первые годы – более дорогой, в перспективе 5–10 лет – более доступный. Вполне возможно, что лет через пять «автопилоты» будут уже ставить на люксовые автомобили.

Я надеюсь, что нам удастся выйти на автомобильный рынок. Конечно, балом правят западные автоконцерны, которые предпочитают работать со своими национальными компаниями.  Мы в свою очередь надеемся на отечественного производителя, к примеру АвтоВАЗ или КамАЗ. В случае успеха проекта в России появится шанс попасть на мировой рынок.

ВЗГЛЯД: Тем более что многие западные компании имеют свои автозаводы в России...

С. М.: Да. Правда, пока об этом мы говорим осторожно. Задача на самом деле сложная. С Google, конечно, тяжело бороться, но можно. По крайней мере есть шансы, если опереться на наш отечественный автомобильный рынок.

ВЗГЛЯД: Кстати о трудностях. Не кажется ли вам странным, что до сих пор мировые автоконцерны не подключили свой мощный лоббистский ресурс, чтобы в зародыше пресечь любые научные исследования в этой области? Ведь появление на дорогах робомобилей грозит снижением продаж? Сегодня коэффициент использования (КИ) автомобилей составляет жалкие 4% (у пассажирских самолетов КИ равен 96%). Большую часть времени авто простаивает на парковке или в гараже. Благодаря автопилоту КИ автомобиля может достичь тех же 96%. Допустим, одна и та же машина может завезти на работу главу семейства, потом вернуться домой и доставить куда нужно жену, затем съездить за ребёнком и по другим делам и так далее.

С. М.: В теории автоконцернам действительно есть чего опасаться. С другой стороны, они сами постоянно модернизируют свои автомобили, чтобы у потребителя время от времени возникало желание «обновить» свою машину.

Но я согласен и с тем, что с распространением «автопилотов» каждой семье будет достаточно одного автомобиля. Возможно, появится роботакси, которое станет перевозить пассажиров. Столь много частных машин уже не будет нужно. Такой риск есть. Правда, наше общество по-прежнему движется в сторону индивидуализма, и каждый хочет иметь свой личный автомобиль.

Поэтому сегодня сказать, в какую сторону склонится чаша весов, нельзя.

Автоконцерны частично используют эту технологию. Пока, по-видимому, они несильно боятся, что число продаж авто сократится. Возможно, что, как только они что-то такое почувствуют, начнут, что называется, обратную кампанию. Но пока об этом говорить рано. Все-таки сейчас в «автопилотах» для автоконцернов больше плюсов, чем минусов.

И потом, механизм совсем не отработан. Скажем, автоматизированный автомобиль сбил человека. Такой риск существует всегда, даже когда самые передовые разработки доведут до ума. Так вот существует масса юридических тонкостей: кто будет отвечать за аварию?

ВЗГЛЯД: А вообще говорят, что с появлением автоматизированных автомобилей на дорогах число ДТП сократится...

С. М.: Причиной подавляющего числа аварий остается человеческий фактор: человек отвлекся или захотел полихачить, пьяный за рулем, сложные дорожные условия. В этом случае автоматика более надежна. Собственно, человеческий фактор можно минимизировать.

У нас, конечно, свой проект, а вообще на Западе речь уже идет о том, чтобы создать целую автомобильную систему, посредством которой машины могли бы между собой «общаться». Чтобы каждый автомобиль знал о местоположении и плане движения другого автомобиля. Это, кстати, тоже позволит снизить число ДТП на дорогах. Представьте: ваш автомобиль знает, что за крутым поворотом едет другая машина, причем знает, когда она вывернет, нет ли опасности столкновения.

Такие задачи ставятся даже на государственном уровне: полная автоматизация транспорта и полная осведомленность каждого автомобиля обо всех других автомобилях, находящихся вокруг него.

ВЗГЛЯД: В скором времени автоматизированные автомобили без водителя могут появиться на дорогах Калифорнии. Буквально неделю назад соответствующий документ одобрен законодательным собранием и утвержден сенатом штата. Когда аналогичные авто можно будет увидеть на российских дорогах?

С. М.: Думаю, в ближайшие лет пять. Но для того чтобы подобные робомобили вообще могли ездить по нашим дорогам без водителя, придется вносить существенные изменения в законодательство. У нас с этим сложнее, чем в Калифорнии. Возможно, «Сколково» в этом нам поможет, ведь одна из главных его задач – развитие инноваций и преодоление законодательных барьеров.

Впрочем, даже в Калифорнии такие законы принимаются больше для решения исследовательских задач, дабы разработчики автоматизированных автомобилей могли проводить свои испытания. Там на самом деле много ограничений. Пьяный за рулем робомобиля сидеть не может. Водитель в любом случае должен находиться на водительском сидении и при необходимости в любой момент взять управление в свои руки.

Что касается России, то здесь, наверное, мы является своего рода пионерами, других подобных проектов я не знаю. А потому об изменении законодательства пока еще никто не думал.