В самом начале своей книги Эммануэль Тодд перечисляет десять основных сюрпризов украинского военного кризиса. Под номером девять в этом списке значится «идеологическое одиночество Запада и то, что он не подозревал о своей изоляции. Привыкнув диктовать то, каким ценностям должен следовать весь мир, Запад искренне и простодушно ожидал, что вся планета разделит его негодование по поводу России. Однако его ожидания не оправдались».
А вот что Тодд назвал «десятым и самым последним сюрпризом», который «готов воплотиться в жизнь. Это поражение Запада. Такое заявление может показаться неожиданностью, когда война еще не закончилась. Но это поражение неминуемо, потому что это не Россия атакует Запад, а Запад разрушает сам себя».
Формальный автор концепции под условным названием «исход украинского кризиса должен решиться на поле боя», отставной глава дипломатической службы Европейского союза Жозеп Боррель, только что разразился «плачем Ярославны» по поводу последних дипломатических маневров американского руководства: «После появления 28 пунктов плана по прекращению войны на Украине США Трампа больше нельзя считать союзником Европы, которую даже не консультируют по вопросам, затрагивающим ее собственную безопасность. Европе необходимо признать этот поворот в политике США и соответствующим образом отреагировать».
Итак, раскол коллективного Запада налицо. И линия разлома в этом расколе носит не только и не столько географический характер: заокеанский гегемон умывает свои руки и оставляет Европе «почетную обязанность» расхлебывать последствия той геополитической «каши», которую он заварил. Линия разлома проходит еще и между умной частью коллективного Запада – той, что готова неформально признать свое поражение, отряхнуться и двигаться дальше – и не очень умной частью трансатлантического сообщества.
Только что отошедший от дел самый успешный инвестор всех времен и народов Уоррен Баффет сказал однажды: «Если вы внезапно очутились в яме, первое, что надо сделать – перестать копать». Америка Дональда Трампа действует в полном соответствии с этим принципом.
В феврале этого года новый вице-президент США Джей Ди Вэнс вызвал скандал до небес, подвергнув на Мюнхенской конференции по безопасности резкой критике европейские политические нравы и порядки. В своей нынешней отповеди оппонентам того, что принято называть «мирным планом США», Вэнс ни на кого не указывает пальцем. Но в этом, собственно, нет никакой необходимости. Все и без того понятно из контекста: «Есть фантазия, что если мы просто дадим больше денег, больше оружия или введем больше санкций, победа будет близка. Мир не создадут незадачливые дипломаты или политики, живущие в мире фантазий. Этого могут добиться только умные люди, которые живут в реальном мире».
Нетрудно догадаться, что, говоря об «умных людях, которые живут в реальном мире», Джей Ди Вэнс имеет в виду прежде всего самого себя и своих коллег по администрации США. Но вовсе не эти «умные люди» создали «реальный мир» образца ноября 2025 года. Создателем нынешней стратегической реальности является Владимир Путин – лидер, который поставил перед собой и перед Россией цель остановить экспансию НАТО в восточном направлении и все последние годы последовательно добивался достижения этой цели. И вот промежуточные итоги такой политики нашей страны: те на Западе, кто не «перестроился» и не «переобулся» в стиле главных действующих лиц администрации Трампа, находятся сейчас в ситуации абсолютного политического цугцванга.
Лидеры основных европейских государств отчаянно пытаются сейчас вставить палки в колеса переговорного процесса по Украине. Цель таких попыток очевидна: Европа хочет продлить военные действия, упуская при этом из виду, что это как раз тот случай, когда «надо бояться своих желаний». Ведь что произойдет в случае, если эти желания вдруг исполнятся? Поражение киевского режима – и стоящей за ним Европы – будет отсрочено, но окажется еще более глубоким, масштабным и болезненным.
Благодаря политике Путина у современного Запада де-факто остался только один выбор – между менее болезненным стратегическим поражением сейчас и более болезненным и унизительным стратегическим поражением чуть-чуть попозже. Это явно не тот выбор, который имел в виду Боррель, предлагая искать решение украинского конфликта на поле боя. Но в такой ситуации точно есть «кармическая справедливость».