Прошлое: краткий опыт ностальгии
В конце 80-х советский еще книжный рынок заполонили копеечные брошюрки с зарубежными рассказами
Золотым временем для переводной фантастики по праву считаются конец 60-х и первая половина 70-х годов: цензура пристально вглядывалась в произведения соотечественников и сквозь пальцы глядела на фантастов забугорных.
В серии «ЗФ», помимо авторских томиков малой прозы («Ниточка к сердцу» Эрика Фрэнка Рассела, «Паломничество на Землю» Роберта Шекли, «Робот-зазнайка» Генри Каттнера и др., и др.), выходили еще и антологии, где новеллы подбирались как по территориальному принципу («Туннель под миром», «Времена Хокусая», «Случай Ковальского» и др.), так и по тематическому («Шутник», «31 июня», «Практичное изобретение», «Пески веков» и др.).
Фантастических книг в ту пору издавалось крайне мало, редакторам и составителям было из чего выбирать, качество переводов было традиционно отменным (достаточно вспомнить хотя бы работы Норы Галь!) – так что книги получались замечательные: парадоксальные, яркие, глубокие или, на худой конец, просто остроумные.
В конце 80-х советский еще книжный рынок заполонили копеечные брошюрки с зарубежными рассказами. Переводы зачастую были кустарными, сделанными на скорую руку, иногда откровенно пиратскими. Однако изголодавшихся по фантастике читателей это не смущало: любимый жанр плюс громкие имена мэтров жанра искупали все.
В 90-е годы ситуация значительно изменилась. Анархия с авторскими правами пошла на убыль. На смену брошюрам пришли солидные тома в глянцевых переплетах. Наши издатели потеряли интерес к краткой форме (романы покупались лучше), и несколько лет рассказы находили прибежище только в немногочисленных журналах фантастики – «Фантакрим-МЕГА», «Если», «Звездная дорога»...
Настоящее: сынок и папочка
Яркий дебют Хилла-Кинга плюс «династические» преференции – вот то, что заранее обусловило читательский интерес к сборнику «Призраки двадцатого века» |
К началу нынешнего столетия рассказчиков вновь стали привечать. Правда, послабления распространились на отечественных фантастов, а не на зарубежных (две-три англоязычные антологии в год, выпускаемые санкт-петербургской «Азбукой», – вот, собственно, и все).
Тем интереснее обнаружить среди новинок отпускного сезона–2007 сразу два переводных авторских сборника новелл – «Призраки двадцатого века» Джо Хилла (М.: Эксмо, СПб.: Домино) и «Суперигрушек хватает на все лето» Брайана Олдисса (М.: АСТ). Вольно или невольно двум авторам пришлось стать соперниками.
Первого из названных авторов, Джозефа Хиллстрома Кинга (сына ТОГО САМОГО Стивена Кинга!), работающего под псевдонимом, мы уже представляли читателям ВЗГЛЯДА (14 мая 2007) – когда на российских книжных прилавках появился его дебютный мистический роман «Коробка в форме сердца», вполне способный составить конкуренцию произведениям знаменитого Кинга-старшего.
Яркий дебют Хилла-Кинга плюс «династические» преференции – вот то, что заранее обусловило читательский интерес к сборнику «Призраки двадцатого века». В пользу книги «Суперигрушек хватает на все лето» – почтенный бэкграунд: автор романов «Non-stop», «Франкештейн раскованный» и трилогии о планете Хелликония Олдисс считается одним из мэтров британской фантастики. Плюс к тому в относительно свежий сборник автор включил три рассказа, которые стали литературной основой сюжета широко известного фильма Стивена Спилберга «Искусственный интеллект».
Итак, кто победит в сегодняшнем гандикапе – молодость или опыт? Перспективный новичок или увенчанный лаврами мэтр? Тираж у Хилла вдвое больше, чем у Олдисса, но цифры тут мало что значат.
Хилл: искры в костре
Отдадим должное Джо Хиллу: папиным авторитетом автор явно и спекулятивно не пользуется. Предисловие к книге написал не Кинг-старший, а умеренно известный фантаст Кристофер Голден. Более того. Наряду с дифирамбами в этом предисловии можно найти легкие критические уколы; похвалив, к примеру, рассказ «Сыновья Абрахама», Голден справедливо намекает на то, что сюжет частично позаимствован из фильма Билла Пакстона «Порок».
Впрочем, рассказ «Сыновья Абрахама» все равно хорош: прелесть его не в фабульной инверсии (привычный герой оказывается злодеем), но в ракурсе: повествование ведется от лица сына главного – по версии Брэма Стокера – вампироборца Ван Хельсинга; мальчик вдруг понимает, что его отец – просто кровавый маньяк...
Сборник Хилла, надо сказать, получился неровным. Порою вместо полноценного рассказа нам предлагается его зачин – без внятного финала («Лучше, чем дома», «В ловушке» или «Завтрак у вдовы») или с чрезмерно многозначительным финалом, оставляющим читателя в тягостном недоумении (такова готическая новелла «Маска моего отца»). Порой автор совершает подмену и выдает за рассказ его конспект («Пишущая машинка Шахерезады», «Деревья-призраки»). Однако не меньше половины новелл из книги заслуживают внимания.
Помимо «Сыновей Абрахама», в сборник вошло еще несколько мрачных и по-настоящему страшных вещей: «Лучшие новые ужасы» (о том, как в поисках нового автора хорроров составитель антологии набредает на подлинного садиста), «Черный телефон» (о маньяке, похитившем мальчика), «Последний вздох» (о посетителях жутковатого Музея Последнего Дыхания).
Есть в книге пара рассказов, и фабульно, и интонационно перекликающихся с творчеством Кинга-старшего: юные существа, у которых нет внутреннего психологического барьера перед убийством, становятся героями новелл «Добровольное заключение», «Плащ», «Услышать, как поет саранча» (переосмысленный и «ужесточенный» вариант кафкианского «Превращения»). Заглавная новелла – о призраке девушки в старом кинотеатре – выглядит реверансом в сторону старшего коллеги отца писателя, Рэя Брэдбери. Ну а лучшим в сборнике, безусловно, является рассказ «Хлоп арт» – о мальчишке Артуре, живом, разумном и страдающем воздушном шарике; абсолютная фантастичность посылки сочетается с безусловным реалистическим фоном повествования...
Олдисс: прах и пепел
Рассказы Олдисса – типичный образец продукции так называемой «новой волны» |
Самое интересное в сборнике «Суперигрушек хватает на все лето» – это авторское вступление, где Олдисс в подробностях рассказывает о том, как ему работалось со Стенли Кубриком (который собирался снимать картину по рассказу фантаста) и со Стивеном Спилбергом. Первый из режиссеров – гений, тщательно культивировавший все приметы своей гениальности; второй – великий профи без мании величия и притом абсолютный прагматик, согласный честно расплачиваться за честно исполненную работу.
Прочитав заглавный рассказ и два других, написанных достаточно давно и сюжетно примыкающих к первому («Суперигрушки с приходом зимы» и «Суперигрушки во все времена года»), начинаешь понимать, ЧТО ИМЕННО могло заинтересовать в них двух знаменитых режиссеров: тонкая грань между жизнью и ее подобием; эмоционально окрашенная история электронно-механического Пиноккио, долго пребывающего в заблуждении, будто он и есть – живой мальчик...
Примерно на пятом десятке страниц книги Олдисса становится, однако, очевидно, что сын Стивена Кинга – при всех просчетах сборника «Призраки двадцатого века» – легко обыгрывает классика британской фантастики. Хотя бы потому, что Хиллу, в отличие от сегодняшнего Олдисса, потенциальный читатель небезразличен.
Увы, большая часть рассказов, включенных в сборник британского мэтра, производят впечатление холодных малоосмысленных поделок. Ни сюжета, ни парадокса, ни эмоционального сопереживания. О чем, например, рассказ «ИИИ»? Да о чем угодно. О скверных перспективах космической экспансии. О том, что люди способны пожрать все, до чего способны дотянуться. О том, что космос вреден для здоровья... Впрочем, «ИИИ» на общем фоне выглядит хотя бы вменяемо – чего не скажешь о «Говядине», «Старом мифе», «Трех видах одиночества», «Стать полноценной бабочкой» и других. Больше всего это смахивает на запись хаотичных авторских сновидений без начала, конца и смысла – каковыми, собственно, и бывают сновидения.
Не бросим камня в переводчиков: квалификация Александра Бушуева и Андрея Криволапова высока, да и «Школа перевода В. Баканова» (под эгидой которой сборник Олдисса был подготовлен) – уважаемая фирма. Однако никакой перевод не способен спасти положение и превратить горсть холодных слов, хаотично разбросанных по страницам, в полноценное литературное произведение.
Рассказы Олдисса – типичный образец продукции так называемой «новой волны» – экспериментального и сравнительно недолго просуществовавшего литературного направления, идеологи которого стремились отнять у фантастики главные атрибуты, ценимые большинством поклонников жанра: увлекательность и внятность.
Издеваясь над канонами НФ, Олдисс (человек, бесспорно, литературно одаренный) принялся сознательно издеваться над читателем, предлагая последнему утопить мозги в вязкой бессмыслице, похожей на криптограмму... Британская «новая волна» стала достоянием литературоведов, благополучно скукожившись еще тридцать с лишним лет назад. А вот ее главный идеолог продолжает по инерции играть в давние суперигрушки – и их ему хватит на все времена года.