Пока любители недетских историй о свете и тьме ждут запланированного на будущий год «Нового дозора», многосторонний автор развлекает читателей хитроумными сказками. «Непоседу» в силу некоторых сюжетных деталей можно смело объявлять не просто сказкой, но сказкой новогодней – недаром книжка вышла в декабре.
Некоторые ружья, извлеченные на свет в «Недотепе», выстреливают в «Непоседе
В «Непоседе» появляются те же ключевые персонажи, что и в «Недотепе»: сообразительный юноша Трикс Солье, сын герцога, цветочная фея-помощница Аннет, волшебник Радион Щавель, злой рыцарь-маг Гавар Вилорой, а также сирота Иен, бродячие актеры и прочие знакомые лица. Мир, в котором они обитают, – все тот же: вымышленная дотехнологическая ойкумена, разукрашенная перлами узаконенной магии и характерными книжными образами в духе европейского Средневековья.
Как и следовало ожидать, два романа прочно связаны между собой не только общими героями, но и сюжетом: некоторые ружья, извлеченные на свет в «Недотепе», выстреливают в «Непоседе». Характеры демонстрируют свою скрытую доселе изнанку, законы обнаруживают диалектическую природу, а упомянутые в первом романе религиозно-политические проблемы одного южного государства развертываются в полновесную интригу.
Роман выстроен довольно остроумно и не лишен настоящих неожиданностей (обложка книги) |
Для некоторых предметов придумана отдельная извилистая судьба: перстень с изумрудом, подаренный Триксу Солье королем Маркелем Веселым, достается ушлому работорговцу, но затем, само собой, все же возвращается к законному владельцу-протагонисту.
Под Новый год к Триксу Солье, ставшему учеником мага, является небольшой дракон и, сославшись на законы магической чести, убеждает недоросля отправиться в государство Самаршан, похожее одновременно на какую-то среднеазиатскую республику и на умеренно консервативную арабскую страну. Последние самаршанские новости не сулят ничего хорошего: к власти вот-вот придет вождь кочевников, объявивший себя ни много ни мало Прозрачным Богом, а это грозит прямой опасностью как соседнему королевству – родине Трикса, так и кое-кому из жителей Самаршана. Трикс, как и подобает уважающему себя фэнтезийному герою, должен спасти если не мир, то по крайней мере существенную его часть, и если не от гибели, то как минимум от больших неприятностей.
История выстроена довольно остроумно и не лишена настоящих неожиданностей. Впрочем, матерые читатели фэнтези и в особенности давние поклонники Лукьяненко уже успели высказать массу претензий к сюжету. Но к сюжету и вообще ко всему действию здесь, собственно, вполне можно отнестись как к своего рода новогоднему «Огоньку», взвешенно срежиссированному в расчете на все возрастные категории, – в этом случае многие придирки отпадут сами собой. В программе – эффектно обставленные перемещения во времени, не слишком злые репризы на национально-политические темы, театральное срывание злодейских масок и даже драконий брейн-ринг, слегка отдающий схоластикой.
В «Непоседе» нет трагизма и неразрешимых конфликтов, а подразумеваемые смертельные опасности оказываются в некоторой степени иллюзорными. Любителям «взрослого» Лукьяненко при таком раскладе будет недоставать напряжения, серьезности, глобальности и, как бы это сказать, «жести». Но создатель «Дозоров» просто действует по законам жанра, ведь «Непоседа» и «Недотепа», вообще-то говоря, проходят по ведомству литературы для детей и юношества.
В качестве компенсации тотальной «детскости» по тексту рассыпано несчетное количество явных и скрытых аллюзий, цитат и пародий (а также идущих специальным бонусом ехидных подколок, в том числе и весьма прямолинейных, вроде упоминания о магических словах «перестройка» и «политкорректность», которые производят исключительно негативный эффект). Сходство Трикса с Гарри Поттером очевидно, параллели такого рода неизбежны и банальны; веселее обнаруживать реминисценции из Толстого, Эдуарда Успенского и Гоголя. Последнему посвящается смешная переделка хрестоматийного пассажа о птице-тройке: «Караван верблюжий, кто тебя выдумал?».
Очевидно, что Лукьяненко пишет цикл; за «Непоседой», скорее всего, последует еще одна книга. Какой смысл имеет вся эта затея? Предварительный ответ может быть таким: что ни говори, а это все-таки русское фэнтези с человеческим лицом, к тому же основанное не только на перекличке с западными бестселлерами, но и на советской традиции авторских сказок и подростковой фантастики (Владислав Крапивин – далеко не единственное из имен, которые можно упомянуть в этой связи). Это уже неплохо, хотя потенциал гипотетического цикла, похоже, гораздо больше.