Глава IPD Capital Александр Коган настаивает на том, что он выкупил у банков – кредиторов швейцарской компании Noga право требования долга у РФ в 2006 году и затем перепродал его России. Однако нападки швейцарской компании продолжаются – недавно по решению суда, который основывался на решении Стокгольмского арбитража от 1997 года, арестованы счета ряда российских организаций во Франции.
Россия при заключении контрактов отказалась от своего суверенного иммунитета и была вынуждена отвечать по долгам как любая корпорация
В конце 80-х годов Россия заключила с Noga ряд контрактов на покупку продуктов и товаров народного потребления на общую сумму около 1,4 млрд долларов в обмен на нефтепродукты. Однако отношения не сложились – в 1991 году Россия разорвала контракт с Noga. Согласно договору Россия отвечала за выполнение соглашений своим имуществом.
Как пояснил Александр Коган во вторник журналистам, швейцарская фирма в 1993 году обанкротилась. Была проведена процедура банкротства и подписан конкордат, согласно которому четыре швейцарских банка получили право требования долгов компании Noga у России. На тот момент долга как такового не было, шли переговоры, сколько Россия должна.
В конкордате была установлена очередность выплат Noga своим кредиторам – в первую очередь арбитражные затраты, затем основная часть долга в размере около 67 млн долларов (по нынешнему курсу), которая отписана четырем швейцарским банкам, затем идет долг компании прочим банкам в общей сумме 23 млн долларов, и то, что после всего останется, идет самой Noga. При этом швейцарские банки дали Noga мандат на совершение действий по возмещению претензий к России.
В 1997 году решением Стокгольмского арбитража общий объем требований по долгу России перед компанией Noga был определен в размере около 70 млн долларов.
Дальше на сцену вышел американский бизнесмен российского происхождения Александр Коган. По его словам, сделка по перепродаже претензий по долгу длилась с 2001 по 2006 год.
Узнав о существовании проблемы и ознакомившись с решением Стокгольмского суда и данными конкордата, компания Когана обратилась к четырем швейцарским банкам, с которыми в 2006 году было подписано соглашение о покупке прав требований долга у России. Свои действия Коган согласовывал с Минфином.
Согласно конкордату банки имели право отобрать у Noga мандат и сами осуществлять действия по взысканию претензий по долгу, подчеркивает бизнесмен. Банки направили швейцарской Noga уведомления об отзыве мандата, IPD Capital также уведомила Noga о реструктуризации долга.
По словам Когана, сделка была очень тяжелой, над ней работало множество юристов. Коган отметил, что не слышал о решении Женевского суда, признавшего сделку по выкупу требований незаконной, однако в том, что сделка законна, бизнесмен не сомневается – банки имели право сами осуществлять действия по взысканию претензий по долгу.
Александр Коган говорит, что его компания выкупила долг только из желания заработать. Президент IPD Capital отметил, что его компания получила «нормальную» прибыль. Ссылаясь на условия конфиденциальности, он не раскрыл конкретную сумму, по которой он выкупил долг у банков и по которой переуступил его России, однако признался, что прибыль составила «приблизительно 1,2–2,5 млн долларов».
Прибыль для бизнесмена была известна заранее, поскольку Минфин предлагал реструктуризацию долга по типичной схеме. Он подчеркнул, что Россия неоднократно предлагала владельцу компании Noga решить данный вопрос согласно законодательству, то есть на условиях реструктуризации долгов перед Лондонским клубом, Парижским клубом и внешнеторговыми объединениями, однако договориться не удавалось.
«Я знал, сколько мне заплатит Минфин, разница – моя прибыль», – говорит Коган. Правда, сделка пошла не так оперативно, как рассчитывал бизнесмен, затянувшись вместо двух лет до пяти, что повлияло на размер прибыли.
По словам главы IPD Capital, сумма выкупленного им долга Российской Федерации включала основную сумму долга плюс проценты, поскольку банками требования были переуступлены вместе с процентами. Основная сумма долга составляет около 70 млн долларов, а с процентами набежало порядка 110–115 млн долларов.
«Проблема сделки с Noga в том, что Россия при заключении контрактов отказалась от своего суверенного иммунитета и была вынуждена отвечать по долгам как любая корпорация», – подчеркивает Александр Коган.
По мнению бизнесмена, глава обанкротившейся Noga Нессим Гаон активизируется, как только на него начинают давить кредиторы по другим долгам. Этим и объясняются попытки Гаона арестовать активы России, будь то парусник «Седов» или коллекция картин Пушкинского музея.
Более того, по данным Александра Когана, только личный долг Гаона составляет 190 млн долларов. Таким образом, чтобы успокоить своих кредиторов, Noga будет периодически совершать подобные аресты. «Нужно знать его как человека, он будет бороться», – не сомневается бизнесмен.
Стокгольмский арбитраж признал, что существуют претензии в размере 70 млн долларов (утвердив часть требований из списка), однако точку в деле не поставил.
«Должен быть какой-либо суд, который скажет, что у Noga нет никаких претензий к России, который утвердит, что Россия Noga ничего не должна, – уверен Александр Коган. – Пока этого нет, Нессим Гаон считает, что у него есть права требовать с России выплаты миллионов».