Герта Мюллер родилась в 1953 году в румынском селении Ницкидорф в семье банатских швабов, принадлежащих к немецкоязычному меньшинству. Отец писательницы служил в СС, мать после окончания Второй мировой была депортирована в СССР и вернулась домой лишь через несколько лет. Несмотря на неправильный семейный бэкграунд немецкой девушки, ее благополучно приняли в университет Тимишоары, где она изучала германистику и румынскую литературу. Дальше была переводческая работа на машиностроительной фабрике, откуда Герту уволили за отказ сотрудничать с Секуритате – местным КГБ. Вынужденно освоенный румынский так и остался для Мюллер чужим: проведя детство в изолированной общине, она начала писать по-немецки.
Если верить Мюллер, то бывшие соотечественники, выполняя приказ румынских гэбистов, обвиняли ее в стукачестве
Тем не менее Мюллер смогла, пусть и в цензурированном виде, опубликовать в Румынии два сборника рассказов, первый из которых стал дебютным: «Низины» и «Тягостное танго». В 1987 году непокорная немка вместе с мужем-сородичем – полным тезкой Рихарда Вагнера – эмигрировала в ФРГ, и с тех пор ее литературная карьера складывалась безоблачно.
Ужасы тоталитарной Румынии, преступления коммунистической власти и вообще тяготы несвободного существования стали одной из главных тем писательницы. Например, в книге «Сегодня я бы не хотела встречаться с собой» подробно описываются допросы, учиняемые органами госбезопасности. Характерен в этом смысле и самый новый роман – «Вдох-выдох», изданный в 2009 году и вошедший в последний шорт-лист наиболее престижной немецкой литературной премии Deutscher Buchpreis. Здесь рассказывается история трансильванского немца, депортированного в СССР после разгрома гитлеровцев, то есть разделившего судьбу матери Мюллер.
Основой сюжета послужила история румынского немецкоязычного поэта Оскара Пастиора, умершего в 2006 году. Весьма вероятно, что именно выход этого романа и стал решающим аргументом в пользу присуждения писательнице главной награды мира.
Критики хвалят Мюллер за выразительный язык, недаром она с некоторых пор выступает и как автор стихов. О ее витиевато-афористичном стиле можно судить хотя бы по названиям книг: «Горячая картофелина – это теплая постель», «Женщина живет в пучке волос» и даже «Сторонний взгляд, или Жизнь – это пердеж в фонаре».
Переселенка из Румынии непримиримо строга к тем, кого считает представителями или наследниками бесчеловечной тоталитарной идеологии. Когда в западногерманском ПЕН-клубе приняли решение объединиться с коллегами из бывшего ГДР, Мюллер вышла из этой организации в знак протеста. В 2008 году она раскритиковала в открытом письме международный Институт румынской культуры, который допустил к участию в одном из своих совместных немецко-румынских мероприятий двух бывших сотрудников Секуритате.
Год спустя, летом 2009-го, в газете «Цайт» появилась статья Мюллер под названием «Секуритате по-прежнему действует». В ней писательница утверждала, что в нынешней Румынии, несмотря на ее приобщенность к цивилизованному миру, все еще нет прохода от государственных спецслужб, а также рассказывала об изощренных провокациях в свой адрес. Если верить Мюллер, то бывшие соотечественники, выполняя приказ румынских гэбистов, обвиняли ее в сотрудничестве с компартией, к примеру, в написании текстов по её заданию.
Можно добавить, что и один из участников прошлогодней дискуссии вокруг Института румынской культуры инкриминировал Мюллер лояльность по отношению к режиму Чаушеску. Невольно вспоминается история с другим борцом против тоталитаризма, чешским писателем Миланом Кундерой – его не так давно заподозрили в том, что в юности он выдал властям социалистической Чехии неблагонадежного ровесника.
Мюллер сетует по поводу того, что пособники режима Чаушеску до сих пор не наказаны, и сожалеет, что бывшие гэбисты спокойно живут на пенсии. Остается лишь надеяться, что дочь эсесовца не считает нужным подвергнуть остракизму румынских борцов с гитлеровским режимом на том основании, что они выступали на стороне СССР. Ведь даже нобелевский лауреат совершенно не обязательно должен достигать таких «высот гуманистической мысли», как Александр Подрабинек.
Как бы то ни было, решение шведских академиков нельзя не счесть политизированным, особенно в контексте недавней резолюции ОБСЕ. Ближайший аналог ему – присуждение Нобелевской премии по литературе турецкому диссиденту Орхану Памуку в 2006 году.