Богатый дом, ландшафтный дизайн, крепкая лесбийская семья. Ник (Аннет Бенинг) родила девочку от анонимного донора спермы и теперь, будучи гинекологом, помогает родить другим. Джулс (Джулианна Мур) родила мальчика от того же донора и теперь, будучи домохозяйкой, мучается от нереализованных творческих амбиций. Детки водят сомнительные знакомства (так, лучший друг сына мочится на головы бродячим собакам и размельчает таблетки амфетамина плотницким молотком), однако угрожают теплу домашнего очага отнюдь не они, а телефонный звонок и неловкая фраза: «Здравствуйте, я ваш донор».
#{image=485996}Донор окажется человеком сугубо положительным. Ресторатор-душка, фермер-патриот, баунти-мэн, и вообще – Марк Руффало. На вопрос, почему связал свою жизнь с овощами и жаркой мяса, с улыбкой ответит: «Я всегда любил еду». Предчувствуя проблемы, Ник предложит Джулс «убить нежданного гостя добротой», да поздно: сам того не желая, биологический папа уже добивает их нетрадиционный брак.
Ключевая проблема многих фильмов на «политкорректную тему» в том, что сводятся они к пафосному перечислению банальностей. Негры тоже люди. Геи имеют право на счастье. Волга впадает в Каспийское море.
Спасибо, просветили.
Не то чтобы с этими установками были согласны все поголовно (включая и установку про Волгу), но отрицающие их граждане вряд ли являются потребителями «политкорректного кино». Вот и выходит, что режиссеры-общечеловеки то ли проговаривают все эти мантры друг другу, то ли держат зрителей за детей. Неслучайно картины типа «Не все папы писают стоя» и «Моя мама любит женщин» сродни «Улице Сезам». Только и разницы, что с гомосексуализмом.
Но бывает и так, что т.н. «политкорректность» является не сутью высказывания, а лишь декорацией, и вот тогда результат может выйти вполне приличный. «Детки в порядке» от Лизы Холоденко как раз такой случай. Будучи лесбиянкой (причем именно родившей от донора), она сняла фильм хотя и на личную тему, но, во-первых, на своей ориентации не зацикливается, а, во-вторых, не боится усложнять.
В принципе, «Детки» вообще не про лесбиянок, «Детки» – про семью. Про сложный институт, где договор и чувства первичны, а биология глубоко вторична. Желающие поспорить пусть рассудят, кто ребенку больший родитель – тот, кто по крови и сперме, или тот, кто вырастил и воспитал. У многих тысяч усыновленных аргументы на сей счет железные.
И даром что в семье две мамы, проблемы в ней типовые, причины для ссор знакомые: Бенинг слишком налегает на вино, волосы Мур забивают слив в ванной, и рано или поздно кто-то уходит спать на диван. Увы, за двадцать лет накопилась взаимная усталость, и стоит третьему лишнему с лицом Марка Руффало одобрить одну из дамочек фразой «ты очень талантлива», как нарождается любовный треугольник. Благо про то, что многие лесбы на самом деле би, нам еще Фрейд объяснил.
#{movie}При этом, не будь в картине лесбийской тематики, она явно соскользнула бы в серьезную семейную драму, которых сотни. Обе героини – дамы с юмором (дочку назвали Джони, сына – Лазером, тут явно не без юмора), однако всё комическое, что есть в «Детках», определяют не шутки, а ситуации. То Руффало, узнав, на что пошло его семя, неловко брякнет «мне нравятся лесбиянки». То Бенинг, поигрывая морщинами, обратится к Мур через «мой цыпленочек». То сынок стырит из родительской спальни диск с гей-порно и, будучи уличен в его просмотре, вынужденно оправдывается: «Как вы могли подумать, что я гей?»
Действительно, с чего бы это.
Учитывая, что к противоположному полу Холоденко дышит ровно и не впадает в крайности (а этим многие режиссеры-геи грешат; можно вспомнить как навязчивый культ матери от Альмодовара, так и припадочную женофобию Озона), «Деток» вполне можно было бы признать образцовым «толерантным кино». Меньшинства не предложено жалеть и с кем-то сравнивать, ими не требуют восхищаться и не просят водрузить на свой карниз их радужный флаг. Напротив, их предложено не замечать. Не терпеть, а проявлять сексуальный дальтонизм, не деля на «розовое» и «голубое». В случае с «Детками» эта стратегия себя полностью оправдывает, кабы не одно «но»: Холоденко всё-таки женщина, и личные переживания ставит выше драматургии.
Все комплименты, сказанные выше, относятся лишь к трем четвертям картины. К последней четверти вдруг выяснится, что не лесбийская тема была декорацией для жизненной истории с интересными персонажами, а наоборот – персонажи были декорациями для неё. От всех героев, введенных в один кадр со «счастливой семьей», режиссер откажется вмиг, выбросит на помойку, вычеркнет из сценария – и вот тогда всё пространство фильма окончательно займут страдающие гомосексуальные женщины на фоне детей. «И избавь нас от мужского, так и быть».
Дети, действительно, в порядке, но подобный финал наводит на мысли, что весь этот ландшафтный дизайн городился, чтоб домохозяйки поплакали. И сдается мне, название ленты – не отсылка к песне «Who», а напоминание всем и каждому: согласно медицинским исследованиям, в лесбийских семьях дети развиваются не хуже, чем в традиционных. Долг Холоденко – чтоб мы об этом знали.
Словом, «Деткам» можно лишь посочувствовать, что ближе к титрам режиссеру случилось развалить всю интересную композицию в пользу одноразовых салфеток. И ценить фильм теперь можно лишь за то, что и так было отмечено на всех кинофестивалях – за игру Бенинг, Мур и Руффало. Дело, разумеется, не в откровенных сценах с участием немолодых и вполне гетеросексуальных актрис, а именно в игре: один монолог покаяния Мур – с матом и отсылками к русской литературе – дорогого стоит.
Что до Холоденко, спасибо на том, что воздержалась от поучений и крутого феминизма. Пусть и самый выдающийся мужик для построения личного счастья, с её точки зрения, негож, а наоборот – угроза чисто женской гармонии, ну так и на исторической родине режиссера – Украине – с равенством полов не гладко. По языку если судить, один мужчина – «чоловік», а женщина – всего лишь «жінка».