– Как кризис повлиял и повлияет на IT-бизнес?
– С трудностями, думаю, придется столкнуться всем. Я бы разделил рынок на две части: корпоративные и розничные продажи. Сильнее всего кризис ударит по ритейлу. Мы ждем здесь снижения спроса. По некоторым оценкам, продажи ноутбуков сократятся на 25–30%, а люди чаще всего покупают антивирусы вместе с новым компьютером. Если говорить о корпоративе, то компании начнут искать способы сокращения издержек и, как следствие, могут отказаться от перехода на легальный софт. И все же, применительно к нашей компании и антивирусному рынку вообще, речь идет не о тотальном кризисе, а о замедлении роста.
В рознице сейчас на одного легального пользователя приходится пять нелегальных, в корпоративе ситуация лучше: там соотношение один к четырем или даже трем
– То есть следует ожидать снижения спроса на лицензионное ПО?
– Да. Такая тенденция есть. В рознице сейчас на одного легального пользователя приходится пять нелегальных, в корпоративе ситуация лучше: там соотношение один к четырем или даже трем. Что касается ритейла, то на этом рынке есть два пика спроса: сентябрьский и мартовский. В этом году сентябрьского, как такового, не произошло. В декабре объем продаж останется на уровне ноября–октября, и здесь, конечно, можно говорить о том, что ожидания всех вендоров не оправдались. В августе никто не мог предвидеть такого обвального падения. Каждый год рынок антивирусного софта рос на десятки, если не сотни процентов. Компания ESET 4 года подряд росла на 300–400%. И в этом году мы вырастем, но роста на 400%, конечно, не будет.
– Какие существуют способы борьбы с нелицензионным ПО?
– Их множество. Например, защита от копирования, активация софта через Интернет и т. д. Но универсального рецепта здесь нет. На мой взгляд, наиболее действенный способ – просвещение, работа с людьми, которые все еще используют пиратский софт. В первую очередь производителям ПО следует направить усилия на донесение до пользователей простой мысли: лицензионный программный продукт — это, прежде всего, сервис. Обладатель программного обеспечения от ESET может позвонить в службу технической поддержки и получить ответ на интересующий его вопрос. Максимальный срок решения проблем – сутки. Пользователь пиратской версии лишен этих возможностей, более того, нет гарантии, что пиратская версия будет работать стабильно и не нанесет вреда пользователю.
Стоимость антивирусного софта сейчас адекватна. Годовая подписка на антивирус составляет, в среднем, 1000 рублей. Это 3 рубля в день или одна минута разговора по мобильному телефону. Это совсем не много. И ESET, и наши конкуренты проводят множество акций, есть скидки для учебных заведений и т. д. В общем, я не уверен, что люди покупают «пиратку» потому, что легальный продукт дорог. Дело скорее не в деньгах, а в уровне культуры.
– Многие компании в связи с кризисом пересмотрели свой бюджет. Вы собираетесь это делать?
– У нас есть годовой и квартальный план. Годовой – это некий тренд, которому мы стараемся следовать. Но основной показатель для нас — исполнение квартального плана. По четвертому кварталу этого года мы не ожидаем существенных изменений. Несмотря на некоторую просадку по ритейлу, ESET Russia закроет год с более чем двухкратным ростом за счет хороших результатов в корпоративном сегменте. Да, у нас снизится рентабельность, но это не поставит нас на грань выживания. Скорее всего, ESET скорректирует планы развития. Мы хотели открыть несколько офисов в регионах: ЮФО, УФО и Поволжье, – мы не отказываемся от этих планов, в 2009 году это будет сделано, но назвать точные сроки уже не возьмусь. Также, возможно, в первом квартале 2009 года мы сократим рекламу на рынке, но будем следить за ситуацией и во втором квартале, скорее всего, вернемся к активной рекламной деятельности.
– Как вы оцениваете уровень конкуренции на рынке? Кого считаете основным соперником?
– Если говорить об антивирусах, то уровень конкуренции здесь всегда был высоким. Посмотрите на любой другой сегмент софтверного рынка: среди производителей операционных систем есть безусловный лидер Microsoft, среди графических редакторов – Adobe. На рынке антивирусов такой ситуации никогда не было: в любой стране есть 5–6 активных игроков. В России растет конкуренция, но западного уровня она достигнет через несколько лет. Нашим основным соперником являются даже не другие вендоры, а пираты, поскольку на одного легального пользователя приходится 5–7 нелегальных.
Если говорить о других вендорах… В России наш основной конкурент – «Лаборатория Касперского». В рознице «Лаборатория Касперского» и ESET контролируют 80% рынка, порядка 45–50% – «Касперский», 30% – NOD32. На мировом рынке безусловным лидером является Symantec. Но в каждой стране ситуация разная, у любого рынка есть свои особенности.
– Какие методы вы намерены применять для расширения своей доли на рынке? Повлияет ли кризис на стратегию компании?
– Кризис никак не повлияет на нашу политику. За прошедший год мы опробовали несколько действенных методов. Вот некоторые из них: мы рассказываем о технологических инновациях, которые присущи именно нашему продукту, о простом функционале наших решений, участвуем в выставках, много вкладываем в образование партнеров. Например, мы первыми сделали три фильма для корпоративных, розничных продавцов и для технических специалистов. В результате все наши партнеры имеют возможность достаточно быстро обучить свой персонал. ESET и в дальнейшем собирается следовать выбранной стратегии.
– Вы говорите о стратегии ESET Russia. Насколько самостоятельно российское отделение?
– Российское отделение входит в тройку крупнейших в мире. Соответственно, оно является одним из приоритетных проектов ESET. Все инвестиции российское представительство делает за свой счет. Я бы сказал, что тот объем свободы, которым мы обладаем, позволяет нам учитывать особенности российского рынка. Мы можем вносить свои изменения, если они не вредят бизнесу, влиять на ценовую политику, на дизайн упаковки и пр.
– В чем специфика российского рынка? Чем российский потребитель отличается от западного?
– В нашей стране уровень компьютерной грамотности пользователя, к сожалению, не так высок, как на Западе. Например, еще встречается миф о том, что отечественный антивирус лучше приспособлен для защиты пользователя от местных интернет-угроз. Хотя очевидно, что Интернет границ не имеет. Глобальные разработчики антивирусного ПО могут защитить пользователя в любой точке мира от любых вредоносных программ, вне зависимости от того, где эти они появляются.
На Западе доля людей, активно использующих Интернет, существенно выше. Там меньше мифов и больше прагматики. Покупки на Западе, в основном, производятся онлайн. В России же объем электронных покупок меньше 5%. Есть страны, где коробки занимают большой объем рынка. Италия, например, но это уже экзотика.
У нас до последнего времени не пользовались спросом очень популярные на западе Family packs — коробки для установки на два и более компьютеров. Сейчас коробочные продукты ESET с ключами на 3ПК появились в продаже, и уже есть ощущение, что рынок воспринял эту инициативу положительно. Уверен, что продукты с многопользовательскими лицензиями помогут нам скомпенсировать негативный тренд ритейл-продаж, характерный для всех антивирусных продуктов.
– Какое будущее у IT-бизнеса в России?
– Не думаю, что в IT-бизнесе будут глобальные банкротства и большие потрясения. Финансовый кризис продлится не больше года. К тому же я согласен с мнением, что Россия сейчас в лучшем положении, чем многие страны. Я надеюсь, что российские потребители станут увереннее двигаться в сторону легализации софта и в ближайшие несколько лет уже у 80% пользователей будет лицензионное ПО. В перспективе на ближайшие 3–5 лет, возможно, произойдет снижение цен на софт. Все будет хорошо.