Представители американской разведки признали, что проведенная после трагедии 11 сентября крупномасштабная операция по глобальному развертыванию сети нелегальной или полулегальной агентуры, стоившая бюджету примерно 3 млрд долларов, не дала практически никаких результатов и будет закрыта. Виноватыми, скорее всего, объявят прежнее руководство ЦРУ и администрацию Джорджа Буша-младшего, с которых, понятное дело, уже и спросить нельзя.
Программа GDI была закрыта, не дав за десять лет практически никакого результата
Речь идет о так называемой Global Deployment Initiative (GDI) – «Инициативе глобального развертывания», в которой ориентировочно было задействовано более 5 тысяч штатных и внештатных сотрудников ЦРУ по всему миру.
1
Система нелегальной разведки ЦРУ впервые была разрушена до основания после 1991 года, когда окончание холодной войны счастливо совпало с бурным ростом компьютерных и цифровых технологий. Мировые разведки расслабились, перепоручили большую часть работы умным машинам, а «работа в поле» была объявлена «дедовским методом», «ретроградством» и чуть ли не мракобесием.
Ветераны холодной войны, умевшие в душу влезть любому потенциальному источнику информации и обладавшие уникальным опытом по превращению еще недавно приличных людей, работников и семьянинов в преступников и изменников чуть ли не на пустом месте, отправились писать мемуары, где вяло поругивали новые веяния. Умные машины принялись следить за всеми подряд, хотя это никому и не нужно, просто потому что обрабатывать такой массив пустопорожней информации живых людей не хватает.
2
Теракт в Нью-Йорке открыл глаза на многое и многим. В том числе вдруг неожиданно выяснилось, что никакие умные машины не могут заменить человеческое общение. Самоубийство нелегальной разведки было признано ошибкой, поскольку самая точная информация может поступить только от живого человека посредством другого живого человека, и то при условии, что самому источнику можно верить.
Вид на вход в здание штаб-квартиры ЦРУ (фото: cia.gov) |
А «верить» – это не машинный код из нуля и единицы, не пиксели спутниковых фотографий высокого разрешения (помните эти крики: «Мы можем рассмотреть даже номера машин на улицах Адена, Тегерана и Пхеньяна!») и не терабайты разговоров с любовницами третьесортных чиновников из «стран потенциальной угрозы». Это нечто человеческое, очень человеческое. И именно то, чего катастрофически не хватило и не хватает до сих пор для минимизации террористической опасности, не говоря уже о политической, стратегической разведке.
3
Вернуть к службе ветеранов уже было невозможно даже не по возрасту, а в силу их обидчивости и нежелания овладевать тем действительно технически-прогрессивным, что было внедрено в разведывательную деятельность в процессе глобального технологического скачка 90-х годов.
Тогда в недрах оперативного директората ЦРУ с подачи лично президента Джорджа Буша-младшего и родилась GDI. Изначально ее признаки проявились после подписания президентом США указа об увеличении численности сотрудников ЦРУ за рубежом на 50% и выделении соответствующего финансирования проекта. Чуть позже стало понятно, и о чем конкретно идет речь.
Дело в том, что в американской терминологии понятие «нелегальная разведка» несколько отличается от того, к чему привыкли в России как в наследнике традиций советских спецслужб.
Принцип вроде бы один и тот же. Нелегальный сотрудник разведки не имеет дипломатического прикрытия, находится на территории страны пребывания незаконно, либо с паспортом этой страны, либо с документами третьего государства (не обязательно союзного, эта страна может быть вообще не в курсе, и кое-кто иногда даже обижается). Большая часть этих персонажей не поддерживает связь со своим посольством и работающими там «легальными» сотрудниками спецслужб. В американской терминологии такой нелегал называется NOK, то есть Non Official Cover – «без официального прикрытия».
4
В рамках GDI этот термин стали трактовать расширительно. Логично, что в программу автоматически были вовлечены сотрудники других специальных служб США, по долгу службы находящиеся за пределами своей Родины. В первую очередь это сотрудники ФБР, службы по борьбе с оборотом наркотиков и огнестрельного оружия, криминальной полиции, находящиеся в служебных командировках в составе специализированных миссий.
Вид на здание Пентагона (фото: David B. Gleason) |
В России аналогичные функции должны выполнять представительства ФСБ за рубежом, но, как правило, не выполняют, поскольку у ФСБ нет права на ведение внешних операций, а в представительства эти назначают в основном по остаточному принципу: либо «с глаз долой», либо, наоборот, – поезжай-ка ты на курорт за прежние заслуги. В американском же разведывательном сообществе эти миссии приобрели действенную составляющую.
Но основу программы GDI составили не штатные сотрудники с какими-никакими, но профессиональными знаниями и опытом. Порой не тем, каким надо (в ФБР, например, у оперативных сотрудников нет ярко выраженной специализации – один и тот же сотрудник может в прошлом месяце, например, гоняться за наркобаронами в Испанском Гарлеме, а в этом – получить назначение в какую-нибудь группу по разработке перспективного иранского дипломата), но все-таки с опытом. По «призыву Буша» на работу в ЦРУ было принято штатно либо завербовано на разовые контракты около 5 тысяч непрофессионалов, которых только слегка подучили и объявили «ноксами».
Эти персонажи разлетелись по планете, основывая сотни подставных торговых или консалтинговых компаний. Откройте московские «Желтые страницы» и просто ткните пальцем, наверняка попадете в какую-нибудь «Жулики и шпионы консалтинг инкорпорэйтид». Причем в основном пострадала, как всегда, старушка Европа, поскольку именно там, как известно, жили, учились и работали террористы, направившие самолеты в башни-близнецы.
5
Собственно в арабские страны, особенно в «закрытые», с диктаторскими режимами никто из новоявленных «нелегалов» не сунулся. Сотни миллионов долларов были вложены в эти подставные компании, которые не давали практически никакого результата.
Еще одна группа такого рода сотрудников ЦРУ примерно с таким же успехом внедрялась в университетскую среду, научно-академическую и исследовательскую. Другое дело, что им удавалось проникнуть только туда, где не было ограничения по секретности, установленного страной пребывания, и, соответственно, не было запрещено принимать на работу иностранцев.
И тут выяснилось, во-первых, что никто из потенциальных террористов или носителей секретной информации не жаждет пользоваться услугами бизнес-консультантов из фирм «без истории», возникших на пустом месте, или, скажем, торговать подержанными часами в Женеве. Во-вторых, поддержание «легенды» для такого рода подставных компаний требовало нанимать штат из местных, что в разы увеличивало риск разоблачения. Ибо не все аборигены – хронические идиоты, хотя в оперативном директорате до сих пор в это не верят. В-третьих, сработала традиционная американская беда: большинство новых нелегалов не знало никаких иностранных языков вообще. И учиться не желало.
Ну и, наконец, четвертое и самое главное: получив в свое распоряжение солидные деньги на поддержание образа жизни, соответствующего легенде, многие заняли пассивно-выжидательную позицию. То есть не «гонялись за клиентом», а сидели в офисе и годами ждали, когда ж к ним за консультацией придут финансисты мирового террора или в университет наймется лаборантом бородатый парень со странным огоньком в глазах, проявляющий недюжинный факультативный интерес к спорам сибирской язвы.
6
И так десять лет. Высокую финансовую стоимость программы GDI, включая немереные расходы на самих «новых нелегалов» и их легендирование, оперативный директорат довольно долго успешно оправдывал рисками.
Действительно, если бы деятельность нелегала или его компании прикрытия нанесла бы ущерб стране пребывания, ничто не помешало бы властям просто арестовать их и осудить по местным законам за шпионаж. И даже чрезмерно уверенные в себе и в «дяде Сэме» за спиной сотрудники ЦРУ (а они в самом деле в большинстве своем такие, какими их изображают в фильмах, – убежденные в своей высокой миссии нести демократию в мир пафосные и самоуверенные профаны) принялись требовать увеличения фондов как плату за риск.
7
С началом эпохи «разноцветных революций» часть этой популяции переориентировали на подрывную деятельность, практически не поменяв легенды, прикрытия и системы связи.
Немного подумав, ЦРУ стало создавать и «дублирующую схему», но уже под посольской «крышей»: туда стали охотно брать перспективных военных из среды старших офицеров с опытом боевых действий. Те – не будь дураками – ухватились за возможность изменить направление карьеры, поскольку не каждый подполковник артиллерийского обеспечения морской пехоты сможет получить когда-нибудь генерала, а вот стать советником-посланником или первым секретарем в посольстве в Москве с дальнейшей перспективой работы в Госдепе или даже в Белом доме может.
8
ЦРУ от этого не полегчало, поскольку «маринеры» точно так же отказывались учить языки, вербовать пытались кого попало, преимущественно женского пола, и не вылазили из ресторанов для экспатов за те же деньги, выделяемые Конгрессом.
Собственно говоря, ЦРУ могло бесконечно долго имитировать эту бурную деятельность, поскольку четких критериев оценки работы разведывательного сообщества во всем мире нет, а языки как раз у шпионов подвешены хорошо, и объяснить свое бездействие длинным набором слов они умеют.
Подвело секвестирование государственных расходов и вечная тяжба по этому поводу президента Обамы с Конгрессом. Барак Обама, как любой «недослуживший» и «недовоевавший» мужчина, чрезвычайно зависим от харизматичных сотрудников ЦРУ и Пентагона, но даже он не смог убедить Конгресс сохранить финансирование на прежнем уровне. Детали бюджета ЦРУ, конечно, засекречены, но высокопоставленные сотрудники ведомства уже признали, что секвестр коснулся и их, как и любое другое федеральное ведомство.
***
Программа GDI была закрыта, позорно не дав практически никакого серьезного результата за более чем десять лет. Три миллиарда долларов ухнули в трубу. Пять тысяч человек, привыкших к красивому образу жизни, внешнему статусу и внутреннему осознанию себя наследниками Джеймса Бонда, бродят по планете в поисках нового счастья.
По-человечески их даже жалко, поскольку их квалификации не хватает ни для продолжения успешной карьеры в ЦРУ, ни для поступления на работу, скажем, в частные консалтинговые фонды. Но мир вообще несправедлив. А к неудачливым шпионам особенно.