Очень запахло осенью. Это в Европе август – месяц летний, а у нас – предзимний. А к осени – зиме нужно готовиться. Тем более что знающие люди предсказывают нам вторую волну кризиса.
Вперед, в Европу, вперед, к евро!
Я уже писал о том, что именно осенью могут обостриться экономические проблемы. Например, скоро российским компаниям нужно будет платить по кредитам, которые были выданы прошлой осенью, перед началом острой фазы кризиса. Платить может оказаться нечем, начнется волна банкротств. Увеличится количество безработных, к тому же официально безработными станут те, кого на лето отправили в принудительные отпуска. На этой неделе Ассоциация российских банков сделала прогноз о количестве кредитных организаций, которые будут закрыты до конца года.
В этих условиях главное – сберечь деньги, если они, конечно, есть.
Информационное поле предоставило на этой неделе нам несколько сигналов, на основе которых мы можем сделать вывод, какие конкретно деньги нам нужно беречь. На этой неделе главным было страшное слово «девальвация».
В наших условиях, когда рублю разрешено колебаться в определенном коридоре, девальвация национальной валюты может случиться только после решения властей. Так это было осенью прошлого года. Вполне возможно, что это произойдет и сейчас.
Разговоры о девальвации начались в конце прошлой недели. Точнее, о том, что надо резко – на 30–40% – девальвировать рубль, заявил член Национального банковского совета, член комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков. Игроки финансового рынка к его словам прислушиваются, но назвать его человеком, определяющим российскую экономическую политику, все же нельзя.
Поначалу выглядело это как частное мнение специалиста. Однако в начале этой недели новость вдруг стала главной. Для начала ее подхватили различные СМИ. Затем за национальную валюту вступилось руководство «Единой России» – Аксаков, напомним, член «Справедливой России». После о девальвации вынужден был высказаться министр финансов Алексей Кудрин – он заверил, что девальвации не будет, пока цена на нефть держится на нынешнем, достаточно высоком уровне.
На самом деле в рассуждениях сторонников резкого снижения стоимости рубля относительно доллара и евро есть логика. Девальвация национальной валюты всегда помогает экспортерам национальных товаров. Но поскольку национальными товарами у нас являются нефть и газ, а нефтяники и газовики в России всегда себя хорошо чувствовали, то помогать им в очередной раз как-то странно. К тому же прошлогодняя осенняя девальвация не сделала отечественные товары (кроме нефти и газа, кончено) конкурентоспособными.
Но все ли у нас в экономике происходит по экономическим законам?
Алексей Кудрин очень не любит чужие разговоры о девальвации (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД) |
Тут сразу после этих слов и подтвердилась драка.
Российский фондовый рынок во вторник упал именно из-за слухов о грядущей девальвации рубля. Начала падать и российская валюта. В среду рубль рухнул до месячного минимума, причем и к доллару, и к евро. Далее ЦБ был вынужден вмешаться. В четверг курс американской валюты упал почти на 55 копеек. В пятницу доллар продолжил падение.
Такая опасная нестабильность говорит о том, что курс национальной валюты перестал соответствовать экономическим реалиям и поддерживается властями искусственно. Или не поддерживается. Поэтому опыт общения с родным государством подсказывает – если все опровергают девальвацию, то она весьма вероятна. А раз она вероятна, то мы, российские граждане, должны быть к ней готовы.
Логика наших действий проста – рубль становится ненадежным. Поэтому выхода два – доллар и евро.
Однако на самом деле эти частные инвестиционные решения неравнозначны. Америка от нас далеко и становится с кризисом все дальше. Американская экономика, несмотря на апокалиптические прогнозы ряда российских политологов, никуда не денется. Не потеряет своего статуса и доллар – слишком много финансовых инструментов привязано к этой валюте, слишком много ее накоплено мировыми экономическими лидерами, прежде всего Китаем.
Но уже понятно, что сильно с США мы дружить не будем. Воевать, конечно, тоже никто не собирается, но наши страны явно решили оставить друг друга в покое и не высказывать сильных взаимных претензий. Недавний визит Барака Обамы в Россию показал, что у двух стран не так уж много возможностей и для экономического сотрудничества.
Поэтому нам важно сейчас определить, какая иностранная валюта будет главной не в мире, а именно в нашей стране. Великим методом исключения легко понять, что это евро.
Европа рядом, наши элиты всегда хотели быть европейцами или антиевропейцами. Большинство внешнеполитических дискуссий сводится к простому, надоевшему за двести лет вопросу – мы Европа или Азия. Кризис дает ответ – мы, конечно, Европа. Российские компании должны Европе гораздо больше денег, чем Азии или Америке. Основные наши товары – газ и нефть – мы продаем прежде всего европейцам. И покупаем все в основном в Европе. Конечно, газовые и нефтяные контракты заключаются в долларах. И официально о смене расчетной валюты пока никто не говорит. Однако такая противоестественная ситуация не может продолжаться вечно. Мы зависим от них, они зависят от нас. Поэтому евро вполне естественно смотрится в качестве основной иностранной российской валюты.
Евро еще хорош тем, что зависит от нескольких факторов, от экономической воли многих европейских стран. Это в известном смысле валюта рыночная, не зависящая от мнения одного чиновника. Про доллар так не скажешь – власти США для решения внутренних проблем всегда могут напечатать любое количество своих денег. Что, кстати, они последнее время охотно и делают.
Так что лозунг момента прост: «Вперед, в Европу, вперед, к евро!»
Правда, этот прогноз может оказаться самосбывающимся. Финансовые игроки и граждане своими действиями вполне смогут породить девальвацию – мы сбросим рубли, они и подешевеют. До определенного предела ЦБ будет обязан сдерживать падение. Но его ресурсов может оказаться недостаточно, и финансовые власти решатся на девальвацию.
Но мы будем к этому уже готовы. К тому же вырастет наше экономическое самосознание – мы примем полноценное участие в экономической жизни страны. Это тоже волеизъявление, это тоже демократия.
Пусть Минфин и ЦБ знают, что думают об экономике и их действиях граждане страны.