Чтобы убедиться, что Москве некуда девать деньги, не надо быть аналитиком. Достаточно просто пожить здесь хотя бы неделю. За это время вы наверняка успеете увидеть, например, как под дождем поливают дороги водой. Не моют, а именно поливают. Тупо и бессмысленно. Хотя нет, смысл есть. Но он извращенный. Каждый выезд машины приносит в карман прикормленной организации несколько тысяч рублей из московского бюджета. Тысячи машин, десятки тысяч выездов, миллиарды рублей растекаются по карманам.
Москвичам живется лучше, чем всем остальным, уже потому, что даже неукраденных крох им хватает с лихвой
А ведь ирония в том, что задумывалось всё хорошо и правильно. Москва до Лужкова была большой помойкой. В столице не было дворников, а снег превращал дороги в грязные болота. Пришел мэр-хозяйственник, навел порядок. Закупил тысячи машин. Они стали исправно убирать снег. В городе стало чище. Молодец, в общем. Но потом случилась удивительная вещь. Снег ведь нужно убирать только зимой. Да и то не всегда. Машины простаивают. Бюджеты не тратятся. Стабильных доходов нет. Беда.
Тогда кто-то и придумал поливать дороги в жару. И дело это тоже, в общем, хорошее. Асфальт меньше плавится. А главное, деньги и летом тоже идут. Хороший хозяин, конечно, озаботился бы качеством асфальта. Ведь давно уже придуманы пластификаторы, от которых он не плавится. Один раз заплатил – и всё. Но это не по-московски. Тут главное – денежные потоки. Ну да ладно. Поливать в жару – это еще имело хоть какой-то смысл. Но вот дальше пошел полный абсурд. Жара ведь в Москве редко бывает. Нынешний год – не в счет. А осенью и весной что машинам делать? И вот стали поливать дороги в любую погоду. Типа мыть. Если кто бывал в Европе, то видел, как моют. Льют воду с шампунем, трут, тут же ее собирают. Такие машины-пылесосы. У нас же просто льют. Теперь уже и в дождь, и в снег. Доброе поначалу дело утратило всякий смысл и связь с реальностью. Как, впрочем, и сам мэр.
Честное слово, мне совсем не хочется принимать участие в развернувшейся сейчас травле этого удивительного человека. И никто мне не платил, если вас интересует. Пишу я про эти самые поливалки далеко не в первый раз. И нет у меня никакого желания копаться в бизнесе Елены Батуриной, искать серые схемы, перечислять уголовные дела... Знаю я цену этим делам. Просто хочется понять, почему всё так случилось. Почему самый славный когда-то мэр стал вдруг самым скандальным. И даже неадекватным. По крайней мере, на фоне коллег из Татарстана и Башкирии.
Я как человек, пристально следящий за событиями в экономике, и как москвич (пусть и «понаехавший»), кажется, вижу очевидное, о чем почему-то не говорят. Юрий Лужков создал прекрасную систему управления столицей. А потом вознёсся к небесам, аки пчела. Потерял связь с реальностью. И люди из его окружения довели все добрые начинания до абсурда. С его попустительства, конечно. Расстояние от того мэра до этого ровно такое же, как от машины, убирающей снег, до машины, поливающей асфальт под дождём. Произошла подмена ценностей.
Юрий Лужков создал прекрасную систему управления столицей. А потом вознёсся к небесам, аки пчела. Потерял связь с реальностью (фото: Гюльнара Хаматова/ВЗГЛЯД) |
Примеров тому множество. Вот последний. Около моего дома (да и по всей Москве) месяца три назад стали ломать тротуары в тех местах, где они пересекаются с дорогами. Там, где давно уже сделаны плавные такие съезды для инвалидов. Дело, опять же, благое. Хотели вставить в этих местах ребристые желтые плиты, чтобы инвалидам было удобнее переходить на светофоре. Но исполнение... Под такое дело зачем-то полностью ломали метров по пять отличного тротуара с каждой стороны, потом меняли совсем еще новые бордюры, клали другой асфальт... В общем, долго и дорого готовили плацдарм. Чтобы удобнее было плиты вставлять. А самое смешное, что на этих «подготовительных» работах бюджет, видимо, закончился. И на те самые желтые ребристые плиты денег уже не хватило. По крайней мере, положили их далеко не везде. В моем районе – точно нет. Миллионы потратили, ничего не изменилось. Получил ли что-нибудь с этого лично Лужков? Не думаю. Зачем ему... У него и так всё есть. Дело не в нем, а в отсутствии в городе хозяина.
Хозяин ни за что бы не разрешил строить торговые центры по бокам Варшавского шоссе в нескольких метрах от дорожного полотна. Потому что и дураку понятно: эта дорога плохо спроектирована. Там нет боковых съездов, из-за чего пробки всегда. Даже ночью. Те, кто хочет свернуть, перегораживают всю дорогу. И так во многих местах. Всего-то надо – построить эти самые съезды, немного расширить шоссе. Но поздно. Там теперь возле самых оживленных перекрестков торговые центры. Разве хозяин разрешил бы их строить? Никогда. Но нет в городе хозяина, который хотел бы решить проблему пробок. Нет парковок. Точнее, они есть, но из-за коррупции стоят столько, что никому не нужны. Место в подземном гараже в моём Зюзино стоит вдвое дороже, чем рядом с Триумфальной аркой в Париже. При этом наше, дорогое, – из жуткого неокрашенного бетона и с текущим потолком (строило СУ-155), а в Париже, дешевое, – с отличной отделкой и классической музыкой, льющейся из скрытых динамиков. У нас тоже могли бы таких понастроить, места полно (во Франции строят парковки прямо под оживленными трассами, этажей на пять в глубину). Но в Москве они стоили бы столько, что даже богатым москвичам были бы не по карману. Потому и строят у нас одни торговые центры. Просто и выгодно.
Распил бюджетов любой ценой – вот главный системообразующий принцип лужкономики. По этому принципу восстанавливали Царицыно – любимое детище Лужкова, в котором уже расползаются дорожки и сыпется штукатурка. Только мэр этого наверняка не видел. Так же строили новую Ленинградку – мегадорогой проект, который уже пошел волнами и окончательно запутал водителей, которые никак не могут понять: зачем нужно строить несколько дорог и мостов, идущих параллельно в одном направлении. Дороги – вообще особая песня. Общеизвестно, что они в Москве самые дорогие в мире. Но они же еще и самые плохие. Потому что хороший асфальт класть запрещено: он должен прийти в негодность максимум через два года, чтобы можно было его поменять и распилить очередной бюджет. Директор одного асфальтового завода рассказывал мне, как за плохую продукцию он получает больше, чем за хорошую. Приходится только немножко отстегивать, конечно.
Увы, мало надежды, что новый мэр сумеет полностью сломать порочную лужкономику. У нас вся страна работает по тем же принципам. Но лужкономика отличается от просто российской экономики тем, что в ней нереально, неприлично много денег. И москвичам живется лучше, чем всем остальным, уже потому, что даже неукраденных крох им хватает с лихвой. Если же вывести из неразумного оборота хотя бы половину того, что сейчас пилится, то хватит и на доступное жилье, и на хорошие дороги, и на ликвидацию очередей в собесах. Это вообще столько денег, что можно помочь всей российской экономике. Только для этого у нового мэра должны быть очень большие... Силы, амбиции, возможности? Воля? Всё должно быть. В общем, железный должен быть человек.