Наличие разнарядок, призванных обеспечить 2/3 думских мандатов, органы «ЕР» решительно отрицают, называя такие сообщения утками, тогда как разговоры о данных, показывающих, что сегодня «ЕР» светит никак не квалифицированное и даже не абсолютное (50% + 1 мандат), но всего лишь относительное (41%) большинство, утками никак не называются. Глава думского комитета по информационной политике, первый замсекретаря президиума генсовета «ЕР» С. В. Железняк указывает, что и в 2007 году за полтора месяца до выборов рейтинг «ЕР» также составлял 40%, а на выборах все было в лучшем виде. Читай: карта и теперь попрет.
45–48% мандатов – это тот результат, за который нынешний европейский политик был бы готов душу черту заложить
Попрет или не попрет, а если попрет, то из колоды или из рукава – это вопрос интересный, но отдельный. Если же, доверяя нынешним цифрам ФОМ, оценивать status quo, нельзя не видеть тут серьезного предостережения. Граница между ультралояльными и умеренно или даже не очень лояльными регионами совпадает с историко-этнографическим делением. По преимуществу великорусские области демонстрируют достаточно умеренную любовь к партии власти, регионы более южные и более многонациональные показывают более сильную любовь к «ЕР». Объяснять это можно различными причинами, но самый этот факт, принятый как данность, весьма хорошо объясняет табуирующие властные предписания насчет национального вопроса в избирательной кампании. При таком совпадении политического, этнического и географического лихо косой только первый взмах сделать, а там процессы сами развернутся.
С другой стороны, вряд ли стоит слишком сильно реагировать на то, что в ряде случаев тайное всего лишь стало явным. Как в случае с Москвой, где рейтинг «ЕР» – 29% (ниже только у Калининградского анклава, где он равен 27%). В реальности никакого катастрофического проседания «ЕР» в столице не было, но всего лишь новое начальство, пришедшее после Ю. М. Лужкова, не демонстрирует запредельной готовности исправлять ошибки Фортуны. А так – где-то около 30% он всегда гулял еще с конца 90-х годов. См. реалистические оценки данных по выборам в МГД: какая доля москвичей там реально одобряла и поддерживала и какая доля была порождена волшебством МГИК им. В. П. Горбунова.
Повторюсь: предаваться мечтаниям о квалифицированном большинстве – это по нашим временам сильно гневить Бога. Даже при самом безукоризненном ведении дел (что к нашим краям вряд ли относится) данная конкретная правящая корпорация постепенно приедается, доля голосов, соответственно, сокращается. Это даже в тех условиях, когда солнце сияет и счастье везет, – просто человеческая натура такова. Когда же времена наступают сумрачные – а мировая конъюнктура такова, что, Господи, спаси и помилуй, с тем все согласны – гневить Бога несбыточными планами тем более не стоит. 45–48% мандатов (к исходному 41% что-то да подкрутится) – это тот результат, за который нынешний европейский политик был бы готов душу черту заложить, да только черт такую услугу не предлагает. У нас же относительное большинство выходит само по себе даже без всякого черта.
Единственная проблема, возникающая у власти при недостижении ею абсолютного большинства, – сколачивание такой коалиции (50% мандатов + еще несколько), которая была бы в состоянии голосовать за доверие правительству, утверждать бюджет и одобрять вносимые правительством законы. Число мандатов сверх этого – это разврат и излишества нехорошие. Набирать же коалиционное большинство – во-первых, когда-то надо и этому учиться, тут нам уже давно подбрасывали про полуторапартийность, так она в том и заключается, что партия власти последовательно крутит шашни то с одним, то с другим младшим партнером. Во-вторых, глаза боятся, а руки делают. Вся континентальная Европа, включая и ее восточную часть, где мощь и укорененность представительного правления не то чтобы очень велика, как-то же справляется, а виртуозный кавалер Берлускони на днях в 51-й раз выколотил из парламента вотум доверия. Может и собственных кавалеров российская земля рождать.
Бесспорно, тут есть определенные требования к главе такого кабинета. Как отмечал известный флорентийский политолог: «Из всех зверей пусть глава коалиционного правительства уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса – волков, следовательно, надо быть подобным лисе, чтобы уметь обойти капканы, и льву, чтобы отпугнуть волков». Реально в жизни не бывает совершенства, достаточно подобия хотя бы одному из этих животных. Коалиционные львы являются в истории достаточно редко и все больше в минуты великих кризисов – как явился Черчилль в 1940 году, что же до коалиционной лисы, то это скорее норма политической жизни в условиях представительной демократии, и если львами рождаются, то выучиться на лису вполне возможно. В случае же когда – это, конечно, крайне маловероятно – выяснится, что иной политик не тянет ни на льва, ни на лису, трагедии в том не будет. Русская земля богата талантами, а равно и живностью, ищущий да обрящет.