«Если вы любите кино, не стоит читать о нем книги. Лично я предпочитаю глянцевые журналы или таблоиды. От пошлятины точно вреда не будет», – подобного рода высказывания типичны для Вернера Херцога, самого загадочного, экстремального и, по мнению Франсуа Трюффо, значительного из живущих ныне режиссеров.
Для изображения паломников, пытающихся найти град Китеж, была нанята пара местных алкашей
Сборник интервью с ним, составленный Полом Крониным, пестрит такими же, на первый взгляд, алогичными высказываниями, но, тем не менее, свою функцию выполняет: после его прочтения читателю становятся более или менее ясны движущие режиссером силы, источники его вдохновения, а увлекательнейшая биография Херцога сама, извините за банальность, просится на широкий экран.
Мало какого режиссера окутывало столько тайн, домыслов и сплетен самого невероятного пошиба. Дескать, он гипнотизировал актеров на съемках «Стеклянного сердца» (правда, но не при помощи ЛСД), держал на мушке Клауса Кински во время работы над «Агирре, гневом божьим» (преувеличение), сотнями гнобил индейцев многотонным пароходом, затаскиваемым на гору, в «Фицкарральдо» (ложь). Самое интересное, что зачастую сам режиссер кормил падкую до сплетен желтую прессу изобретательными вымыслами, плодил «двойников-марионеток Херцога», что многое говорит о не совсем стандартном чувстве юмора этого, казалось бы, мрачного режиссера.
Сам Херцог предпочитает читать глянцевые журналы и таблоиды (фото: arthouse.ru) |
«Знакомьтесь – Вернер Херцог» (в оригинале книга названа «Херцог о Херцоге») разбита по темам. Пол Кронин подробно обсуждает с режиссером в хронологическом порядке все значимые его работы (а в фильмографии Херцога – около 50 художественных и документальных картин), то и дело задавая неудобные вопросы, копая вглубь и вширь, поэтому главы книги названы так: «Богохульство и миражи», «Атлетика и эстетика», «Факт и правда».
В этом сборнике интервью, что редкость, интересно практически все – начиная от технических подробностей, методологии, работы с актерами, репетиций, вернее, их отсутствия, заканчивая взглядами режиссера на реальность. Более того, читать его, без преувеличений, более увлекательно, чем смотреть большую часть фильмов Херцога.
Рассказ о приключениях чуть ли не уровня Майна Рида, а то и Жюля Верна в книге перемежается довольно спорными, но любопытными суждениями Херцога. Например, по поводу документального кино – «cinema verite»: «Кино, как и поэзия, способно открыть измерения, куда более глубокие, нежели так называемая правда «cinema verite» – бухгалтерская правда, которая едва касается подлинной кинематографической правды». Для Херцога не существует границы между документальным и художественным кино, он с легкостью может вставить вымысел в свою картину – в «Звоне из глубины» рыбаки на замерзшем озере выглядят так, как будто молятся, а для изображения паломников, пытающихся найти град Китеж, была нанята пара местных алкашей. Таким образом, по словам Херцога, он добирается до «сокровенной, внутренней, таинственной» правды. Притом, что характерно, «сцена с пьяными, высматривающими подо льдом город, – это глубочайшая правда о России, потому что душа этой страны находится в постоянном поиске Китежа».
Этот прагматичный, местами циничный и неправдоподобно скромный правдоискатель не просто вписал свою страницу в историю мирового кино, но и убедительно ответил на один из самых заковыристых вопросов: в чем заключается предназначение искусства? «Произведения великих поэтов и художников не меняют ход жизни, но делают ее лучше. Просто напишите ЛУЧШЕ. И непременно большими буквами».