Понятие «патентный троллинг» пришло из США. По сути, под ним подразумевается патентное рейдерство. «Патентными троллями» называют людей или фирмы, которые владеют правами на патенты (но не используют их в производственной деятельности) и специализируются на том, что предъявляют патентные иски крупным компаниям с целью получить отступные и, может быть, заключить лицензионный договор, вынудить фирму приобрести патенты либо взыскать существенную компенсацию за нарушение патента.
Действия со стороны «патентных троллей» могут привести к тому, что цены на телефоны резко вырастут, а производители станут отказывать от Android
Пока ни против Google, разработавшего мобильную платформу Android, ни против производителей этой операционной системы никаких исков подано не было. Однако интернет-гигант опасается, что Nokia и Microsoft как раз активно готовятся к патентному рейдерству, поэтому и предпринимает упреждающие меры.
Google подал иски в антимонопольные органы ЕС и планирует подать аналогичную жалобу в антимонопольное ведомство США.
Подозрения Google в отношении Nokia и Microsoft основаны на том, что альянс еще в 2011 году продал права на 1200 из 2000 своих патентов и патентных заявок канадской компании Mosaid Technologies. Причем у канадской фирмы нет собственных разработок, она занимается исключительно торговлей патентами и защитой прав на интеллектуальную собственность, передает Reuters.
Поэтому в Google считают, что Mosaid – это и есть «патентный тролль». Там также не исключают, что это не единственный «патентный тролль», с которым имеют дело Nokia и Microsoft. Google опасается, что Mosaid и, возможно, другие подобные компании начнут судиться с производителями устройств на Android, используя в суде полученные патенты от Microsoft и Nokia. Именно так обычно ведут себя «патентные тролли»: они начинают подавать десятки и сотни исков одновременно против производителей устройств и разработчиков ПО.
По мнению Google, такие действия со стороны «патентных троллей» могут привести к тому, что цены на телефоны резко вырастут, а производители под страхом судебного преследования начнут отказывать от Android в пользу Windows Phone.
Дело в том, что, после того как Nokia и Microsoft начали сотрудничать в прошлом году, Nokia начала выпускать смартфоны Lumia на базе операционной системы Windows Phone. Эта операционная система является слабым конкурентом Android, которую разрабатывает Google. Доля мобильной ОС Microsoft составляет всего 2,2%, тогда как доля Android – целых 59% (данные компании IDC).
«Nokia и Microsoft вступили в сговор, чтобы повысить стоимость мобильных устройств для потребителей, создавая «патентных троллей», – заявил представитель Google газете The Wall Street Journal.
В Google считают, что Microsoft и Nokia предложили Mosaid делить доход от компенсаций, которые они могут получить в случае успешной реализации патентных исков.
Представители Nokia пока не комментируют ситуацию, но представители Microsoft в интервью The Wall Street Journal заявили, что Google тоже был замечен в удержании прав на «важные» патенты. «Он (Google) жалуется на монополию в индустрии смартфонов, а сам контролирует более 95% рынка мобильного поиска и рекламы», – говорится в заявлении.
В США «патентный троллинг» – давнее явление и встречается довольно часто. В большинстве случаев такие «тролли» скупают большое количество патентов на какие-то важные изобретения, например, у изобретателя, который сам не в состоянии их продать. «Патентный тролль» может довольно долго выжидать, пока компании не начнут использовать эти изобретения в промышленных масштабах. Тогда рейдер начинает судиться с этими нарушителями и зарабатывает на огромных компенсациях или продаже этих патентов. В других случаях «патентные тролли» изучают различные патенты производителей, находят их слабые места, патентуют их и начинают предъявлять на них права в суде.
К примеру, в США в этом деле преуспела частная компания Intellectual Ventures, основанная в 2000 году. Она является одним из пяти крупнейших владельцев патентов в США на 2011 год. Ее бизнес-модель строится на создании большого портфеля патентов и лицензий. Официально компания говорит, что ее главная цель – оказывать помощь небольшим изобретателям в борьбе с корпорациями. Однако на практике большая часть доходов компании поступает от подачи исков к корпорациям за нарушение патентов, которые имеются у них в портфеле. Сотрудниками Intellectual Ventures являются патентные поверенные, физики, инженеры, биотехнологии и другие ученые.
СМИ сообщали, что Intellectual Ventures получила более 5 млрд долларов от таких крупных компаний, как Microsoft, Intel, Sony, Nokia, Apple, Google и eBay. Компания приобрела в общей сложности более 30 тыс. патентов и заявок на патенты и имеет более 2 тыс. собственных изобретений.
Российский опыт
В России для «патентного троллинга» или рейдерства слабо развиты как законодательство, так и отношения в сфере оборота прав на интеллектуальную собственность, говорит газете ВЗГЛЯД партнер компании «Налоговик» Сергей Варламов.
По его словам, согласно Гражданскому кодексу, если кто-то незаконно воспользовалось чьим-то патентом, то он должен уплатить правообладателю стоимость пользования таким патентом.
В России для «патентного троллинга» слабо развиты как законодательство, так и отношения в сфере оборота прав на интеллектуальную собственность
«Если патентный рейдер обратится в суд как правообладатель, ему придется доказать, что у него есть зарегистрированный патент на то, что использует его жертва. Но этого добиться трудно. Обосновать, сколько именно денег должна заплатить жертва, также невозможно, если рейдер не осуществляет постоянной торговли своим патентом. Как он обоснует, что его запатентованная технология стоит миллионы, а не единицы тысяч рублей?» – поясняет Варламов, почему патентное рейдерство в России не получило столь широкого распространения, как в США.
«Даже если компания получит иск от рейдера в связи с использованием патентованной технологии, она сможет уйти от атаки с помощью установления прав на промышленный образец. Но можно обойтись и без этого, поскольку патентному рейдеру придется найти много обоснований для своего иска», – добавляет эксперт.
Западные «тролли» работают в основном на телекоммуникационном рынке, на котором в силу его специфики отдельная технология или устройство может использовать десятки зарегистрированных патентов разных лиц и при желании найти нарушение сравнительно несложно, говорит партнер адвокатского бюро «Корельский, Ищук, Астафьев и партнеры» Константин Суворов. Но так как в России патентование в этой сфере традиционно было менее интенсивным, чем за границей, Россию основные патентные войны (например, между Apple и Samsung) обходят стороной.
В России пока нет своих технологических гигантов, как IBM и Apple, поэтому местные «тролли» выступают в основном в сфере FMCG, патентуя в целом известные решения (чаще всего в виде полезных моделей) и шантажируя затем этими патентами добросовестных производителей или продавцов, указывает Суворов.
Самый грандиозный эксцесс, рассказывает он, случился на стыке 90-х и 2000-х годов, когда на рынке появились авторы т. н. зонтичных патентов, которые за счет витиевато сформулированных признаков формулы накрывали своими патентными зонтами целые сегменты традиционных товаров: тару, прокат и прочее.
К примеру, громкая история произошла тогда с запатентованными бутылками, охарактеризованными в формуле изобретения через функции второго порядка. Жители Подмосковья в 1999 году запатентовали изобретение «Сосуд стеклянный», которое представляло из себя всем известную стеклянную бутылку. Через год после регистрации они пытались выбить у производителей пива и безалкогольных напитков подписания лицензионных соглашений. За использование патента россияне хотели получать не менее 0,5% от выручки компаний. Потом, правда, Роспатент аннулировал этот патент.
«Этот случай заставил патентное ведомство провести огромную методологическую работу для выработки тактики противостояния подобным зонтам, которая в итоге дала плоды, зонтичное патентование практически сошло на нет», – говорит Суворов.
«Сейчас в основном «тролли» пользуются неосведомленностью или недостаточной юридической грамотностью предпринимателей, а также возможностью получать патенты на полезные модели без экспертизы по существу (т. е. фактически под декларацию самого заявителя о соответствии полезной модели условиям патентоспособности). В последние годы темпы роста патентов на полезные модели значительно опередили рост патентов на изобретения», – говорит юрист. По его словам, в России сейчас «троллят» поставщиков игрушек, товаров народного потребления (типа электроники и сигарет). Однако атаки «троллей», по его словам, при правильном подходе легко отбиваются.
«Патентным троллингом», возможно, является рассматриваемый в этом году в Хорошевском районном суде Москвы иск российских изобретателей Виталия Пилкина и Владимира Мирошниченко к «Сони Электроникс» с требованием запретить ей продавать на территории России игровую консоль Playstation Vita. Но судьба иска пока не решена.
Между тем россияне уверяют, что еще с 2009 года обладают патентом на изобретение, которое при сравнении оказалось идентичным консоли Playstation Vita. В апреле суд отказал в проведении патентно-технической экспертизы, поэтому иск российских изобретателей будет рассматриваться без экспертизы. Со своей стороны «Сони Электроникс» ждет от Роспатента решения о признании данного патента истцов действительным или недействительным.
«С введением в России экспертизы полезных моделей по существу (в соответствии с поправками в ГК на рассмотрении) «троллинг» с их помощью практически вымрет, так как у Роспатента традиционно сильный фильтр на недобросовестное патентование. В который иногда попадают даже вполне добросовестные решения», – считает Константин Суворов.
Кроме того, сейчас делают первые шаги на пути усиления защиты интеллектуальной собственности. Так, с 2013 года в России может заработать патентный суд – арбитражный суд, который будет заниматься только интеллектуальным правом. По крайней мере в ноябре прошлого года Совет Федерации одобрил федеральный конституционный закон о создании такого суда.
Патентный суд будет рассматривать все дела по спорам, связанным с защитой нарушенных или оспариваемых интеллектуальных прав, в качестве суда первой и кассационной инстанции. Дела будут делиться на две категории: об установлении правообладателей и о нарушении права.