Разногласия двух ведомств относительно посткризисного развития России обозначились еще в феврале этого года, когда глава Минфина Алексей Кудрин выступил на экономическом форуме в Красноярске. Минфин ратует за максимальную экономию, чтобы выйти на нулевой или профицитный бюджет, а МЭР выступил за масштабные госинвестиции и дефицит бюджета.
Тогда глава Минфина заявлял, что сценарий МЭР, допускающий сохранение дефицита бюджета в 2% ВВП до 2020 года при ценах на нефть в 100 долларов за баррель, «не имеет права на жизнь» и его надо «переделать». Замминистра экономического развития Андрей Клепач же парировал, что государство должно увеличить расходы на образование, медицину и транспорт, поэтому сохранение дефицита бюджета в 2% реалистично даже при условии оптимизации бюджетных расходов.
Нам лучше быть осторожными сейчас, меньше тратить, зато иметь «подушку безопасности» на будущее
Чтобы дефицита не было, цены на нефть должны быть на уровне 100–110 долларов за баррель, но и это может не помочь, учитывая социальные обязательства, заявил тогда Клепач.
На этой неделе МЭР и Минфин снова столкнулись лбами. Теперь относительно бюджета и развития страны на ближайший год.
Стабильность: нулевой бюджет и меньше расходов
По итогам первого квартала 2011 года профицит бюджета составил 1% ВВП, что произошло впервые за последние годы, радуется Алексей Кудрин. Достичь профицита бюджета удалось, по его словам, в основном за счет роста цен в нефтегазовом секторе. По итогам трех месяцев года среднегодовая цена нефти составила 102 доллара за баррель. МЭР прогнозирует среднегодовую цену нефти в 2011 году в 105 долларов за баррель.
Если прогнозы МЭР сбудутся, говорит Кудрин, то мы получим нефтегазовые доходы в размере 1,13 трлн рублей, а ненефтегазовые доходы составят 301 млрд рублей. Кудрин хочет потратить на социальные обязательства только эти 301 млрд рублей. В частности, они пойдут на индексацию зарплат учителей, дополнительную индексацию пенсий, поддержку сельского хозяйства и малого бизнеса, лесные пожары и стипендии – «все эти позиции мы сможем учесть в дополнительных поправках, которые внесем в ближайшие недели в Госдуму».
Нефтегазовые доходы Кудрин предлагает не тратить, а направить в специальные фонды для резерва. МЭР подверг это предложение резкой критике.
Напомним, что в условиях кризиса Россия начала использовать нефтяные доходы на покрытие дефицита бюджета и на антикризисные меры. Однако в посткризисный период, считает Кудрин, надо вернуться к практике сохранения нефтяных доходов в специальных фондах. Он предложил в этом году создать законодательный механизм регулирования использования доходов от нефти. Это позволит создать базу для снижения зависимости страны от нефти, а также это поможет в борьбе с инфляцией, подчеркнул Кудрин.
В качестве примера он привел Норвегию, которая ни один нефтедоллар не использует внутри страны, а накапливает фонд, который уже превысил 100% ВВП страны, размещает его на мировых финансовых рынках и живет на процент от размещения. Страна получила бурный рост за счет введения таких правил, указал министр финансов.
Кудрин хочет, чтобы деньги от нефти уже в этом году начали поступать в Резервный фонд, и требует внести изменения в Бюджетный кодекс. Замглавы Минэкономики Андрей Клепач назвал «кудринский» вариант возвращения к практике сохранения нефтяных доходов в специальные фонды «тупиковым». «Это не политика экономического роста, а политика определенной стабильности», – говорит он.
Экономический рост: дефицит бюджета и рост расходов
Клепач сомневается в том, что России сейчас следуют вообще выходить на нулевой дефицит или профицитный бюджет. «Даст ли это возможность провести необходимые реформы, даст ли импульс экономическому росту, либо это, наоборот, будет вести к стагнации?» – задается вопросом Клепач. По его словам, общих рецептов для всех стран нет.
Но для России, считает он, достижение бездефицитного бюджета любым способом означает стагнацию и сворачивание реформ. Для устойчивого качественного роста экономики России не нужны профицитный бюджет и низкая инфляция. «Рост в большинстве стран связан и с дефицитом, и даже с высокой или относительно высокой инфляцией. Это, конечно, недостатки – это цена, которую приходится иногда платить за рост», – сказал Андрей Клепач. По его мнению, в России сохраняется «очень большой уровень недоинвестирования» как со стороны государства, так и частного бизнеса.
Сейчас дефицит ненефтегазового бюджета составляет 10–11% ВВП, а если расходы сократятся на 6–8% ВВП, то это, по мнению замминистра экономического развития, может спровоцировать такой спад экономики, по сравнению с которым кризис 2008 года покажется мягким.
Прогнозы на 2011 год
В 2011 году бюджет России будет дефицитным. С этим согласны и в Минфине, и в МЭР. Правда, в оценках дефицита ведомства слегка расходятся. Кудрин считает, что дефицит бюджета России в 2011 году составит 1–1,4% ВВП при прогнозируемой цене на нефть на уровне 105 долларов за баррель, поэтому и ратует за экономию. Андрей Клепач считает, что при такой цене нефти дефицит бюджета может составить всего 0,6–0,8 ВВП страны, и государству нужно тратить больше. Эксперты замечают, что расхождение может быть связано с разной оценкой ведомствами некоторых статей доходов.
Даст ли это возможность провести необходимые реформы, даст ли импульс экономическому росту, либо это, наоборот, будет вести к стагнации
Клепач замечает, что повышение прогноза по цене на 2011 год с 81 до 105 долларов за баррель не означает, «что расходы бюджета будут строиться под 105 долларов за баррель». «Если вы обратили внимание, то все дискуссии с Минфином больше идут даже не в плоскости того, какую цену на нефть заложить в прогноз, а подо что строить расходы бюджета – они всегда идут под более низкую цену», – отметил замминистра.
По его мнению, при цене нефти примерно в 110 долларов за баррель в 2011 году Россия может выйти на нулевой дефицит бюджета, считает Клепач. Кудрин в середине марта говорил, что дефицит может быть нулевым при более высокой среднегодовой цене на нефть – в 115 долларов за баррель.
Интересно, что Клепач, подняв прогноз по среднегодовой цене на нефть марки Urals с 81 до 105 долларов за баррель, оставил прежним прогноз по росту ВВП на 2011 год – 4,2%. «Это связано с тем, что, несмотря на повышение прогноза цены на нефть, понижены прогнозы по росту инвестиций в основной капитал и в розничной торговле», – пояснил замминистра. Впрочем, МЭР пересмотрело в сторону повышения прогноз по росту промпроизводства в 2011 году с 4,1 до 5,4%, заявил Клепач.
Прогноз МЭР по росту инвестиций в основной капитал существенно снижен – с 9 до 6%, по обороту розничной торговли коррекция менее глубокая (рост на 3,8 против 4,8% ранее). Официальный прогноз по инфляции повышен с 6–7 до 7–7,5%. Среднегодовой курс рубля к доллару США теперь прогнозируется в размере 28,4 рубля за доллар (ранее – 31,3 рубля за доллар). По словам Клепача, новый макропрогноз внесен на согласование в Минфин.
Стабильность и экономический рост?
Опрошенные газетой ВЗГЛЯД эксперты в один голос заявляют, что им ближе сценарий развития, предложенный Минфином. «Позиция Кудрина более взвешенная и аргументированная. Он стремиться защитить страну от рисков, потому что мы не можем полностью рассчитывать на дорогую нефть, – говорит аналитик ТК «Капиталъ» Сергей Карыхалин. – Если в бюджет закладывать высокий уровень цен нефти за баррель, а ее стоимость вдруг упадет, стране неоткуда станет брать деньги. Получится как в Белоруссии, где огромный дефицит торгового баланса и денег нет. Минфин не хочет, чтобы Россия оказалась в сложной ситуации, и поэтому борется за накопление резервов и стремится меньше тратить».
#{smallinfographicleft=456811}Клепач в своем варианте исходит из того, что в ближайшие несколько лет цены на нефть будут высокими, а инвестирование в экономику подтолкнет ее к бурному росту. Однако позиция Клепача не подтверждается на практике: в среду МЭР увеличил прогноз по ценам на нефть, однако рост экономики оставил на прежнем уровне, говорит Карыхалин. «Это значит, что рост цен на нефть не ведет к повышению темпов экономического роста. Дополнительные доходы никуда не инвестируются, а уходят в виде оттока капитала. Рост цен на нефть российский экономике уже не особенно помогает», – говорит эксперт. К тому же дополнительные госинвестиции приведут к росту инфляции, а ее снижение является сегодня приоритетным для правительства.
«На мой взгляд, нам лучше быть осторожными сейчас, меньше тратить, зато иметь «подушку безопасности» на будущее», – говорит Сергей Карыхалин.
Главный экономист УК «Финам Менеджмент» Александр Осин также считает, что кризис еще не закончился и государству могут вновь понадобятся резервы для стабилизации экономики в ближайшие годы в случае реализации сценария «второй волны» спада. Для привлечения масштабных инвестиций в модернизацию реального сектора в бюджете в любом случае недостаточно денег – на это требуются вложения на десятки триллионов рублей, добавляет эксперт. Поэтому, по его мнению, лучше воздержаться сейчас от «резких» движений в части госрасходов.
«Мне ближе на данный момент позиция Минфина, но по мере снижения общего уровня рисков в мировой экономике государству, на мой взгляд, придется меньше экономить, а больше инвестировать. На данный момент это наиболее эффективная модель привлечения частного инвестиционного спроса, как показала практика последних лет», – объясняет Александр Осин.
Если Россия пойдет по сценарию дефицита и высокой инфляции, то для перевооружения экономики придется занять на рынке суммы в десятки процентов от ВВП, параллельно увеличатся кредитные риски РФ и снизится ее инвестиционная привлекательность, рассуждает эксперт. Впрочем, добавляет он, сохранение инфляции на текущем уровне также продолжит оказывать сдерживающее влияние на инвестиционный спрос. «Наращивание госдолга ведет Россию по пути «периферийных» стран ЕС. Экономика ЕС является негативным примером того, как при недостатке налоговых средств госбюджета создаются масштабные финансовые проблемы», – считает Александр Осин.
С другой стороны, добавляет эксперт, консервация госрасходов является сохранением ситуации как она есть: в рамках существующей экономической модели пока не удавалось привлечь крупные и стабильные частные инвестиции в российскую обработку и инфраструктуру.
Аналитик БКС Максим Шейн считает, что перед выборами президента в 2012 году правительству будет ближе позиция Клепача, а после выборов оно примет сторону Кудрина. «Мы говорим о предвыборном годе, и здесь однозначно чаша весов перевесит в сторону позиции МЭР. С большей долей вероятности дополнительные доходы бюджета пойдут не на покрытие дефицита бюджета, а на расширенное финансирование социально-экономических программ. Это можно осуждать, но я думаю, что так поступают во всех странах перед выборами», – говорит Шейн.
«Мне лично близка позиция Кудрина, но если мы сейчас выйдем на улицу и остановим любого пенсионера, то у него будет другое мнение. Можно думать что угодно, но большинство населения диктует такой бюджетный вектор», – говорит Шейн. Кудрину вряд ли удастся в этом году «спрятать» нефтяные доходы в специальные фонды, считает он.
Однако при «новом» президенте, считает эксперт, бюджетная концепция не радикально, но будет изменена. «После выборов Россия начнет создавать резерв и более сдержанно тратиться на социальные обязательства», – говорит собеседник.