«Единственная работающая антикризисная программа»
Сейчас каждая пятая российская машина продается стараниями государства
– Александр Евсеевич, как вы оцениваете результаты первого этапа программы по утилизации автомобилей?
– Фактически это единственная работающая антикризисная программа. Более того, можно сказать, что отечественный автопром выходит из кризиса в первую очередь именно благодаря такой господдержке. Судите сами: только у АвтоВАЗа половина проданных в 2009 году машин ушла по программе утилизации, а сам объем продаж ежемесячно возрастает в среднем на 20%.
– И все же можно ли говорить об улучшении ситуации в российском автопроме в целом?
– Сейчас каждая пятая российская машина продается стараниями государства. По состоянию на июнь этого года по программе утилизации было реализовано 71,5 тыс. автомобилей – это 12,5% от общего количества новых легковых авто!
А лучшее подтверждение тому, что государство не напрасно впрыскивает деньги в отрасль, – это показатели объема производства. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года он вырос на 58%. При этом заметно сократился импорт легковых машин – с 51% до 37,1% по легковым и с 5,7% до 4,4% – по подержанным.
– А разделяете ли вы опасения, что наш автомобильный рынок рухнет, как только государство свернет эту программу?
– Не думаю. Ведь по этой программе производятся автомобили определенного модельного класса, а значит, предприятия затачивают свою работу под конкретного покупателя – Иванова, Петрова и Сидорова. Другими словами, государство не впрыскивает деньги в воздух, а выделяет средства по принципу адресности, параллельно создавая рабочие места.
«Успокаиваться рано»
Александр Хинштейн уверен: российская программа борьбы с автохламом доказала свою эффективность (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД) |
– Но вы же не будете отрицать, что с начала своей реализации программа все же давали сбои...
– Скорее, это были некоторые проблемы, многие из которых уже сейчас получают свое разрешение. Так, производители изначально неправильно спрогнозировали, какие модели будут пользоваться спросом среди покупателей, в результате чего сделали ставку на выпуск более дорогостоящих авто.
А вышло наоборот. Покупатели с небольшим достатком, которые и стали ядром программы, проявили интерес как раз к недорогому модельному ряду. Для них «Жигули-5» оказались более востребованы, чем та же «Лада Калина». В результате это привело к образованию больших очередей.
Люди приходят, а потом выясняется, что новую машину им надо ждать еще полгода! Тем не менее сегодня мы эти проблемы решаем и можем говорить о синхронизации работы между дилерами и производителями.
– Так может быть, стоит сделать программу автоутилизации долгосрочной?
– Да, первые результаты хорошие, но успокаиваться рано. Не секрет, что больше половины проданных в России легковых автомобилей – это иностранные бренды, в том числе промсборка – 39%.
Но программа утилизации и не была призвана решить главную задачу, стоящую перед отечественным автопромом, – развитие конкурентоспособности, которое может проходить лишь на основе внедрения инновационных технологий. Только так мы сможем противостоять иностранному производителю. И если ситуация не изменится уже в ближайшее время, через 3–4 года наш автопром ожидает полная деградация.