– Многие российские телеканалы обращаются к классике. Как вы считаете, в чем специфика телеканала «Культура»?
– Благодаря телеканалу «Россия», принадлежащему ВГТРК, мы всей страной перечитали «Мастера и Маргариту», и это было хорошо. Также шли сериалы по произведениям Солженицына, Шаламова, Пастернака.
Настоящая задача телевидения – представить реальное состояние страны, ее духовное состояние, на том уровне, на котором оно сейчас находится
Но поразительно, что бытование этого культурного продукта, составляющего важную для любой страны часть культурного наследия, сопровождалось большим количеством рекламных нарезок, что фактически уничтожало смысл великих произведений.
Невозможно смотреть «Доктора Живаго», когда в самые трагические моменты, связанные с историей нашей страны, вторгается «чарующий запах кофе»…
Это то же самое, как читать «Войну и мир», а на каждой второй странице книги напечатан текст, посвященный рекламе прокладок. Поразительно, но мы уже даже привыкли к такому бытованию классики.
Я считаю, что реклама аннигилирует текст и разрушает логику произведения. Почему, когда передавали последний матч Россия – Англия, реклама не вклинивалась в эфир?
Да потому, что всех этих телевизионщиков растерзал бы за это народ. Посмотрите, какое уважение к футболу в нашей стране. А что с культурой? Я никого не критикую. Другие каналы в силу их коммерческой специфики решили, что так можно делать, у них на это есть свои причины.
Но это приводит к полупродукту, к полузнанию, к полупросмотру…
– Какова сегодня социальная, культурная, философская роль телеканала в жизни нашей страны?
– В нашей стране главная проблема – потеря параметров жизни, которые мы никак не можем обрести.
Недавно Джордж Буш сказал, что у русских своя ДНК и что свободу нам трудно прививать. Я не согласен с ним, ведь свобода изначально присуща любому человеку. Но так уж криво пошла наша история в постсоветское время…
Канал «Культура» в конце 90-х годов стал выполнять более глобальную функцию, чем та, на которую изначально рассчитывал. Сегодня это ниша, в которой спокойно и достойно из глубины истории мы говорим о том, кто мы такие.
Есть даже такая передача на телеканале «Кто мы?». Я считаю, что это очень важно для нашей страны. Нам нужно понять, откуда мы идем и куда мы идем. К сожалению, у молодого поколения я наблюдаю полную апатию к проблемам современности, к тому, что происходит в стране…
– Вы говорили о том, как телеканал «Культура» влияет на аудиторию и общество. Как вы считаете, существует ли обратное влияние публики на формат и стиль «Культуры»?
– Когда мы только начинали нашу работу, мы много экспериментировали, искали свое лицо. За поисками форм на телеканале «Культура» стояли поиски своей аудитории, желание разговаривать с ней на одном языке.
Я не верю, когда многие крупные политики, бизнесмены говорят, что смотрят целыми днями только канал «Культура». Политики смотрят свои специализированные программы, новости и т.д.
Нам всем не хватает элементарно времени, чтобы следить за всеми процессами в нашем обществе.
Публика «Культуры» формировалась из тех, кого можно назвать остатками советской интеллигенции и кого Немирович называл «низовой российской демократией». Это наиболее человеческая часть нашего населения – учителя, врачи, инженеры.
Для людей интеллектуального труда невозможно смотреть другие каналы, и это в первую очередь связано с тем, что там каждые десять минут в эфир вклинивается реклама. Я не представляю, как можно смотреть классику в таком формате! Создавая телеканал «Культура», государство нам показывало, что оно готово обеспечивать аудиторию в несколько миллионов человек принципиально иной продукцией.
Сегодня «Культура» использует те форматы, которые позволяют удержать современных телезрителей у экранов: ток-шоу «Большие», исторические сериалы, политические программы.
Это единственный канал, который последовательно в течение 10 лет рассказывает об истории страны и ввергает миллионы людей – целые семьи, детей, взрослых – во все эти узлы и переплетения русской интеллектуальной и культурной жизни, без которой мы бы задыхались.
– Сегодня культурологи говорят о том, что аудитория обладает новым клиповым восприятием, не последнюю роль в его возникновении сыграла и реклама. Как вы считаете, насколько нужно подстраивать телевизионную продукцию телеканала «Культура» под этот новый тип зрителя?
– Это сложный вопрос. Надо сказать, что клиповое сознание уже отразилось и на современной режиссуре, и на современных пьесах. Но вот в чем я уверен: если театральная постановка сделана талантливым мастером, то независимо от того, какое поколение, какое сознание его воспринимает, она найдет свой путь к любой аудитории.
– Нужно ли придумывать новые форматы или формы подачи материала о культуре на телевидении? Или все уже давным-давно найдено?
– Я сейчас вижу, что о культуре часто говорят в формате рекламы или в виде промоушена. Мне кажется, нужно приглашать известных людей в эфир, чтобы они рассказывали не о том, какие они прекрасные менеджеры, а о своем огромном опыте жизни, опыте театральном. И Марк Захаров, и Олег Янковский, и Олег Табаков умеют говорить.
Я слышу постоянно в жизни эти монологи, значит, телевидению нужно найти способы, как это подать в эфир. Настоящая задача телевидения – представить реальное состояние страны, ее духовное состояние, на том уровне, на котором оно сейчас находится. Это могут сделать люди, которые способны артикулировать и осмыслять современность. Не отраженное кем-то мнение артиста, а его прямое слово.
– Но сейчас на телевидении очень много этой прямой речи: ток-шоу, реалити-шоу, интервью, программы в форме беседы…
– Это другое. Мне кажется, для «Культуры» здесь важны две составляющие: ее содержательность, накопленный опыт и плюс прямая речь тех людей, которые делают эту культуру сегодня.